Притча «Деревья от нас убегают!»

24-летний молодой человек, глядя из окна тронувшегося поезда, крикнул:»Пап, смотри деревья убегают от нас!»
Отец улыбнулся и молодая пара, сидевшая рядом, с жалостью посмотрела на 24-летнего мужчину, который так по-детски себя ведет.
Вдруг молодой человек снова воскликнул: «Пап, смотри облака едут вместе с нами!»
Супруги не удержались и сказали старому отцу: «Почему бы вам не отвести сына к хорошему доктору?»
Старик улыбнулся и сказал: «Я так и сделал, и мы сегодня вышли из больницы. Мой сын был слеп от рождения, а сегодня он начал немного видеть….»
Всегда подумайте, прежде чем осуждать….

О вреде и последствиях осуждения.

Все в природе стремится к балансу. Очень сильным нарушением равновесия является осуждение других людей. В энергетическом плане хороших или плохих людей не бывает. Есть лишь те, кто подчиняется законам природы, и те, кто вносит возмущение в сложившееся «статус-кво». Последние всегда в конечном итоге подвергаются воздействию сил, стремящихся вернуть нарушенное равновесие. Конечно, часто возникают ситуации, когда человек заслуживает осуждения. Именно вашего? Это не праздный вопрос.

Подойдем к этому чисто меркантильно. Согласитесь, совершенно бессмысленно испытывать ненависть к волку, задравшему овечку, когда вы наблюдаете за этим по телевизору. Чувство справедливости постоянно толкает нас к осуждению разных людей. Однако это быстро входит в привычку, и многие с годами превращаются в профессиональных обвинителей. В большинстве случаев вы понятия не имеете, что побудило человека поступить именно так. Может, на его месте у вас получилось бы еще хуже?

Итак, в результате такого осуждения вы создаете избыточный потенциал вокруг собственной персоны. А как же, ведь получается, что насколько плох подсудимый, настолько же хороши должны быть вы сами. Раз уж у него появились рога и копыта, то вы должны быть ангелом. Ну, а поскольку крылья у вас не растут, вступают в действие силы, стремящиеся вернуть равновесие. Методы этих сил будут разные в каждой конкретной ситуации. Но результат, по своей сути, получится один и тот же: вы получите щелчок по носу. В зависимости от силы и формы осуждения этот щелчок может быть либо незаметным, либо таким сильным, что вы окажетесь на одной из худших линий жизни.

Вы сами можете составить длинный список видов осуждения и их последствий, но для ясности приведу несколько примеров.

Презрение

Никогда не презирайте людей за что бы то ни было. Это наиболее опасный вид осуждения, поскольку в результате действия равновесных сил вы можете оказаться на месте того, кого презираете. Для сил это наиболее прямой и простой способ восстановить утраченную гармонию. Презираете нищих и бомжей? Сами можете потерять деньги и дом, вот и баланс восстановлен. Презираете людей с физическими недостатками? Без проблем, и для вас найдется несчастный случай. Презираете алкоголиков и наркоманов? Запросто можете оказаться на их месте. Ведь таковыми не рождаются, а становятся в силу разных жизненных обстоятельств. Так почему эти обстоятельства должны миновать вас?

Никогда не осуждайте своих коллег по работе за что бы то ни было. В лучшем случае вы совершите те же самые ошибки. В худшем — может возникнуть конфликт, который ничего хорошего вам не принесет. Можно вылететь с работы, даже если вы абсолютно правы.

Если вы осуждаете другого человека уже только за то, что вам не нравится, как он одет, вы сами становитесь в лестнице «хороший — плохой» на ступень ниже его, потому что излучаете негативную энергию.

Гордость, гордыня и тщеславие.

Если человек гордится своими успехами или влюблен сам в себя, ничего плохого в том нет. Безотносительная любовь к себе самодостаточна, поэтому она никому не мешает. Равновесие нарушается только в том случае, если завышенной самооценке противопоставляется презрительное отношение к чужим слабостям, недостаткам или просто скромным достижениям. Тогда любовь к себе превращается в самолюбие, а гордость в гордыню и тщеславие. Результатом действия равновесных сил опять же будет щелчок по носу.

Презрение и тщеславие — это пороки людей. Животные не ведают, что это такое. Они руководствуются целесообразным намерением и тем самым исполняют волю совершенной природы. Дикая природа совершенней разумного человека. Волк, как и любой хищник, не испытывает ни ненависти, ни презрения к своей добыче. (Попробуйте сами испытать ненависть и презрение к котлете.). Сознание принесло человеку как выгодные преимущества, так и вредный мусор вроде тщеславия, презрения, комплекса вины и неполноценности.

Превосходство и неполноценность.

Чувство превосходства либо неполноценности. Ваши качества сопоставляются с качествами других, поэтому неизбежно нарушается равновесие. На энергетическом уровне не имеет значения, выражаете вы свое превосходство публично или просто втайне поздравляете себя при сравнении с другими. Нет нужды доказывать, что явное выражение своего превосходства не принесет ничего, кроме неприязни окружающих. Сравнивая себя с другими в свою пользу, человек стремится искусственно самоутвердиться за чужой счет. Понятно, что, сравнивая себя с окружающим миром, человек пытается доказать свою значимость. Но самоутверждение за счет сравнения — иллюзорно.

Вам может казаться, что энергия, затрачиваемая на сопоставление, ничтожна. На самом деле этой энергии с избытком хватает для достаточно сильного нарушения равновесия. Главную роль здесь играет намерение направить энергию в ту или другую сторону. Если в качестве цели выступает желание приобрести достоинства, намерение катит человека вперед. Если же его целью является демонстрация миру своих регалий, он пробуксовывает на месте, создавая неоднородность в энергетическом поле. Мир будет «потрясен» блеском регалий, и в действие вступят равновесные силы. Выбор у них небольшой: либо оживить поблекшие краски окружающего мира, либо погасить блеск неуместной звезды. Первый вариант, конечно, слишком трудоемкий. Остается только второй. Способов сделать это у равновесных сил предостаточно. Для них вовсе не обязательно лишать честолюбца регалий. Достаточно преподнести ему любую досадную неприятность, чтобы сбить спесь.

Как мы создаем себе неприятности

Мы часто воспринимаем всякие неприятности, проблемы и препятствия как неотъемлемые свойства этого мира. Ни у кого не вызывает удивления, что все они, начиная с мелких и кончая крупными, являются непременными спутниками каждого человека в течение всей жизни. Все привыкли, что таков есть наш мир. На самом деле неприятность — это аномалия, а не нормальное явление. Откуда она берется и почему случается именно с вами, часто определить логическим путем невозможно. Так вот, большинство неприятностей, так или иначе, вызвано действиями равновесных сил. Вы сами не отдаете себе отчета, что нарушаете равновесие, а затем принимаете неприятности как неизбежное зло и не понимаете это как работу равновесных сил.

С другой стороны, следует гнать прочь малейшие мысли о том, что вы способны контролировать окружающий мир. Независимо от положения на социальной лестнице с такой позицией вы обязательно окажетесь в проигрыше. Попытки изменить окружающий мир нарушают равновесие. Активное вмешательство в устройство мира в той или иной степени задевает интересы множества людей.

С другой стороны, отказ от превосходства не имеет ничего общего с самоуничижением. Принижение своих достоинств есть превосходство с обратным знаком. На энергетическом уровне знак не имеет значения. Величина возникающего потенциала прямо пропорциональна значению смещения оценки. Столкнувшись с важностью, равновесные силы действуют так, чтобы сбросить ее с пьедестала. В случае же с комплексом неполноценности они заставляют человека пытаться всячески поднять искусственно заниженные достоинства. Равновесные силы действуют обычно в лоб, не заботясь о тонкостях человеческих отношений. Поэтому человек ведет себя неестественно, тем самым еще больше подчеркивая то, что пытается скрыть.

Например, подростки могут вести себя дерзко, тем самым восполняя неуверенность в себе. Стеснительные могут вести себя развязно, чтобы скрыть свою застенчивость. Люди с низкой самооценкой, желая показать себя с наилучшей стороны, могут вести себя скованно или наигранно. Ну и так далее. В любом случае борьба со своим комплексом приносит еще более неприятные последствия, чем он сам.

Достаточно просто уяснить, что озабоченность своими недостатками в сравнении с достоинствами других работает так же, как желание показать свое сравнительное превосходство. Результат будет противоположный намерению. Не воображайте, будто все вокруг придают вашим недостаткам такое же значение, что и вы сами. На самом деле каждый озабочен только своей персоной, поэтому можно спокойно сбросить с себя титанический груз. Избыточный потенциал исчезнет, равновесные силы перестанут усугублять положение, а освободившаяся энергия будет направлена на развитие достоинств.

Речь идет о том, чтобы не бороться со своими недостатками и не пытаться их скрыть, а компенсировать другими качествами. Отсутствие красоты можно компенсировать обаянием. Есть люди с довольно непривлекательной внешностью, но стоит им заговорить, как собеседник целиком попадает под их очарование. Физические недостатки компенсируются уверенностью в себе. Сколько великих людей в истории обладали невзрачной внешностью! Неумение свободно общаться можно заменить умением слушать. Есть такая поговорка: «Все врут, но это ничего не меняет, потому что никто никого не слушает». Ваше красноречие может интересовать людей, но только в последнюю очередь. Все, так же как и вы, заняты исключительно собой, своими проблемами, поэтому хороший слушатель, которому можно все излить, — настоящий клад.

По материалам книги Вадима Зеланда «Пространство вариантов»

Зависть. Как не перечеркнуть счастье и благополучие.

Зависть мешает человеку привлекать в его жизнь самое лучшее. Зависть перечеркивает масштабность мышления и не позволяет иметь хорошее здоровье, гармоничные отношения, материальное изобилие, да и просто радоваться жизни. Наличие зависти говорит о дефицитности мышления, что в свою очередь может блокировать достижение целей и приход многих других приятных вещей в нашу жизнь. Как расширить масштабность мышления и навсегда забыть про зависть смотрите в этом видео).

Отрывок из выступления Виктории Волевач на конференции «Найти и принять себя 2.0»

Если статья понравилась и была полезна — подписывайтесь на обновления.

Подобные материалы:

О любви к себе и людям

Как не перечеркнуть счастье и благополучие.

Сколько людей, столько и ракурсов. Hаша жизнь такова, каковы мы сами

ДНО ИЗ ПРИВЫЧНЫХ наших чувств — зависть. Очень нехорошее это чувство. Мелкое, негодное чувство, недостойное человека со сколько-нибудь развитым самолюбием. Оно предполагает большую слабость: завидуем другому, у кого есть то, чего у нас нет и чего мы не надеемся получить. Бессильны получить. Потому и завидуем.
И напрасно подчас завидуем. По пословице: «В чужих руках ломоть больше кажется». А поглядишь, и ломоть вовсе не так уж велик, да и нам никто не мешает обзавестись таким же, а то и побольше.
«У сусiда хата бiла, у сусiда жинка мила», поёт унылый хохол и жалуется, что «нема хатки, нема жинки». Так. Что ж, завести бы свою «жинку», выбелить бы свою «хатку». Да уж где нам. Сиротинки мы, всеми обиженные. Вот у наших соседей всё есть, и всё хорошо. Кто-то наделил их всеми благами, а нас этими благами обделил, — кто?
Долго, мучительно и бессильно завидовали мы Западной Европе, её широкому просвещению, её гордым правам. Теперь завидуем столь же мучительно, — и неужели столь же бессильно? — японцам: их скороспелой, но очевидной культурности, их подготовленности, их флоту… их гейшам, может быть. У них школы, у них поголовная грамотность, у них бинокли, у них на солдатах одежда с иголочки.
Завидно. Да кто же мешает нам самим завести всё такое и даже лучшее. Чиновник, что ли? Да чиновник-то откуда же взялся? Не уроженцами же луны комплектуются кадры нашего многочисленного чиновничества. Чиновник — плоть от плоти и кость от кости нашей. Да, ведь, и завидует-то кто? Чиновник же. Так как вне чиновничества у нас мало кто остается в интеллигентном, рассуждающем, сравнивающем, а потому и завидующем обществе.
Но, как бы то ни было, зависть глубоко въелась в нас. До того глубоко, что мы завидуем не только соседям, но даже и своим, например, детям нашим. Всё боимся, что они разовьются свободно, и будут не такими, как мы. Сохрани Бог, ещё умнее нас вырастут. Не захотят жить по нашим шаблонам, свои порядки заведут. Потому так и беспокоимся о том, как бы получше воспитать наших детей. Потому так и много попечения и оберегания на каждом шагу.
Зависть — плод слабости и несвободы. Сильные и свободные не завидуют. И потому, если мы хотим вести существование, достойное сильного европейского народа, то нам надо перестать завидовать. Надо понять, что мы сильны. Сильнее всякого чиновника.
Силен тот, кто хочет быть сильным. И кто имеет силу и сознает её, тот легко скуёт своё счастье. А завидовать не надо никому, — уже потому, что зависть — один из худших грехов, и ведёт к греху ещё противнейшему, — к унынию.
Уже и вопят малодушные, что мы на краю погибели, что придут чужие, и разделят нашу землю между собою, а мы будем уничтожены и поруганы.
Страшен сон, да милостив Бог.
Унылые вопли, так же, как и преждевременные дифирамбы, недостойны серьёзного и уважающего себя общества. Надо продолжать начатую общественную работу, без уныния, но и без похвальбы. Собственно говоря, все эти речи на тему о том, что мы слабы или что мы сильны, что мы погибаем или что мы должны в самом непродолжительном времени покорить весь свет — совершенно праздное и пустое дело. Будет удача и гений, — будут и приращения нашей обширной территории.
Дело не в том, жить или умереть, — всё дело в том, чтобы и жить, и умереть достойно великого и славного народа. «Любви горящей, самоотверженья»,1 — вот чего надо. Широкого сердца, а не широких границ.
Есть ли это? Если это есть, то всё есть.

Опубликовано:
Новости и Биржевая газета. 1904. № 268. 28 сентября.

Примечания:
1 — Цитируется строка из трагедии А. С. Пушкина «Моцарт и Сальери».

7

смертных грехов: чревоугодие, гнев, зависть, похоть, алчность, гордость и лень. Все знают, но не все из нас считают каждый из семи по списку грехом. Кто-то руководствуется своими личными взглядами, кто-то исходя из реалий устройства теперешнего общества. Кто-то не понимает, кто-то лукавит, кто-то не верит, но главное – никто не замечает как эти семь из нас медленно делают рабами наших пороков и приумножают, расширяют “ассортимент” наших грехов. Далее подробнее.

Смертных грехов в христианском учении насчитывается семь, а называются они так потому, что, несмотря на свою, казалось бы, безобидность, при регулярном занятии ими приводят к гораздо более тяжким грехам и, следовательно, к гибели бессмертной души, попадающей в ад. Смертные грехи не основываются на библейских текстах и не являются прямым откровением Бога, они появились в текстах богословов позднее.

Сначала греческий монах-теолог Эвагриус из Понта составил список из восьми худших человеческих страстей. Ими были (в порядке убывания серьёзности): гордыня, тщеславие, духовная леность, гнев, уныние, алчность, сладострастие и чревоугодие. Порядок в этом списке определялся степенью ориентации человека на себя, на своё эго (то есть гордыня – это самое эгоистическое свойство человека и поэтому самое вредное).

В конце VI века папа Римский Григорий I Великий сократил список до семи элементов, внеся понятие тщеславия в гордыню, духовную леность – в уныние, а также добавив новое – зависть. Список был чуть переупорядочен, на этот раз по критерию противопоставления любви: гордыня, зависть, гнев, уныние, алчность, чревоугодие и сладострастие (то есть гордыня более прочих противостоит любви и поэтому является самой вредной).

Более поздние христианские теологи (в частности, Фома Аквинский) возражали против именно такого порядка смертных грехов, однако именно он стал основным и действует по сей день. Единственным изменением в списке папы Григория Великого стала замена в XVII веке понятия уныние на леность.

Вследствие того, что в составлении и доработке списка семи смерных грехов принимали активное участие представители преимущественно католической церкви, смею предположить, что это не применимо к церкви православной и тем более к другим религиям. Однако я считаю, что вне зависимости от конфессий и даже для атеистов этот список будет полезен. Его действующий вариант резюмируется ниже.

1 Гордыня, гордость (в значении «высокомерие» или «спесь»), тщеславие. Pride, vanity. Чрезмерная вера в собственные возможности, вступающая в противоречие с величием Господа. Считается грехом, от которого происходят все прочие. Гордость (в значении «чувство собственного достоинства» или «чувство удовлетворения от чего-либо»).
2 Зависть. Envy. Желание чужих свойств, статуса, возможностей или ситуации. Является прямым нарушением десятой христианской заповеди (см. ниже). Тщеславие (исторически оно было включено в понятие гордыни), ревность.
3 Гнев. Anger, wrath. Противопоставляемое любви чувство сильного возмущения, негодования. Месть (хотя она без гнева не обходится).
4 Праздность, лень, уныние. Sloth, acedia, sadness. Избегание физической и духовной работы.
5 Алчность, жадность, скупость, сребролюбие. Greed, covetousness, avarice. Желание материального богатства, жажда наживы, с игнорированием духовного.
6 Чревоугодие, обжорство, чревонеистовство. Gluttony. Несдерживаемое желание потреть больше, чем того требуется.
7 Сладострастие, блуд, похоть, распутство. Lust. Страстное желание плотских удовольствий.

Вопреки распространённому заблуждению, концепция «Семи смертных грехов» не является частью христианского вероучения, но служит одним из возможных способов описания греховности человека. В Новом Завете указан только один грех, который не будет прощён человеку:

всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам; если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святаго, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем (Мф 12:31-32)

В Книге Притчей (Притч 6:16-24) говорится, что Господь ненавидит семь вещей, что Ему противны:

– Гордый взгляд
– Лживый язык
– Руки, проливающие невинную кровь
– Сердце, кующее злые замыслы
– Ноги, быстро бегущие к злодейству
– Лжесвидетель, наговаривающий ложь
– Сеющий раздор между братьями

Библия не приводит точного списка грехов, но предостерегает от их совершения в десяти заповедях. Мем не менее, ниже мы рассмотрем каждый из семи, т.к. каждый из них упоминается в Библии.

ГОРДЫНЯ

Христиане, в отличие от атеистов, знают, что гордость по своей сути греховна. Она опасна тем, что имеет вид непомерно высокого самомнения и может придавать неверную направленность индивидуальным силам, толкать человека на путь дерзкого пренебрежения религиозными и светскими авторитетами.

Гордыня является самым главным грехом потому, что влечет за собой все остальные. Гордыня – это чрезмерная вера в свои возможности, вступающая в противоречие с величием Господа, ведь ослепленный гордыней грешник, гордится своими качествами перед Богом, забывая, что получил их от Него. Не стоит забывать и то, что гордыня именно тот грех, который привел к низвержению Люцифера в Ад. Высокомерие влечет за собой заниженную оценку, а затем и презрение, окружающих нас людей, вопреки словам Иисуса Христа: «Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить» (Мф 7:1-2)

В христианской традиции гордость (гордыня) рассматривается как противоположность добродетели смирения. Гордыне сопутствует состояние самообмана, заставляющее человека ложно истолковывать и публично демонстрировать превратно понимаемое представление о собственном достоинстве. Поэтому для гордеца, пребывающего во мраке самообособления, недоступно такое состояние души и духа, как мудрость.

Грех гордыни может иметь вид противопоставления себя не только людям, но и Богу. Однако, любые богоборческие притязания выглядят при этом как безумные предприятия, не имеющие оправданий. Понимание этого присутствует уже в языческих религиях, где позиции титанической, прометеевской богоборческой гордыни выглядят как достойные не одобрения, а осуждения. В Ветхом Завете аналогичный феномен представлен в истории Вавилонского столпотворения, вызвавшего гнев Бога. (Быт 11:1-9)

Библейская традиция характеризует путь, которым движутся гордецы, как ложный и гибельный. И он не может быть иным, поскольку людей в подобных случаях вдохновляет отец лжи – дьявол, главный враг человека, стремящийся отвратить его от Бога и погубить.

Достаточно полное определение гордыни дал Иоанн Лествичник: “Гордыня есть отречение от Бога, демонское изобретение, уничижение человеков, матерь отчуждения, исчадие похвал, признак бесплодия, предшественница умоисступления, причина падучей болезни, источник раздражительности, дверь лицемерия, опора демонов, противление Богу, корень хулы, неведение сострадания, жестокий истязатель, охранительница грехов, бесчеловечный судья. Где совершилось падение, там уже была гордость: Гордыня – это яблоко, сгнившее внутри, а снаружи блистающее красотою: есть крайняя нищета души”.

Ссылки в Библии

А. Обоснованная гордость

2. Слава подобной гордости должна быть
– в благодати Божией (2Кор 1:12)
– в Иисусе Христе (Рим 15:17-18)
– в Святом Духе (Рим 15:18-19)

Б. Грешная гордыня

4. Предостережения от подобной гордости. (Притч 8:13; Притч 16:5; Притч 16:18; Притч 21:4; Притч 21:24; Лк 18:9; Рим 12:16; 1Ин 2:16)

ЗАВИСТЬ

Она опасней всех армий мира. Ее жертвы – среди богатых и бедных, среди молодых и стариков, среди ученых и неучей. Она – главное препятствие для успеха всякого начинания. Она – повсюду: в домах и мастерских, в конторах и на улицах. Ее след – духовное разрушение, унижение и смерть. И мало кому удалось избежать ее. Она часто стучит и в твою дверь. Твой смертельный враг, чье имя – зависть.

Зависть – один из грехов, запрещенных Десятью Заповедями; он заключается в том, что человек желает обладать тем, что ему не принадлежит. Предметом зависти может быть как материальное богатство, так и нематериальные вещи (красота, успех, добродетель и т.п.) (Еккл 4:4). Дело в том, что упование на Бога предполагает, что все, чем обладает человек, происходит от Бога: «Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак 1:17). При этом важно, что Бог каждому человеку дает то, что нужно именно ему в соответствии с замыслом Божьим. Желание обладать тем, что Бог дал другому человеку, таким образом, по определению противоречит замыслу Творца. Кроме того, зависть содержит в себе стремление человека осуществить свою волю наперекор воле Творца. Именно поэтому зависть разрушительна для человека: «Кроткое сердце – жизнь для тела, а зависть — гниль для костей» (Притч 14:30). Зависть становится причиной жестокости и насилия людей друг над другом: завидующий пытается силой добыть то, что не принадлежит ему (Мих 2:2). Таким образом, зависть, как и многое другое, является нарушением общего для всех людей закона о любви к ближнему (Рим 13:9).

Апостол Павел в послании к Галатам включает зависть в число «дел плоти», противопоставляемых им плодам Духа. Кроме того, апостол в послании к Тимофею особо отмечает, что зависть не обязательно направлена на материальные блага. Весьма существенной причиной ее является желание первенства и власти. Наиболее ярким и трагическим примером зависти является зависть фарисеев и книжников к Господу Иисусу Христу, приведшая к Крестной Смерти Спасителя.

Избавиться от зависти не так уж и сложно. Прежде всего желание и мольба о милости Божьей, второе это противоположность зависти – счастье. “Нищий довольный своим статусом уже счастлив”. Не нужно обращать внимание на “несправедливость” устройства окружающего вас мира, обратитесь лучше к заповедям Господним.

Слово, переведенное как “блаженны”, является синонимом слову “счастливы”. Почему Иисус не ставит в один ряд счастье человека с тем, что он имеет: успех, обеспеченность, власть и т.д.? Он говорит, что счастье это следствие определенного внутреннего состояния, которое не зависит от того, что происходит вокруг, пусть даже человека злословят и преследуют. Счастье является следствием взаимоотношений с Творцом, ведь именно Он дал нам жизнь и лучше всех знает, в чем ее смысл, а значит и счастье. Зависть появляется только тогда, когда человек не любит и поэтому не счастлив. Появляется пустота в душе, которую некоторые безуспешно пытаются заполнить вещами или мыслями о них.

Ссылки в Библии

А. В Ветхом Завете
– примеры зависти (Быт 37:11; Чис 16:1-3; Пс 105:16-18)
– заповедь не завидовать (Притч 3:31; Притч 23:17; Притч 24:1)

ГНЕВ

Если человек увидит себя в зеркале в припадке гнева, ярости, он просто ужаснется и не узнает сам себя, настолько изменился его облик. Но гнев помрачает не только и не столько лицо, сколько душу. Гневающийся становится одержим бесом гнева. Очень часто гнев порождает один из самых стражных грехов – убийство. Из причин вызывающих гнев хотелось бы отметить прежде всего самомнение, самолюбие, завышенную самооценку – частую причину обидчивости и гнева. Легко быть спокойным и снисходительным, когда тебя все хвалят, а тронь только пальцем, сразу видно, чего мы стоим. Горячность, вспыльчивость может быть, конечно, следствием чересчур темпераментного характера, но все же характер не может служить оправданием для гнева. Человек раздражительный, горячий должен знать эту свою черту и бороться с ней, учиться сдерживаться. Как одну из причин гнева можно рассматривать зависть – ничто так не раздражает, как благополучие ближнего…

Два мудреца жили в одном и том же скиту в пустыне Сахара, и вот один из них сказал другому: «Давай, что ли, побранимся с тобой, а не то вскорости перестанем понимать толком, какие страсти нас мучают». «Я не знаю, как затевать ссору», – ответил второй пустынник. «Сделаем так: я поставлю эту миску сюда, а ты скажешь: «Это – мое». Я же отвечу: «Она принадлежит мне!» Мы начнем спорить, а потом и поругаемся». Так они и поступили. Один сказал, что миска – его, а другой возразил. «Не будем терять времени, – сказал тогда первый. – Забирай ее себе. Ты не слишком удачно придумал насчет ссоры. Когда человек сознает, что обладает бессмертной душой, он не станет спорить из-за вещей».

Справиться с гневом самому не легко. Молитесь Господу прежде, чем дела ваши делаете и милость Господня избавит вас от гнева.

Ссылки в Библии

А. Гнев человека

3. Мы можем быть ввержены в геенну огненную из-за гнева (Мф 5:21-22)

4. Мы должны позволять Богу мстить за грех (Пс 93:1-2; Рим 12:19; 2Фес 1:6-8)

Б. Гнев Иисуса

– на несправедливость (Мк 3:5; Мк 10:14)
– на кощунство в Храме Божием (Ин 2:12-17)
– на последнем суде (Откр 6:16-17)

В. Гнев Бога

1. Божий гнев праведен (Рим 3:5-6; Откр 16:5-6)

ПРАЗДНОСТЬ

Праздность – избегание физической и духовной работы. Уныние, которое тоже входит в состав этого греха, является состоянием беспредметного недовольства, обиды, безнадежности и разочарованности, сопровождающееся общим упадком сил. По словам Иоанна Лествичника, одного из создателей списка семи грехов, уныние есть «оболгатель Бога, будто Он немилосерд и нечеловеколюбив». Господь наделил нас Разумом, который способен стимулировать наши духовные поиски. Здесь вновь стоит привести слова Христа из Нагорной проповеди: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф 5:6).

В Библии не говорится о лени как о грехе, но говорится как о непродуктивной черте характера. Под ленью понимается вялость и бездействие человека. Ленивый должен брать пример с трудолюбивого муравья (Притч 6:6-8); ленивый – обуза для других людей (Притч 10:26). Оправдываясь, ленивый только наказывает себя, т.к. приводимые им доводы глупы (Притч 22:13) и свидетвуют о его скудоумии, вызывая насмешки людей (Притч 6:9-11; Притч 10:4; Притч 12:24; Притч 13:4; Притч 14:23; Притч 18:9; Притч 19:15; Притч 20:4; Притч 24:30-34). Немилосердному суду подвергнется тот, кто жил только для себя и не реализовал дарованный ему талант (Мф 25:26 и след.).

АЛЧНОСТЬ

В Библии вы не найдёте слово «жадность». Однако это не значит, что Библия обошла своим вниманием проблему жадности. Совсем наоборот, Слово Божье очень пристально и внимательно рассматривает этот человеческий порок. И делает оно это, разложив жадность на её составляющие:

1. Сребролюбие (есть любовь к деньгам) и любостяжание (стремление к обогащению). «…ибо знайте, что никакой блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель, не имеет наследия в Царстве Христа и Бога» (Еф 5:5).
Сребролюбие, будучи корнем всех зол (1Тим 6:10), является фундаментом жадности. Все остальные составляющие жадности и все остальные человеческие пороки берут начало в сребролюбии. Господь учит нас не быть сребролюбивыми: «Имейте нрав несребролюбивый, довольствуясь тем, что есть. Ибо Сам сказал: не оставлю тебя и не покину тебя» (Евр 13:5).

2. Лихоимство и мздоимство
Лихоимство – это требование и взимание процентов с ссуды, вымогание подарков, взяток. Мзда – награда, вознаграждение, плата, возмездие, барыш, корысть, прибыток, взятка. Мздоимство – взяточничество.

Если сребролюбие является фундаментом жадности, то лихоимство – правая рука жадности. Об этом пороке в Библии сказано, что он исходит из сердца человека: «Далее сказал: исходящее из человека оскверняет человека. Ибо изнутри, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство, – все это зло изнутри исходит и оскверняет человека» (Мк 7:20-23).

Библия называет лихоимцев и мздоимцев нечестивыми: «Нечестивый берет подарок из пазухи, чтобы извратить пути правосудия» (Еккл 7:7). «Притесняя других, мудрый делается глупым, и подарки портят сердце» (Притч 17:23).

Слово Божье предупреждает нас о том, что лихоимцы Царства Божия не наследуют: «Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют» (1Кор 6:9-10).

«Тот, кто ходит в правде и говорит истину; кто презирает корысть от притеснения, удерживает руки свои от взяток , затыкает уши свои, чтобы не слышать о кровопролитии, и закрывает глаза свои, чтобы не видеть зла; тот будет обитать на высотах; убежище его – неприступные скалы; хлеб будет дан ему; вода у него не иссякнет» (Ис 33:15-16).

3. Алчность:
Алчность – жажда наживы. Природа алчного человека хорошо описана в книге пророка Амоса «Выслушайте это, алчущие поглотить бедных и погубить нищих, – вы, которые говорите: когда же пройдёт новолуние, чтобы нам продавать хлеб, и суббота, чтобы открыть житницы, уменьшить меру, увеличить цену сикля и обманывать неверными весами, чтобы покупать неимущих за серебро и бедных за пару обуви, а высевки из хлеба продавать» (Ам 8:4-6). «Таковы пути всякого, кто алчет чужого добра: оно отнимает жизнь у завладевшего им» (Притч 1:19).

Десятая Заповедь запрещает нам желать чужого добра: «Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего» (Исх 20:17). Иными словами, эта заповедь обращается к человеку с призывом: «Не будь алчным!»

4. Скупость:
«При сем скажу: кто сеет скупо, тот скупо и пожнет; а кто сеет щедро, тот щедро и пожнет. Каждый уделяй по расположению сердца, не с огорчением и не с принуждением; ибо доброхотно дающего любит Бог» (2Кор 9:6-7). Отличается ли скупость от алчности? Эти слова являются почти синонимами, но некоторое различия между ними всё-таки есть. Скупость, в первую очередь, нацелена на сохранение имеющегося, а алчность и жадность ориентированы на новые приобретения.

5. Корыстолюбие
«Ибо нечестивый хвалится похотью души своей; корыстолюбец ублажает себя» (Пс 9:24). «Корыстолюбивый расстроит дом свой, а ненавидящий подарки будет жить» (Притч 15:27).

Корыстолюбие – это грех, за который Господь наказывал и наказывает людей: «За грех корыстолюбия его Я гневался и поражал его, скрывал лице и негодовал; но он, отвратившись, пошел по пути своего сердца» (Ис 57:17). Слово Божье предупреждает христиан, «чтобы вы ни в чем не поступали с братом своим противозаконно и корыстолюбиво: потому что Господь – мститель за все это, как и прежде мы говорили вам и свидетельствовали» (1Фес 4:6).

Отсутствие корыстолюбия – обязательная черта истинных служителей Божьих: «Но епископ должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, учителен, не пьяница, не бийца, не сварлив, не корыстолюбив, но тих, миролюбив, не сребролюбив…» (1Тим 3:2-3); «Диаконы также должны быть честны, не двоязычны, не пристрастны к вину, не корыстолюбивы…» (1Тим 3:8).

6. Зависть:
«Спешит к богатству завистливый человек, и не думает, что нищета постигнет его» (Притч 28:22). «Не вкушай пищи у человека завистливого и не прельщайся лакомыми яствами его; потому что, каковы мысли в душе его, таков и он; “ешь и пей”, говорит он тебе, а сердце его не с тобою. Кусок, который ты съел, изблюешь, и добрые слова твои ты потратишь напрасно» (Притч 23:6-8).

Десятая Заповедь запрещает нам желать чужого добра: «Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего» (Исх 20:17). Однако известно, что подобные желания чаще всего возникают у людей из-за зависти.

7. Эгоизм:
Об эгоизме у нас уже была достаточно глубокая беседа. Мы не будем к ней возвращаться, напомним лишь, что составными частями эгоизма являются похоть плоти, похоть очей и гордость житейская. Мы это назвали триединой природой эгоизма: «Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего» (1Ин 2:16).

Жадность является составной частью эгоизма, ибо похотью очей является всё, чего желают ненасытные глаза человека. Именно против похоти очей предупреждает нас десятая заповедь: «Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего» (Исх 20:17). Итак, эгоизм и жадность – два сапога – пара.

8. Ненасытность:
Слово Божье предупреждает о том, что глаза человека ненасытны: «Преисподняя и Аваддон – ненасытимы; так ненасытимы и глаза человеческие» (Притч 27:20). «У ненасытимости две дочери: “давай, давай!”» (Притч 30:15) «Кто любит серебро, тот не насытится серебром, и кто любит богатство, тому нет пользы от того. И это – суета!» (Еккл 5:9) «И обратился я и увидел еще суету под солнцем; человек одинокий, и другого нет; ни сына, ни брата нет у него; а всем трудам его нет конца, и глаз его не насыщается богатством. “Для кого же я тружусь и лишаю душу мою блага?” И это – суета и недоброе дело!» (Еккл 4:7-8).

Основная причина жадности, – это духовная пустота: духовные голод и жажда, с которой рождается человек на свет. Духовная пустота образовалась в душе человека в результате духовной смерти, ставшей последствием его грехопадения. Бог сотворил человека совершенным. Когда человек жил с Богом, он не был жадным, но без Бога жадность стала чертой характера человека. Что бы он ни делал, он не в состоянии заполнить эту духовную пустоту. «Все труды человека – для рта его, а душа его не насыщается» (Еккл 6:7).

Жадный человек, не понимая, в чём причина его неудовлетворённости, пытается заглушить её материальными благами и богатствами. Он, бедняга, не понимает, что духовную нищету не восполнишь никакими материальными благами, так же как духовную жажду не утолить ведром воды. Всё, что нужно такому человеку, это обратиться к Господу, который, являясь единственным источником живой воды, способен заполнить духовную пустоту в душе.

Сегодня Господь обращается к каждому из нас через пророка Исаию: «Жаждущие! идите все к водам; даже и вы, у которых нет серебра, идите, покупайте и ешьте; идите, покупайте без серебра и без платы вино и молоко. Для чего вам отвешивать серебро за то, что не хлеб, и трудовое свое за то, что не насыщает? Послушайте Меня внимательно и вкушайте благо, и душа ваша да насладится туком. Приклоните ухо ваше и придите ко Мне: послушайте, и жива будет душа ваша, – и дам вам завет вечный, неизменные милости, обещанные Давиду» (Ис 55:1-3).

Только Господь и Спаситель Иисус Христос способен утолить духовный голод и духовную жажду всякого, кто к Нему приходит: «Иисус же сказал им: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда» (Ин 6:35).

В следующий раз, когда у вас появляется желание на ком-то нажиться или возникнет нежелание с кем-либо делиться, вспоминайте слова Христа: «Блаженнее давать, нежели принимать» (Деян 20:35)

Ссылки в Библии

А. Заповедь об алчности

– в Ветхом Завете (Исх 20:17; Втор 5:21; Втор 7:25)
– в Новом Завете (Рим 7:7-11; Еф 5:3; Кол 3:5)

Б. Алчность приводит к другим грехам (1Тим 6:10; 1Ин 2:15-16)

В. Удовлетворяться тем, что имеешь – средство против алчности

– заповедано (Лк 3:14; 1Тим 6:8; Евр 13:5)
– опыт Павла (Флп 4:11-12)

ЧРЕВОУГОДИЕ

Чревоугодие – это грех против второй заповеди (Исх 20:4) и есть один из видов идолопоклонства. Так как чревоугодники выше всего поставляют чувственное удовольствие, то, по слову апостола, у них бог чрево, или, иначе сказать, чрево есть их идол: «Их конец – погибель, их бог – чрево, и слава их – в сраме, они мыслят о земном» (Флп 3:19).

Сладости могут стать идолом, предметом вожделений и постоянных мечтаний человека. Это несомненно чревоугодие, но уже в мыслях. Этого также нужно остерегаться. «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна» (Мф 26:41).

Чревоугодие в буквальном смысле означает неумеренность и жадность в еде, доводящая человека до скотского состояния. Дело здесь не только в еде, но и в несдерживаемом желании потреблять больше, чем того требуется. Однако борьба с пороком обжорства предполагает не столько волевое подавление позывов к пище, сколько размышление о её истинном месте в жизни. Еда безусловно важна для существования, но она не должна становиться смыслом жизни, тем самым заменяя заботы о душе, на заботы о теле. Вспомним слова Христа: «Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды» (Мф 6:25). Это очень важно понять, т.к. в современной культуре обжорство определяется скорее медицинским недугом, чем нравственным понятием.

СЛАДОСТРАСТИЕ

Этот грех характеризуется не только внебрачными половыми связями, но и самим страстным желанием плотских удовольствий. Обратимся к словам Иисуса Христа: «Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с ней в сердце своем» (Мф 5:27-28). Человек, которого Господь наделил Волей и Разумом, должен отличаться от животных, которые слепо идут на поводу у своих инстинктов. Также к похоти стоит отнести и различные виды сексуальных извращений (зоофилия, некрофилия, гомосексуализм и др.), которые по своей сути противоречат человеческой природе. (Исх 22:19; 1Тим 1:10; Лев 18:23-24; Лев 20:15-16; Втор 27:21; Быт 19:1-13; Лев 18:22; Рим 1:24-27; 1Кор 6:11; 2Кор 5:17)

Списку грехов противопоставляется перечень добродетелей. Гордыне — смирение; жадности — щедрость; зависти — любовь; гневу — доброта; сладострастию — самоконтроль; чревоугодию — умеренность и воздержание, а лени — усердие. Фома Аквинский среди добродетелей особо выделял Веру, Надежду и Любовь.

Когда зависть зашкаливает

Истоки

Протоиерей Игорь Прекуп

Наверное, нет страсти более коварной, низменной и лицемерной, чем зависть. В перечне семи главных грехов (именно главных – peccata capitalia, а не смертных, потому что смертный грех – peccatum mortale – это другое богословское понятие), который святитель Григорий Двоеслов составил на основании восьмеричного перечня основных страстей преподобного Евагрия Понтийского, зависть (invidia) стоит сразу на втором месте после гордыни (superbia).

Причем стоит отметить, что святитель Григорий сократил схему аввы Евагрия, объединив гордыню с тщеславием, а печаль с унынием, но внес в этот погибельный перечень зависть (которой у аввы Евагрия не было), отведя ей «почетное» второе место после «матери всех грехов».

Главные грехи – это грехи «коренные», от которых происходят все прочие грехи. Зависть не рождается на пустом месте, но она, логично проистекая из гордыни и тщеславия, в самом деле, является причиной многих зол, и порочность человека зачастую стимулируется именно завистью.

Первый завистник – сам сатана. Его падение началось с того, что он позавидовал Богу и пожелал стать богом вместо Него. Невозможно понять, как высший из Ангелов помыслил такое безумие. Нам не дано это понять; Божественным Откровением нам дано это знать.

С другой стороны, как часто мы наблюдаем в жизни, что человек, даже будучи религиозным (иной раз на этой почве еще и жестче), норовит стать хотя бы для своего маленького мирка в объеме, например, собственной семьи, этаким божком – крошечным, но всемогущим…

Не в том плане всемогущим, чтобы творить добро и щедро одаривать своих домашних, удивляя их великодушием, щедростью, трепетной заботой – если бы!.. А в том, чтобы постоянно держать их в чувстве всецелой зависимости от своих прихотей, настроений, готовности обидеться или, наоборот, жестоко (грубо или изощренно – это уже в зависимости от индивидуальных особенностей) расправиться за недостаточное угождение. В основе – все то же сатанинское стремление стать богом вместо Бога хотя бы «в отдельно взятой» семье.

Именно этот смертоносный яд зависти внушил змей нашей праматери, когда побудил ее думать, что причина запрета вкушать от древа, которое посреди рая, состоит в нежелании Творца, чтобы люди «стали как боги» (Быт. 3; 5). Как говорится, парадоксально, но факт: основоположник зависти клевещет на Бога, приписывая Ему то, что впоследствии античная мифология назовет «завистью богов».

Более того, человека сатана губит тоже из зависти, ненависть к Богу концентрируя на Его образе. Вот как это комментирует блаженный Августин:

«Некоторые говорят так, что он (сатана – И.П.) ниспал с высших степеней, позавидовав человеку, сотворенному по образу Божию. Но ведь зависть следует из гордости, а не предшествует ей, ибо не зависть – причина гордости, а гордость – зависти, поскольку гордость есть любовь к собственному превосходству, а зависть – отвращение к чужому благополучию. Вследствие любви к собственному превосходству каждый завидует или равным себе за то, что они ему равны, или низшим, боясь, чтобы они не стали ему равны, или высшим, так как сам им не равен».

Зависть – тот самый грех, от которого Бог предостерегает Каина, говоря: «почему ты огорчился? и отчего поникло лице твое? если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? а если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт. 4; 6–7). Каин не внял Богу и позволил греху господствовать над собой. Результат всем известен.

Но вот что неплохо бы понять в этой ситуации: чему Каин позавидовал? Праведности Авеля? Но тогда он, по идее, должен был бы постараться превзойти его в ней, сначала попытавшись понять, в чем она заключается, затем целеустремленно трудясь над собой. Но ничего этого не происходит. Каин озлобляется, мрачнеет, не задает вопросов и не задумывается, чего ему не хватает, чтобы его жертва была угодна Богу (ради понимания им этого она и была отвергнута).

В том-то и дело, что в нем просыпается ревность, но не ревность по Богу, а ревность погибельная, возбуждаемая завистью, причем завистью предельно гордой, завистью, которая «не опускается» до выяснения отношений ни с Богом, ни, тем более, с братом. Никаких дискуссий, никакой риторики, никакого намека даже на попытку что-то в себе пересмотреть и изменить.

Чему Каин позавидовал? Праведности? Нет, он настолько горд, настолько уверен в своей самодостаточности, в своей правоте, что не видит повода завидовать святости брата. Чтобы позавидовать чему-то, надо прежде осознать или хотя бы почувствовать нехватку этого блага у себя. Чтобы позавидовать праведности, надо осознать свою греховность, а это уже начало покаяния…

Каин завидует не праведности, а чести, которой Авель удостоился от Бога – чести, в которой было отказано ему – Каину, стремящемуся первенствовать любой ценой: быть лучшим, не будучи лучше (для тщеславия достаточно слыть, но гордыня требует быть).

Согласно Н.Лосскому это – сатанинское зло, которое «есть гордыня деятеля, не терпящего превосходства Бога и других деятелей над собою, стремящегося поставить себя на место Бога и занять исключительное положение в мире, выше остальных тварей». Такого плана честолюбец стремится не просто к почестям, к «росту» и т.д., но именно к первенству ради самого первенства, чтобы никого не было выше него; ему не столько важно самому стать лучше, сколько любой ценой устранить чье-либо первенствование.

Ревность (не по Богу, а обычная страсть) может быть разной. Иной человек, ревнуя, может задуматься, чего ему не хватает, чтобы добиться первенства, добиться такого расположения объекта своей страсти, чтобы никогда больше не возникало почвы для ревности. В результате подобный самокритичный ревнивец может обнаружить и преодолеть какие-то свои недостатки, стать лучше. Но это лишь в том случае, когда зависть дает не более чем импульс для ревности и когда ревнующий склонен к самоанализу.

Совсем другое дело, когда зависть переполняет, аж зашкаливает, а способность к рефлексии не наблюдается. Тогда все отрицательные эмоции человек объясняет себе как справедливую реакцию на какие-то пороки (реальные или надуманные) того, кому он завидует, и на неразумное или безнравственное поведение того (тех), чьего расположения добивается – объясняет чем угодно, только не объективными причинами в себе самом, не собственными нравственными пороками, и уж, безусловно, не своей недалекостью.

Лукавая неблагодарность

Для зависти характерно лукавство. Редко кто завидует открыто. Обычно так бывает, когда завидуют так называемой «белой завистью, то есть, сожалея об отсутствии у себя какого-то блага, радуются за того, кто им обладает. Когда же речь о «черной зависти», мало кто даже самому себе признается в ней. Все понимают, что это низменное чувство, обнаружить его в себе унизительно, вот и не видят.

А оно (спасибо нашим психозащитным механизмам) успешно прячется, например, за оскорбленное чувство справедливости, или за ту же ревность по Богу, истолковывая это понятие как заблагорассудится.

Как и другие пороки, зависть норовит примешаться к добродетели, чтобы реализоваться под ее прикрытием. Вот только так уж бывает, что паразитируя на добродетели, зависть ее поглощает, оставляя одну лишь оболочку.

Например, уязвилось наше чувство справедливости чьим-то незаслуженным награждением или возвышением по карьерной лестнице. Уязвилось, допустим, обоснованно, ибо несправедливость должна вызывать в нашей душе неприятие, отвращение, протест, желание добиться правды. На то и даны нам чувства прекрасного и справедливого, во-первых, чтобы созидать, а во-вторых, чтобы адекватно реагировать на несоответствия, исправляя их.

Кстати, к слову сказать, когда мы возмущаемся чьим-то немилосердием, это в нас говорит все то же чувство справедливости, потому что правда христианская – в любви и милосердии, а когда совершается что-то противоречащее эти добродетелям – это несправедливо, ибо мы сами же просим Бога о милосердии. Поэтому христианин должен быть милосердным – это правильно, а если не так – это неправильно, такой человек не имеет права называть себя христианином, это несправедливо.

Так вот, уязвила чья-то незаслуженная успешность наше чувство справедливости. Мы негодуем, в нас вздымается возмущение… Кстати, «вздыматься» значит наполняться дымом. Уместно спросить себя, каким, какой природы дымом мы наполняемся, когда нас распирает от негодования по поводу несправедливости?

Распирает нас от вроде бы праведного гнева, но если вдуматься, всмотреться в себя, то обнаружим, что нарушение справедливости – всего лишь повод прорваться на свободу страстям, которые до того не находили благовидного предлога для осуществления. Но тут они как бы и не они, а те добродетели, на фоне которых они проскочили мимо не слишком-то зоркой совести.

Любителям давать волю своему якобы праведному гневу не помешало бы почаще вспоминать то, что писал святитель Игнатий Брянчанинов о падшем естестве и о примеси греха, присутствующей в каждой капле естественного добра.

У святых отцов много написано о том, как гордыня и тщеславие запитываются на успехе добродетели, примешиваясь к ней. Зависть хотя, в отличие от этих двух пороков, и не тучнеет, паразитируя на добродетелях, но она успешно использует некоторые из них в качестве прикрытия. Более того, она сама по себе играет своеобразную роль брони для гордыни и тщеславия, от которой рикошетят все помыслы сомнения.

Вспомним классическое: «Ах ты, мерзкое стекло!..» и т.д. – зависть запускает ненависть, когда чье-то превосходство, или пусть даже не превосходство, а просто чужая успешность колеблет гордыню и оскорбляет тщеславие.

Причем вновь обратим внимание, что зависть изначально деструктивна: она не побуждает стать лучше соперника/соперницы, не придает сил к тому, чтобы расти, развиваться и тем самым на новом уровне укрепить охраняемые ею гордыню и тщеславие (которые сами по себе как раз могут оказаться мощным катализатором «самосовершенствования»); нет, она тупо отвергает все, что может поставить под сомнение обоснованность высокой самооценки, и направлена на устранение (путем уничтожения, желательно – устрашающе-показательного, или унижения, желательно – публичного) источника сомнения.

Зависть выдает неблагодарность души Богу. Она – симптом атрофии чувства благодарности своему Творцу и Промыслителю. Сколько бы завистник не имел благ: всевозможных дарований «от природы», в том числе умственных способностей, разнообразных талантов, здоровья, физических сил и внешних данных, или судьбоносных «счастливых стечений обстоятельств», материальных ценностей и пр. – это все попадает, в лучшем случае, лишь в поле его периферийного зрения, так и оставаясь где-то с краю.

То, чем он обладает, меркнет в его глазах на фоне того, чего он не имеет, зато имеет или смеет надеяться иметь кто-то другой. Вот это недооценивание, а то и вовсе пренебрежение тем, что имеем – это ли не черная неблагодарность Отцу Небесному за все дарованные Им блага?

Джеймс Энсор. Зависть

Садо-мазо… «для тех, кто понимает» (с)

Зависть или ограждает гордыню и тщеславие от всего, что вызывает сомнение в их обоснованности, побуждая либо к непризнанию (например, неудобных фактов), либо к устранению причин и поводов (уничтожение документов, ликвидация свидетелей путем физического устранения или шантажа и т.п.).

Или же побуждает к действиям, подпитывающим и укрепляющим гордыню и тщеславие, в том случае, когда уязвимость позиции очевидна (опять же средства самоутверждения избираются в зависимости от собственных представлений о «крутизне» и от стереотипов сознания, доминирующих в сообществе, которому «крутизна» демонстрируется).

В аналогичных ситуациях один гордец будет игнорировать своего обидчика или соперника, упиваясь собственным великодушием и купаясь в восхищенных взглядах своего окружения (если оно именно в этом видит проявление силы духа), другой не успокоится, пока не уничтожит противника, если не физически, то морально (например, вынудив к тому, чтобы тот сам смешал себя с грязью, публично каясь во всех мыслимых и немыслимых подлостях и злодеяниях, и вымаливая прощение, вознося своему гонителю хвалу, как мудрейшему и милосерднейшему), а желательно сначала морально, затем физически.

Расправа видится раздосадованному гордецу вполне адекватным средством самоутверждения, если его референтная группа считает или косвенно дает повод думать, что страх – условие и признак уважения, а потому, чем она ужасней в своей жестокости, чем откровенней произвол, чем циничней в своей очевидности ложь, оправдывающая используемые средства, тем убедительней демонстрация могущества.

Ибо власть, которая может себе позволить открыто пренебрегать не только государственными законами и церковными канонами, но и законами логики (о соблюдении заповедей вышестоящими даже как-то неприлично считается говорить, а уж с ними непосредственно заговаривать об этом – хамство и «досаждение», граничащее с хулой на Духа Святого) – это власть, стоящая выше законов человеческих и Божьих, то есть абсолютная, с претензией на теократию… Абсолютное, совершенно бесовское наслаждение для гордеца!

Ну а когда в одном флаконе совмещается как бы сострадательное великодушие с методичным использованием административного ресурса, выставляющее удушаемую им жертву в качестве единственного источника своих скорбей – это высший пилотаж, работающий на повышение самооценки со 100% КПД. А все ради того, чтобы наблюдающие это со стороны, могли бы, содрогаясь от ужаса, боясь даже пожалеть бедолагу (отсюда самоидентификация не с жертвой, а с ее гонителем), сказать: «Вот уж, кому не позавидуешь!.. Сам виноват, знал, с кем связывался».

Завистник мучается, а не наслаждается своей страстью. Он по-своему даже борется с ней. Стремясь избавиться от ее приступов, он выбивает из-под нее почву, которая состоит из всех и всего, кто и что дает повод к зависти: тот, кому он завидует должен оказаться в незавидном положении, то, чему – либо стать его собственностью, либо исчезнуть, либо обесцениться.

Джотто ди Бондоне. Милосердие и зависть

Консолидирующий порок

В Евангелии сказано, что Пилат понимал: Иисуса первосвященники и старейшины народа осудили на смерть «из зависти» (Мф. 27; 18). Как-то странно звучит, ведь где зависть и где события мирового значения? Несоизмеримые, казалось бы, по значимости явления. Или вот, Иуда предал Христа из сребролюбия – тоже, казалось бы, несерьезная страсть, чтобы, руководствоваться ею, совершая столь несопоставимо масштабное в духовном плане преступление? И все же – факт.

Поэтому не надо недооценивать мощь страсти, пусть даже она кажется низменной, ничтожной. Она-то, конечно, низменная, глупо ею руководствоваться, да. Так на то она и страсть, чтобы под ее влиянием человек становился глупым и способным на безумные и бессмысленные, а то и саморазрушительные поступки.

Страсть как таковая – иррациональна по своей природе, однако, зависть – самая иррациональная из всех и в то же время самая разрушительная: во-первых, саморазрушительная для личности и, во-вторых, разрушительная для всех и всего, на кого и на что обращена.

Люди склонны подыскивать рациональные объяснения всему происходящему, всем поступкам – и своим и чужим. Это естественно, потому что основывается на представлении о человеке как существе разумном, а стало быть, все его настроения и действия должны быть разумны. Этот изначальный посыл так же естественен, как и ложен по причине чрезмерного обобщения.

Нельзя рассматривать человека лишь в призме его изначального естественного состояния, как образ Божий (а разум и свобода воли главные черты образа) и венец творения, игнорируя последствия грехопадения в его природе. Поэтому насколько верно пытаться найти рациональное объяснение тому или иному поступку, настолько же неверно притягивать за уши рациональное обоснование в качестве объяснения любого поступка.

Не надо все подряд рационализировать, иначе вместо понимания сути происходящего мы получим сколь правдоподобное, столь же и ложное объяснение, создающее нам успокаивающую иллюзию «осведомленности-а-значит-вооруженности».

Не надо пытаться рационально истолковать иррациональное. Все зачастую намного проще, чем люди пытаются объяснить свои или чужие чувства или поступки, события в личной, семейной, общественной и даже международной жизни. Не надо, например, искать мудрости и дальновидности там, где побудительный мотив – трусость; не надо пытаться искать трезвый расчет и рассудительность там, где людьми движет жадность, скупость, эгоизм; глупо видеть попытки защитить интересы народа там, где люди руководствуются жаждой мести, неприязнью по национальному признаку, ненавистью по политическим мотивам или просто-напросто идеологической запрограммированностью, запускающей те или иные стереотипы сознания, в зависимости от тех или иных сигналов.

Точно так же не надо придумывать рациональных объяснений поступкам человека, который во власти зависти. Безусловно, параллельно страстям могут существовать и рациональные мотивы, но часто бывает так, что они плавают на поверхности, благодаря чему и видны невооруженным глазом, но подоплека у них иррациональная: страсть.

Вспомним об отношении ко Христу враждующих между собой партий. Например, иродиане и фарисеи друг друга на дух не переносили, но Христа ради они таки объединились, когда надо было Ему устроить, казалось бы, безвыходную ловушку: платить ли подать кесарю (Мк. 12; 13–17). Если Господь скажет «платить» – повод фарисеям обличить Его не только в измене своему народу, страдающему под пятой римских оккупантов, но и в богоотступничестве (император был и верховным жрецом, язычество и государство были органично сплетены), если скажет «не платить» – иродиане (откровенные ренегаты) обвинят Его в антигосударственной агитации, в подстрекательстве народа к восстанию и т.д.

Что же в глубине души двигало теми и другими? Забота о политической стабильности? Да, иродиане были в ней заинтересованы, и любой нестандартный проповедник ими воспринимался как «раскачивающий лодку». Но это ли было в основе?

Или в основе была забота о религиозной верности народа своему Богу, о тщательном исполнении Закона, следуя «преданиям старцев», «учениям, заповедям человеческим» (Мф. 15; 2, 9)?.. Да, фарисеи этого добивались, а Христос в их глазах – опасный неформал, расшатывающий традиционные основы религиозного устроения общества. Но это ли основа ненависти фарисеев к Нему?

А не участвовавшие в упомянутом эпизоде саддукеи (тоже партия власти, но, в отличие от иродиан, сохранявшая национально окрашенный имидж и, в отличие от фарисеев, отвергавшая «учения человеческие», возводившая Закон в статус идола, чтобы использовать его в качестве идеологической скрепы)?

Проповедь воскресения и вечной жизни, свободы духа, «суббота для человека, а не человек для субботы» (Мк. 2; 27); дух свободы и одновременно демонстрация признаков долгожданного Мессии – это провокация народа на бунт, который может обернуться карательными мерами оккупационных властей, поэтому «лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб» (Ин. 11; 50). Но это ли, в сущности, побудило их устроить судилище и добиться распятия Сына Божия?

У каждой религиозной партии были свои, порой взаимоисключающие, рационально объяснимые причины ненавидеть Христа. Всех этих друг друга ненавидящих соперников объединяла ненависть к Нему, ненависть, в основе которой была… зависть. О чем, как уже было сказано выше, свидетельствует Евангелие (Мф. 27; 18).

Босх. Зависть

Порочный калейдоскоп

Завидуют и кому, и чему. Завидуют человеку, обладающему чем-то ценным, но завидуют и самой ценности, которой он обладает. Не только говорят: «Я завидую тебе», но и: «Завидую твоему здоровью» (таланту, оптимизму, красоте, везенью и т.д.). Это не просто фигура речи.

В самом деле, зависть побуждает дезинтеграцию образа ближнего. Она способствует тому, чтобы рассматривать его, не только разделяя личность и социальный статус, материальные блага, еще какие-то ценности, которые можно назвать «внешними», но и саму личность по составным частям, рассматривая раздельно внешние данные, душевные и психологические особенности, возраст и пр. – все, что порознь может вызывать зависть, но раздельно не существует. О самом человеке как бы забывают, концентрируясь на объекте своей страсти.

Этот извращенный взгляд на человека, правда, в контексте другой темы, рассматривал еще В.Соловьев, рассуждая о порочности похоти, концентрирующей внимание на какой-нибудь части тела и отвлекающей от самой личности, тем самым оскверняя отношения между мужчиной и женщиной. В данном случае то же можно сказать и о зависти, дробящей образ ближнего, вызывающей порочные чувства, побуждающей к постыдным поступкам и оскверняющей взаимоотношения.

Завидуют не только добру, но и всему запретному, даже злу, вернее дерзости совершать запретное и возможности безнаказанно творить зло (в т.ч. и в ущерб себе, если ущерб неявный: «ему можно пить, а мне нет?!», «ему можно воровать, а мне нет?!», «ему можно ходить налево, а мне-е-е?!!..» – и дела нет, что алкоголь постепенно подтачивает изнутри организм, а грехи пьянства, воровства, блуда – душу). Зависть, будучи связанной с уважением к силе, может быть подобострастной, но стоит сильному ослабеть в глазах своих поклонников, и они, до того завидовавшие ему втайне, растерзают его явно.

Завидуют тому, чем пожертвовали, что утратили, потеряли, продали… Вспомним Исава, который продал первородство (Быт. 25; 29–34) и благополучно забыл об этом. Но как он возмутился, когда Иаков этим воспользовался, как он возненавидел младшего брата, получившего то, что ему принадлежало по праву, пусть даже с помощью маминой хитрости, но свое, в силу заключенной сделки!.. Смертельная зависть не позволила Исаву даже задуматься о том, что он сам же обменял свое первородство на скорейшее утоление голода, да и не столько голода, сколько страсти чревоугодия, тогда как Иаков, отдав свою еду, должен был поголодать, пока не приготовит себе новую похлебку…

А как люди завидуют чьей-то непосредственности, естественности, искренности! Кого из нас не била жизнь за эти качества?.. Кто, извлекая уроки из неприятностей, на которые напросился в своей простоте и доверчивости, не скукожился, приняв «правила игры», или, как говорят психологи, «социализировавшись», а на самом деле, «прогнувшись под изменчивый мир»? Кому внутренне, в глубине не хочется разогнуться свободно и забыть об условностях, а?!.. Кому?! А низь-з-я-а-а-а…

И тут, допустим, среди нас объявляется человек, позволяющий себе говорить то, что думает; смеяться весело и непринужденно, не оглядываясь на насупившихся коллег; живо интересующийся всем, что касается сути рабочего или творческого процесса и вставляющий свои «5 копеек» всякий раз, как сочтет нужным (причем, чем уместней, тем более неприятно «солидным» и «умудренным жизненным опытом»); приветливо улыбающийся, без заискивания перед «старшими по званию», и от души внимательный, любезный со всеми, «не взирая на лица»; одевающийся без эпатажа, но как-то по-своему…

Как этой внутренней свободы хотелось бы многим из тех, кто его окружает, как они этого подсознательно хотят, но не смеют и помыслить, опасаясь нарваться на «непонимание народа», о которое давным-давно обожглись и навсегда отказались «высовываться», усвоив привычку озираться по жизни, стараясь соответствовать моральной конъюнктуре. Как же они завидуют этому человеку, который, несмотря на свой уже далеко не юный возраст, может себе это позволить роскошь быть самим собой, каким-то образом не потеряв себя в терках жизни, не предав себя!..

Да как он/она смеет?!! Это же натуральное издевательство над окружающими: так нагло демонстрировать свою внутреннюю несломленность и какую-то оскорбительную, вызывающую чуждость лицемерию! Это ведь нарочно, чтобы унизить нас, как бы говоря: вы – рабы человекоугодливые, неспособные ни на что открытое, непосредственное, живое, искреннее! Вы предали себя и подыхаете от зависти, когда видите кого-то, кто честен перед собой и людьми, не поджимает инстинктивно хвост перед тем, кто сильнее или выше по рангу, и ничего не строит из себя, любя непосредственно и так же искренне и просто выражая другие чувства! Вам завидно, что вы не способны на поступок, и готовы удавить всякого, кто своим поведением доказывает, что ваша неспособность не от мудрости, а от малодушия… Это мы его/ее так понимаем.

А человек-то на самом деле, может, ни о чем подобном и не помышляет. Ему/ей и в голову не приходит, что слова, сказанные искренне и с предельно ясным, вроде бы, смыслом, оказывается, могут быть поняты с точностью до наоборот, живой интерес к делу будет воспринят как попытка подсидеть кого-то из коллег или руководства, а материальная помощь, незаметно оказанная сотруднику, депрессирующему от нехватки денег – как расшатывающая отношения в коллективе, прямо-таки подрывная, «незаконная финансовая деятельность».

Теодор Жерико. «Мономаническая зависть. Сумасшедшая»

«Натурализация» зависти

Зависть заразна. Как, впрочем, любой грех, особенно душевный. Святитель Григорий, помещая зависть в перечне главных грехов непосредственно после гордыни, как бы напоминает об их сатанинской сущности: если гордыня замыкает человека на себя, отворачивая от Бога, то зависть проявляется как диавольская страсть, в соответствии с этимологией самого слова «диавол» (διάβολος <диаволос> – «клеветник»), которое состоит из приставки διά <диа-> – раз- и βάλλω <валло> – бросаю. Т.е. «разбрасывающий, разъединяющий, разделяющий, разлучающий», что вполне отвечает целям любого клеветника.

Этот же «клеветник №1» стремится в первую очередь разделить человека с Богом, а затем и людей между собой. И наипростейший для этого способ: снятие моральных табу с разделяющего порока, популяризация зависти, чтобы ее не принято было стыдиться, чтобы страсть эта стала безудержной.

Что ж, за малым дело стало: о гордости даже среди православных нынче принято говорить как о чем-то положительном, ставшем само собой разумеющимся, и мы не видим ничего зазорного в том, чтобы чем-то или кем-то гордиться, правда? Получается, с первым главным грехом из перечня святителя Григория Двоеслова мы разобрались, легализовали его, а теперь как говориться, «welcome»! Давайте будем последовательны, раз гордость в почете, и приступим ко второму греху: начнем и о зависти говорить, как о чем-то не только позволительном, но и полезном…

Или все-таки опомнимся и станем адекватно обращаться не только со словами, но и с одноименными пороками?

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *