Толкование Евангелия на каждый день года.Неделя 13-я по Пятидесятнице

Мф., 87 зач., 21, 33– 42

Сказал Господь такую притчу: был некоторый хозяин дома, который насадил виноградник, обнес его оградою, выкопал в нем точило, построил башню и, отдав его виноградарям, отлучился. Когда же приблизилось время плодов, он послал своих слуг к виноградарям взять свои плоды; виноградари, схватив слуг его, иного прибили, иного убили, а иного побили камнями. Опять послал он других слуг, больше прежнего; и с ними поступили так же. Наконец, послал он к ним своего сына, говоря: постыдятся сына моего. Но виноградари, увидев сына, сказали друг другу: это наследник; пойдем, убьем его и завладеем наследством его. И, схватив его, вывели вон из виноградника и убили. Итак, когда придет хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями? Говорят Ему: злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои. Иисус говорит им: неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Господа, и есть дивно в очах наших?

Вся эта притча – рассказ об отвержении Самого Господа Иисуса Христа. Виноградник в ней – вначале избранный Богом народ Израилев. Как говорит пророк Исаия: виноградник Господень – народ Израилев (Ис. 5, 7). Хозяин виноградника – Бог, виноградари – религиозные вожди народа, слуги, которые приходят, чтобы собрать плоды – посланные Богом пророки. И, наконец, Сын – Христос Мессия, Он послан как последний посланник в мир.

В притче нет другого объяснения Его смерти, кроме того, что виноградари убили Его, потому что знали, что Он наследник, что Он – Сын Божий. Не потому что не знали, а потому что знали. «Придем и убьем Его, – говорят они, – и наследство будет наше». Какое простое решение всех проблем, существующих в роде человеческом, когда он отворачивается от Бога! От Каина до Каиафы, от Каиафы до убийц нашей святой Царской Семьи и до последнего убийцы, который будет на земле. Вынуть камень, всего один, из строения жизни – и не заботиться ни о чем. Все теперь принадлежит нам, и мы поступаем так, как мы хотим. Как просто и ясно показана в этой притче история и судьба Израиля и всего человечества!

Обратим внимание на то, как милостив Господь по отношению к тем, кому Он вверяет Свой виноградник. Господь дает его делателям и оставляет их одних. Он не стоит над ними, как надсмотрщик. Он доверяет им то дело, которое они призваны осуществить на земле. И мы видим еще, с каким непостижимым терпением снова и снова, несмотря на все страшные грехи и преступления, Господь дает им возможность ответить на Его доверие, на Его любовь. Однако это не означает, что праведного суда Божия не существует. Все кончается тем, что Господь, как мы слышали, предает смерти злых делателей, забирает виноградник у них и передает его другим.

Со времени пришествия Христова новый виноградник Божий распространяется по всей земле. Весь человеческий род включается в этот виноградник. И этот новый виноградник – Церковь Христова с апостолами, мучениками, святителями, исповедниками, преподобными, благочестивыми царями и царицами – теми, кто достойно трудится в Господнем винограднике. Это «род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел», как говорит нам слово Божие (1 Пет. 2, 9). «Якоже красный плод спасительного сеяния», приносят Господу добрые виноградари свой труд, и будут приносить Ему до скончания века.

Однако эта притча Господня – о злых виноградарях. И она касается не одного только Ветхого Завета. Вся Церковь наша – виноградник Господень. Каждая душа человеческая, говорят святые отцы, это своего рода виноградник. И подобно тому, как хозяин винограда в притче не получил ни одной кисти виноградной, точно также Бог очень часто не получает духовных плодов от многих людей, которых Он любит. Что за опустошение над нашей землей прошло в недавние годы? Сам диавол иссушил почти весь виноградник. И Господь предупреждает, что будет горшее. Сын Человеческий, говорит Он, придя, найдет ли хоть одну виноградину на земле?

Кто же будет виновен в этом более всего? Мы знаем, что князь мира сего, все более утверждающий свою власть в этом мире, зная, что ему мало осталось времени, все более неистовствует, все более утверждает свое господство, «тайну беззакония», о которой говорит апостол Павел в Послании к Солунянам (2 Фес. 2, 7). Но она действует не только во внешнем мире – говорят святые отцы – она касается и самой Церкви, потому что, в конце концов, «человек беззакония», как говорит апостол, придет и в храме Божием сядет, выдавая себя за Бога (2 Фес. 2, 4).

Совершенно понятно, что более всего противостоять «тайне беззакония» должны те, кто поставлен Господом трудиться над возделыванием душ человеческих; те, кто ответственен перед Богом за духовное состояние народа. А в чем же будет их вина? Как смогут эти люди дойти до отвержения Самого Бога? Вот притча о злых виноградарях показывает, сколь ужасным может быть возрастание во зле. Чем больше Господь проявляет милосердие по отношению к делателям виноградника, тем более они утверждаются в своем зле.

Мы видели ряд явлений неправедного суда злых виноградарей, пока они не доходят до убийства Сына Хозяина виноградника. Все начинается с утраты чувства реальности, утраты страха Божия. Каждый человек, живущий духовной жизнью, может знать, что можно потерять страх Божий, потерять благодать. Что можно с небрежением относиться к святыне. Слово Божие говорит: «Проклят всяк, творящий дело Божие с небрежением» (Иер. 48, 10). А если человек проклят, значит, лишен благодати. Значит, он подчиняется князю мира сего, силам зла. Он становится на тот самый путь, по которому шли злые виноградари.

Чтобы понять нашу ответственность, в особенности ответственность тех, кому вручен виноградник Божий, мы должны увидеть, что все подробности притчи имеют значение. С самого начала притчи говорится, что Господь дал делателям для служения ограду, башню и точило.

Точило в винограднике – место, где получают сок и вино. Согласно изъяснениям святых отцов, это тайна обетованного Мессии, истинного Спасителя рода человеческого, в ожидании Которого жили все в Ветхом Завете – и в чаянии Второго Пришествия Которого живем мы. «Жаждай да грядет ко Мне и да пиет» (Ин. 7, 37), говорит Господь, обращаясь к таким людям. Башня, говорят святые отцы, означает древний Иерусалимский храм – предтечу Церкви Христовой, где совершались прообразовательные жертвоприношения. И также она – все храмы самой Христовой Церкви. Но она, кроме того – наблюдательная башня, с которой наблюдали и должны наблюдать всегда за приближением врагов, в особенности, когда наступает время созревания плодов. Это назначение башни лучше всего, наверное, помогает нам понять, как совершается постепенно «тайна беззакония» в Церкви. Ведь и ограда, которой был обнесен виноградник, существует для тех же самых целей. Ограда – то, что отделяет виноградник от невозделанной земли и то, что должно защищать виноградник от воров, от диких зверей. Неогороженный виноградник открыт для разорения. Если ограда где-то оказывается разрушенной – тот, кому не все равно, что делается с виноградником, постарается немедленно восстановить ее. И в духовной жизни существует ограда. Как говорят святые отцы, это заповеди Божии. Прежде всего, оградительный древний закон: не убивай, не воруй, не блуди. Эти запреты не утесняют свободу человека, как мы знаем, но защищают человека, ограждают его, хранят его свободу. Без этой ограды человеческая жизнь станет подобной винограднику, который могут вытоптать и пожрать стада диких свиней. Есть и другие ограды в винограднике Господнем. Это таинства Церкви, Тайны Христовы, перед которыми мы молимся: «Не бо врагом Твоим тайну повем». Это догматы и каноны, и все установления церковные, которые должны храниться от всякого злого поползновения на них.

Когда не будет у делателей виноградника заботы об ограде, тогда придет его запустение и гибель. Пусть не думает кто-нибудь, что он простой мирянин и какой с него спрос. Если ты принял дар Духа Святаго, ты тоже делатель, какое бы место ты ни занимал в Церкви. И пусть не скажет кто-нибудь, что он заботится только о своем личном благочестии и остальное его не касается. Что значит твое благочестие, если тебя не заботит, что весь виноградник гибнет у нас на глазах? Нам всем дал Господь виноградник и снабдил его всем необходимым, чтобы мы достойно исполняли свой главный труд. Мы все облечены доверием Божиим, и все свободны отнестись к этому дару так, как нам заблагорассудится.

Однако и для нас всех приближается день, когда мы должны будем предстать пред Господом с отчетом, что мы сделали с тем, что Он нам вручил. Все мы должны будем дать ответ на последнем и Страшном Суде Господу об этом. И выбор, перед которым мы стоим, как показывает Крест Христов, оказывается предельным. В этом мире, лежащем во зле, существуют зло и смерть. Когда зло раскрывается до предела, человек становится либо мучеником, либо убийцей. До такого предела дойдет жизнь, что иного выбора не будет дано никому.

В притче ясно показано, что Христос знает, что ждет Его впереди и каким путем должна идти Его Церковь. Он сознательно восходит к смерти, чтобы отдать Себя за спасение всех, чтобы стать краеугольным камнем, на котором строится жизнь и без которого, чему теперь, казалось бы, должно стать свидетелем все человечество, рушится все. Отвержение и смерть ожидают Господа и Церковь Его, но это все для того, чтобы изнести милость, и суд, и победу для любящих Его.

Евангелие о злых виноградарях

Мф., 87 зач., XXI, 33-42.

Ничего нет в этом мире отвратительнее неблагодарности, ничего нет оскорбительнее и душепагубнее ее. Ибо что может быть отвратительнее, чем поведение человека, когда он замолчит и замнет сделанное ему доброе дело? А что же тогда более мерзко, чем то, когда человек отвечает на милость немилостью, на верность — неверностью, на честь — бесчестьем, на доброту — насмешкой. Подобная неблагодарность черною тучей встает между неблагодарным, с одной стороны, и пречистым Оком небесным — с другой, ибо Оно есть сам свет без примеси тьмы и само благо без примеси зла.

За неблагодарность люди гневаются и на животное, хотя животные часто устыжают людей своею благодарностью, своею искренностью и верностью. А что люди делают для животных, за что животные могли бы им быть благодарны? Почти ничего, исключая просчитанный интерес людей дать мало, а взять много. Несмотря на десятикратную награду, которой животные оплачивают людям все хлопоты о них, люди, кроме того, ожидают от животных и благодарности.

Еще больше люди гневаются на неблагодарного человека. Ибо человек может оказать человеку несравненно бóльшую услугу, чем любое животное, но может и пережить несравненно бóльшую неблагодарность со стороны человека, чем со стороны животного. В этом мире благодарность приобретает свое истинное Божественное сияние, а неблагодарность — свое истинное адское уродство лишь в человеке, лишь в человеческом роде. Ибо ни одно живое творение в мире не может быть ни настолько благодарным, ни настолько неблагодарным, как это может человек. Чем человек благодарнее, тем он ближе к совершенству. Благодарность всем Божиим творениям вокруг него делает его лучшим гражданином сей звездной вселенной; благодарность людям делает его лучшим гражданином общества человеческого; а благодарность Творцу вселенной делает его достойным гражданином Царства Божия. Но что все дары вселенной и всех людей на земле, которые может получить смертный человек, рядом с несравненными и бесчисленными дарами, которые он денно и нощно получает от Бога? И что вся наша благодарность, которую мы должны воздавать творениям и людям, рядом с неизреченною благодарностью, которую мы должны воздавать Богу? Ведь и все даяния благие, принимаемые нами от мира и от людей, мы принимаем на самом деле от Бога чрез мир и людей. А сколькими еще дарами, кроме того, наделяет Бог каждого из нас непосредственно, сообщая их в духе нашем без посредника, и сие от рождения — даже и прежде рождения — и до самой смерти! А сколькими же дарами наделяет Господь наш Иисус Христос все крещеные души, сколькими духовными сокровищами, какой благодатною силой! И за все это не быть благодарным — значит не просто потерять свое человеческое достоинство, но опуститься ниже всякого животного — и всякого творения вообще — в пространной вселенной. Чтобы спасти род человеческий от такого падения, Господь наш Иисус Христос — не имея в том личной потребности — часто при всех благословил и благодарил Бога (см.: Мф 11, 25; 14, 19; 26, 26–27). Так же поступали и святые апостолы, непрестанно хваля Бога (Деян 2, 47) и благодаря Его за благодеяния, оказанные не только им лично, но и другим людям. Непрестанно благодарю за вас Бога (Еф 1, 16), — пишет апостол Павел верным в Ефесе, в то же время наставляя их благодарить всегда за все Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Христа (Еф 5, 20). Так же и Церковь Божия, по примеру апостолов, до сего дня непрестанно возносит хвалу и благодарение Богу и непрестанно призывает своих верных никогда не забывать благодарить, не ослабевая, Бога за все, что Он им посылает. Нет ни одного богослужения, которое Церковь не начинала бы со слов: Благословен Бог наш! И нет ни одного, которого она не завершала бы словами: Слава Тебе, Христе Боже, Упование наше, слава Тебе! И Церковь совершает это для того, чтобы в душах верующих глубоко запечатлелись мысль, песнь и молитва беспрерывной благодарности Богу, да возможет всякий сказать о себе, подобно Псалмопевцу Давиду: выну хвала Его во устех моих (Пс 33, 2).

Из всех же примеров человеческой неблагодарности Богу самым черным и самым ужасным является пример неблагодарности народа иудейского по отношению к Гос­поду нашему Иисусу Христу. Пример сей описывает в сегодняшнем евангельском чтении Сам Господь в виде пророческой притчи, — притчи о хозяине дома и о злых виноградарях. Эту притчу Спаситель рассказал в храме иерусалимском пред первосвященниками и старейшинами народа как раз накануне Своих последних страданий и распятия на кресте.

Был некоторый хозяин дома, который насадил виноградник, обнес его оградою, выкопал в нем точило, построил башню и, отдав его виноградарям, отлучился (Мф 21, 33). Как в другом месте Господь говорит человек царь, так и здесь — человек некий бе домовит, иже насади виноград, дабы сим обозначить благого Домовладыку, или Бога. Ибо, сколь бы ни был человек в этом мире немощен и унижен, Бог не стыдится называться человеком. Человек, несмотря ни на что, есть главное и самое драгоценное во всем мире творение Божие. Потому Бог и называет Себя человеком, чтобы тем показать превосходство человека над всяким другим творением в мире и Свою великую любовь к человеку. Лишь помраченный ум язычников и людей, отпавших от Бога, называл Бога именами природных явлений и предметов: огнем, солнцем, ветром, водою, камнем, деревом, животными, — только не именем человека. Христианская вера единственная подняла человека высоко над всею сотворенною природой и лишь человека удостоила того, что Всевышний Творец может назваться его именем. Виноградник означает народ израильский, избранный Богом, чтобы чрез него осуществить спасение всего рода человеческого. Сам Бог называет народ израильский виноградником Своим (см.: Ис 5, 1). Ограда, которою обнесен виноградник, означает законы, данные Богом народу избранному, словно стена отделяющие его от прочих народов. Точило означает обетование о приходе Мессии, истинного Спасителя рода человеческого, обетование, коим народ богоизбранный в течение веков утолял жажду как животворным питием. Таким животворным питием Сам Господь Иисус Христос именует Себя, говоря: кто жаждет, иди ко Мне и пей (Ин 7, 37; 4, 14); и верующий в Меня не будет жаждать никогда (Ин 6, 35). Башня означает ветхозаветный жертвенный храм, прообраз Святой Церкви Божией после пришествия Христова. И Сам Господь (см.: Мф 16, 18; 21, 42), и апостолы (см.: Еф 2, 20) уподобляют Церковь строению. Под виноградарями подразумеваются старейшины народа, первосвященники и учители. Что означает слово отлучился? Разве может Бог отлучиться и удалиться от Своих людей? Отлучился означает, с одной стороны, что Бог, устроив и сотворив все потребное для спасения людей, предоставил им свободную волю использовать все дары Божии для своего спасения; а с другой стороны, слово отлучился означает терпение Божие по отношению ко грехам человеческим и безумным делам против их же собственного спасения — терпение и долготерпение Божие, превосходящее всякий ум человеческий.

Когда же приблизилось время плодов, он послал своих слуг к виноградарям взять свои плоды (Мф 21, 34). Как обыкновенный хозяин посылает своих слуг в определенное время взять у виноградарей плоды, так и Бог посылал Своих слуг, Своих избранников к народу израильскому: взыскать плод духовный со всего того, что Бог дал этому народу для возделывания. Слуги Божии — пророки, а плоды виноградника суть все добродетели, проистекающие из послушания закону Божию. Послал своих слуг к виноградарям, то есть прежде всего к старейшинам народа, первосвященникам, книжникам и учителям, которые в наибольшей степени призваны учить народ закону Божию — и словом, и примером — и которые отвечают пред Богом как за себя, так и за народ. Ибо им дано больше власти и больше мудрости, а кому больше дано, с того больше и спросится. Сии руководители и вожди народные, если не из-за чего другого, то хотя бы из благодарности Богу должны были принять посланников Божиих с почтением и любовью, с коими приняли бы Самого Бога. Но что же они сделали?

Виноградари, схватив слуг его, иного прибили, иного убили, а иного побили камнями (Мф 21, 35). Вот как люди умеют платить злом за добро! Вот черная неблагодарность человеческая! Пророки напоминали старейшинам народа о законе Божием, воле Божией, благодеяниях Божиих. Пророки подчеркивали спасительность, красоту и сладость закона Божия, требуя, чтобы он действовал в жизни каждой личности и всего народа. Они от имени Бога искали добрых дел как плодов Божественного закона. Но этих добрых дел они не находили и оставались ни с чем, как работники, пришедшие в виноградник собирать урожай, но не нашедшие винограда. И старейшины народа не просто отпустили их с пустыми руками, но схватили их, насмеялись, изругали, иных прибили, иных убили, а иных побили камнями. Так, например, пророка Михея били, Захарию убили пред алтарем, Иере­мию побили камнями, Исаию распилили пилой, Иоанну Предтече усекли главу мечом.

Опять послал он других слуг, больше прежнего; и с ними поступили так же (Мф 21, 36). Другие слуги — тоже пророки. Чем больше богоизбранный народ развращался и отпадал от Бога, те больше Своих пророков посылал милосердный Бог, чтобы те вразумили народ, покарали народных старейшин, да не погибнут все они, подобно бесплодным ветвям виноградной лозы, кои отсекают и бросают в огонь. Но и этим слугам Божиим удалось сделать не более, чем первым. И их старейшины народа, первосвященники, книжники и учители били, убивали или побивали камнями. И чем дальше простиралось долготерпение Божие, тем больше и отвратительнее становилась неблагодарность людей Богу.

Наконец послал он к ним своего сына, говоря: постыдятся сына моего (Мф 21, 37). Все слуги Божии были поруганы, все вразумления Божии — отвергнуты, все благодеяния Божии — пренебрежены. Человеческое терпение в таком случае было бы исчерпано до конца. Но терпение Божие больше и терпения самого терпеливого врача, лечащего безумного. На десятую долю подобной неблагодарности люди ответили бы железным кулаком. А вот как поступает благоутробный Бог: вместо железного кулака Он посылает Сына Своего Единородного! О неисчерпаемая благость Божия! Даже самая лучшая мать не могла бы проявить столько милости и терпения к родному чаду, сколько явил Бог Живый по отношению к сотворенным Им людям. Но когда пришла полнота времени, — говорит апостол, — Бог послал Сына Своего Единородного (Гал 4, 4). То есть когда пришла полнота времени ожиданию плода от Израиля, и полнота времени — злу и беззакониям старейшин народных, и, наконец, полнота времени — терпению Божию. Когда виноградник был словно опален мучнистой росой, и ограда вокруг виноградника сломана, и языческий паводок хлынул в виноградник, и точило в винограднике пересохло, и башня в винограднике превратилась в вертеп разбойников, — тогда неожиданно пришел в виноградник Сын Хозяина — Единородный Сын Божий. Бог ведал заранее, что виноградари ничуть не постесняются сотворить с Сыном Его то же самое, что сотворили и с Его слугами. Но почему тогда Он говорит: постыдятся Сына Моего? Чтобы этими словами устыдить нас, — нас, и сегодня не принимающих Сына Божия с должным благоговением и любовью. И еще чтобы показать, до какого бесстыдства дошла людская неблагодарность в народе избранном, столь облагодетельствованном милостями Божиими. Послушайте, до какой гнусности дошло богомерзкое сие бесстыдство и забвение о Боге.

Но виноградари, увидев сына, сказали друг другу: это наследник; пойдем, убьем его и завладеем наследством его. И, схватив его, вывели вон из виноградника и убили (Мф 21, 38). Какая совершенная картина того, что вскоре произошло с Господом нашим Иисусом Христом! Воистину как злые виноградари убили хозяйского сына, чтобы завладеть виноградником, так и иудейские первосвященники, фарисеи и книжники убили Господа нашего Иисуса Христа, чтобы полностью подавить народ своею властью. Чтó нам делать? — совещались между собою вожди народа иудейского. — Если оставим Его так, то все уверуют в Него (Ин 11, 47–48). И по предложению Каиафы решили Его убить. Напрасным оказался весь тысячелетний опыт, говорящий, что Божия человека убить невозможно, ибо, убитый, он еще более жив, и представляет еще бóльшую угрозу, и вызывает еще более сильные мучения совести. Их отцы избили стольких пророков Божиих — и вскоре вынуждены были воздвигать им гробницы и памятники. Вынуждены были, ибо убиенные пророки после смерти становились для них страшнее, чем при жизни. Они имели очи, чтобы видеть, — но не могли видеть; они имели разум, дабы помнить, чтó на протяжении тысячи лет было с убиенными, а что — с их убийцами, но не усвоили этого и не могли вспомнить. Пойдем, убьем его. Самое легкое человеческое решение, но и самое безуспешное, от Каина до Каиафы и от Каиафы до последнего убийцы на земле! Убить праведника значит — просто отправить его назад к Богу, от Которого он и пришел. А это, в свою очередь, значит — предоставить ему неприступную позицию в бою, вооружить его непобедимым оружием и сделать тысячекратно сильнее, чем он был, когда в теле ходил по земле. Что тут скажешь? Убить праведника значит — помочь праведнику победить, а себя осудить на поражение и окончательную гибель. Что знал первосвященник иудейский Каиафа, если он не знал этого? Знал меньше чем ничего, ибо если бы он просто не знал ничего, он и тогда не решился бы убить Христа и тем самым ввергнуть самого себя — а не Христа — в вечную погибель. Пойдем, убьем Его. «Ибо весь народ идет за Ним, — так они говорили. — Мы остались одни: без власти, без чести, без денег. Кто будет нам служить? Кто будет нас восхвалять? Кого мы будет обманывать? У кого вымогать? И потому пойдем, убьем Его и завладеем наследством Его: народом, виноградником нашим, которым мы и ранее обладали, сами пользуясь его плодами». Злые виноградари быстро осуществили свое решение. Они, схватив его, вывели вон из виноградника и убили. Посмотрите, как Христос до мельчайших деталей провидит все то, что будет с Ним. Все евангелисты говорят, что иудеи­ вывели Христа из города на лобное место, Голгофу, находившуюся вне стен Иерусалима. Сие и означают слова: вывели вон из виноградника. Но эти слова означают еще и то, что старейшины иудейские отвергнут Хрис­та, отсекут Его от народа израильского, отрекутся от Него как от израильтянина, вышвырнут Его за ограду своего народа и предадут Его иноплеменникам как иноплеменника. Итак, когда придет хозяин виноградника, чтó сделает он с этими виноградарями? (Мф 21, 40) Так спросил Господь наш Иисус Христос старейшин народа. Когда придет хозяин, — говорит Он, а в начале притчи Он сказал: отлучился. Слова когда придет хозяин означают конец терпению хозяина. Когда настанет конец терпению Божию, тогда будет положено начало и Его гневу. Но Кого здесь подразумевает Господь наш Иисус Христос под Хозяином: Самого Себя или Отца Своего? Это все равно. Я и Отец — одно, — сказал Он.Главное, что и Божию терпению, и наглости виноградарей вскоре после убийства Сына Божия придет конец.

Чтó сделает Хозяин с этими злыми виноградарями? Кто задает вопрос сей и когда? Именно Сам Хозяин спрашивает об этом злых виноградарей. Осужденный на смерть спрашивает Своих судий и убийц. Как страшен разговор Того, Кто будет убит, с теми, кто совершит злодеяние! Обычно осужденные на смерть растеряны и не знают, что говорят, в то время как судьи — если они праведны — спокойны. Здесь случай совсем противоположный. Христос, ведающий о тайном решении старейшин убить Его, спокоен и знает, что говорит, в то время как Его неправедные судьи растеряны и не знают, что говорят. Так всякое злодейство лишает человека двух качеств: смелости и ума.

Говорят Ему: злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои (Мф 21, 41). Видите: они не знают, что говорят! Они сами произносят себе приговор! По свидетельству евангелистов Марка и Луки, слова сии изрек Сам Господь. А из Евангелия от Матфея ясно: Господь просит их высказать, чтó они думают. Поскольку никакого противоречия между евангелистами быть не может, вероятнее всего сначала Господь Сам сказал, что хозяин виноградника сделает со злыми виноградарями и что — со своим виноградником, а затем Он и их спросил об их мнении. Они сначала подтвердили сказанное Господом и согласились с Ним, но тут же, словно догадавшись, что это к ним относится, воскликнули (как пишет святой Лука): да не будет! Как сие показывает их смятенность и противоречивость! Но кто эти другие виноградари, коим хозяин отдаст виноградник? Прежде всего подобает знать, что не только виноградари, но и виноградник будет новый. Со времени земной жизни Хрис­та и далее распространится виноградник Божий на весь род человеческий, и будет он состоять не только из народа израильского, но из всех народов на земле. Сей новый виноградник наречется Церковью Божией, а делателями, или виноградарями в нем, будут апостолы, святители, отцы и учители Церкви, мученики и исповедники, архиереи и иереи, благочестивые и христолюбивые цари и царицы и все прочие служители этого Господня виноградника. Они будут отдавать Господу плоды во времена свои. Они после пришествия Христова станут родом избранным, царственным священством, народом святым (см.: 1 Пет 2, 9). Ибо с пришествием Христовым заканчивается избранничество народа иудейского и переходит на всех, верующих во Христа, из всех народов на земле.

Да не будет! Так сказали злые виноградари Сыну Божию, догадавшись, что страшная сия притча относится к ним. Без этих слов, приведенных евангелистом Лукою, в Евангелии от Матфея образовался бы пробел, ибо было бы не понятно, почему Господь произнес то, что затем последовало. Между тем после сих слов иудейских старейшин идут понятные слова Христа: неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Гос­пода, и есть дивно в очах наших? (Мф 21, 42) Камень, несомненно, есть Сам Христос, строители — старейшины, первосвященники и книжники иудейские; угол — соединение Израиля и язычников, ветхозаветного и нового избрания, ветхозаветной и новозаветной Церкви. Хрис­тос — на этом углу, в конце ветхого и в начале нового. Он призывает в Царство Свое и израильтян, и язычников с одинаковою любовью, потому что и те и другие во время Его пришествия показали себя бесплодными смоковницами. Особенно израильтяне, ибо они отвергли Его, как строители отвергают какой-нибудь ненужный камень. Как жестоко обманулись строители! Они отвергли главный краеугольный камень жизни человеческой, истории человеческой, истории всего тварного мира! По сути дела, они Его не отвергли, но замахнулись, дабы Его отвергнуть, — и сами были отвергнуты: Он же утвердился во главе угла нового строительства, нового творения. Это от Господа, и мудрее и праведнее быть не может. И есть дивен во очесех наших. То есть: когда вы читаете Священное Писание (см.: Пс 117, 23), даже и вам кажется, что это от Господа и есть дивно, поскольку вы не знаете, к Кому относятся сии слова. Не знаете вы, что страшен этот камень. Ибо тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит (Мф 21, 44; Лк 20, 18).

И воистину жестоковыйные иудеи разбились о сей ­камень, и он раздавил их. Преткнулись они о него как о камень соблазна и разбились еще в то время, когда Господь наш Иисус Христос был во плоти на земле. А позднее, после распятия и воскресения, камень сей упал на них и раздавил их. Ибо вскоре после того, как злые виноградари убили Сына Хозяина, напали на Иерусалим римские войска под предводительством Тита и город разрушили, а иудеев изгнали из их отечества и рассеяли по всему миру. И произошло с иудеями то, что хуже и страшнее произошедшего с ассириянами, вавилонянами, финикиянами, египтянами и другими народами, которые грешили и вымерли во грехах своих. С иудеями произошло нечто похожее на случившееся с Каином. Ибо Бог никому не допустил убить Каина, но сделал ему знамение убийцы и согнал его, да будет изгнанником и скитальцем на земле. Но Каина постигло суровое наказание сразу после первого совершенного им злодеяния, а иудеев — нет. Они убивали и побивали камнями пророков Божиих, одного за другим, а Бог терпел, отлагая казнь, ожидал покаяния и посылал все новых и новых пророков. Только когда они убили Спасителя, постигло их праведное наказание. Иногда Бог сразу наказывает преступника, а иногда откладывает и откладывает казнь, так что люди думают, что она никогда не последует и преступник останется безнаказанным. Когда Мариам, сестра Моисея, осудила своего брата, она внезапно покрылась проказою по всему телу: и вот, Мариам покрылась проказою как снегом. Аарон взглянул на Мариам, и вот, она в проказе (Чис 12, 10). Когда Дафан и Авирон осуждали старейшин своих, земля под ними расселась и поглотила их: и разверзла земля уста свои, и поглотила их (Чис 16, 32). Анания и Сапфира присваивали и утаивали церковное имущество и потому мгновенно пали бездыханны (см.: Деян 5, 5).

Но Бог не всякого преступника наказывает сразу. Как раз напротив, бóльшая часть преступлений и грехов наказываются не сразу после их совершения, но позднее или даже после смерти грешника. Наказание Божие за грех посылается по премудрому домостроительству Божию в сем мире. Если бы Бог не наказывал некоторых грешников сразу после совершения греха, мы бы отчаялись, ожидая Божией правды; а если бы Бог терпеливо не откладывал наказание других грешников, как бы мы научились терпению по отношению к обидящим нас? Наконец, то, что Бог некоторых закоренелых грешников не наказывает во время их земной жизни, служит нам всем для укрепления веры в будущий суд Божий, который не минует даже грешника, избежавшего всех земных судов. Горе тому, кто безнаказанно наслаждается своими грехами до самой смерти! Не завидуйте ему! Он получил уже то, чего желал, в жизни сей, и в жизни иной ему не осталось принять ничего, кроме осуждения. Если Господь наш Иисус Христос, не имея ни единого греха, столь ужасно страдал и принял таковые мучения, как же не страдать и каждому из нас, грешных, кого Бог хоть сколько-нибудь любит? А тот, кто много грешит и нимало не страдает, не имеет ни малейшего сходства с Христом и потому не будет иметь с Ним никакой части в Царствии Божием. Устрашимся, если вся жизнь наша протекает без мук и страданий, но со многими нераскаянными грехами. Возрадуемся, если мы перенесли многие муки и страдания и этим воспользовались, покаявшись пред Богом и исправив пути свои. И пусть никто не говорит и не думает: «Раз Бог так долготерпелив, покаяние можно и отложить. Если Он так долго терпел на иудеях, потерпит и на мне еще год–другой». Не будем обманываться: может Бог по Своему Промыслу и потерпеть еще год-другой нашу нераскаянность, а может опустить на нас Свою тяжелую десницу через час-другой или через минуту. Когда покаяние откладывается, это делает его все более и более трудным, ибо греховный навык все сильнее и сильнее в нас укореняется, все более и более помрачает наш ум и каменит наше сердце. И тогда мы и против своей воли переходим от тяжкого греха к тягчайшим, подобно злым виноградарям, сперва убивавшим пророков, а в конце концов убившим и Сына Божия. И чего мы тогда можем ожидать для себя, кроме того, что произошло со злыми виноградарями? Краеугольный камень, предназначенный Богом для дома нашего спасения, поднимется над нашими головами и раздавит нас. Ибо Господь, сильный в милости, силен и в правде.

Поспешим же воспользоваться милостью, пока она обильно изливается на нас. Не будем ждать, когда уклонится от нас рука милости и опустится на нас рука правды. Не будем отлагать возделывание виноградника души нашей, чтобы, когда придут слуги Хозяина, без промедления отдать им взращенные и собранные плоды. Каждый день Ангелы Божии собирают души человеческие и уносят их из мира сего, как собирающие урожай — гроздья из виноградника. Наш черед нас не минует. О, да не окажутся наши плоды «гнилыми»! О, да не окажутся наши души бесплодными! Ангелы Хранители, вразумите нас, поддержите нас и помогите нам, прежде чем пробьет последний час! Господи Иисусе Христе, помилуй нас! Тебе же подобает честь и слава, со Отцем и Святым Духом, ныне и присно, во все времена и во веки веков. Аминь.

Из собрания творений святителя Николая Сербского (Велимировича),

выпущенного издательством Сретенского монастыря. Приобрести издание можно в магазине «Сретение».

Глава 36. Беседы в храме. Притча о двух сыновьях. Притча о злых виноградарях. Речь о камне, отвергнутом строителями. Притча о брачном пире. Ответ Иисуса фарисеям о подати кесарю. Ответ саддукеям о воскресении. Ответ законнику о наибольшей заповеди. Речь о Христе: чей Он Сын? Обличение книжников и фарисеев. Лепта вдовы. Приход эллинов к Иисусу. Притча о пшеничном зерне. Молитва Иисуса и голос с неба

Словами – отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу – Иисус закончил учение Свое о Царстве Божием на земле. Постараемся же подвести, по возможности, итог сказанному об этом Царстве. Иисус Христос учил, как мы должны жить, как должны устроить свою жизнь здесь, на земле, чтобы достигнуть вечного блаженства в Царстве Небесном. Устраивающие свою жизнь согласно возвещенной Им воле Божией, исполняющие эту волю, как царский закон, составляют Царство Божие.

Царство это, основанное Христом, будет продолжаться до кончины мира и открытия Царства Небесного. Малое вначале, состоявшее всего из одиннадцати Апостолов и других немногих последователей Христа, оно, подобно горчичному зерну, должно было разрастись (и действительно разрослось) в роскошное дерево.

Царство Божие, или Церковь, не может иметь никаких пространственных пределов; оно не стеснено никакими границами стран земных; оно везде, где любят Бога и ближних, где исполняется воля Божия, где царит Бог; оно – в душе человека. Царство Божие внутрь вас есть.

Царства мира сего, то есть общины людей, управляемые каждая своей государственной властью, требуют от своих граждан под страхом наказания точного исполнения всех издаваемых этой властью законов, но требуют лишь внешнего повиновения, не касаясь чувств, сокрытых в душе повинующегося; поэтому гражданином царства мира сего можно быть и по принуждению, по необходимости. В Царстве же Божием не так. Главнейший основной Закон Божий, обязательный для желающего вступить в Царство Божие, – любовь к Богу; следовательно, принадлежать к этому Царству можно не иначе, как любя Бога, а так как любовь не может возникнуть ни по принуждению, ни по необходимости, то следует признать, что гражданином Царства Божия можно быть только по добровольному влечению сердца. Силой можно заставить побежденных быть подданными победившего их царя, но никому нельзя приказать вступить в Царство Божие.

Не подлежит никакому сомнению, что Христос хотел привлечь всех в основанное Им Царство Божие, хотел сделать всех людей счастливыми здесь, на земле, а через это и блаженными в Царстве Небесном; но Он сознавал, что для этого надо прежде всего преобразовать сердце человека; надо научить людей, что не себялюбие, не мстительность, не угнетение ближних делают их счастливыми, а любовь к Богу и ближним, воздаяние добром за зло и готовность добровольно пострадать, если это необходимо, для блага других. Создавая Царство Божие на земле, в противоположность господствовавшему тогда царству зла, власти тьмы, Христос не мог действовать силой против силы, злом против зла. Пересоздать силой общественный строй какого-либо народа, оставив сам народ по-прежнему звероподобным, – это еще не значит уничтожить насилие, неправду, страдания. Вот почему Христос и дал медленный, но единственно верный путь распространения основанного Им Царства Божия.

По той же причине Он никогда не вмешивался в государственные дела Римской империи, в пределах которой проповедовал. Он не мог, конечно, смотреть равнодушно на царившее тогда повсюду зло; но Он знал, что победить его можно не силой, не злом, а любовью и добром; Он знал, что люди, возрожденные любовью к Богу и ближним, сами со временем создадут себе иные условия общественной жизни, такие условия, при наличии которых невозможны будут ни рабство, ни деспотизм и никакие иные виды насилия. Он знал, что царства мира сего будут с особенным озлоблением противодействовать распространению Царства Божия, но не одолеют его никакой силой; напротив, Царство Божие, несущее на своем знамени любовь даже к врагам и воздаяние добром за зло, распространяясь все более и более среди граждан царства мира сего, окажет несомненно нравственно-возрождающее влияние и на самый строй этих царств.

Что же требуется от вступающего в Царство Божие? – Требуется, прежде всего, чтобы он любил Бога. Если мы, любя, например, жену, мать, отца, детей, стараемся исполнять их желания, и если такое исполнение их желаний доставляют нам истинное удовольствие, как бы удовлетворение наших собственных желаний, то несомненно, что, любя Бога, мы будем находить полное нравственное удовлетворение, если будем исполнять Его волю, если будем делать то, чего Он хочет, если воля Его станет нашей волей. Если нам тяжело бывает отказать любимому человеку в исполнении его законного и удобоисполнимого желания; если вынужденный чем-либо отказ болезненно отзывается в любящем сердце, то несомненно, что и человек, любящий Бога, но почему-либо поступивший вопреки Его воле, должен испытывать нравственные муки, как только сознает себя виновным перед Ним. Словом, любовь к Богу нравственно обязывает творить волю Его.

Но какова же эта воля? Удобоисполнима ли она? Чего требует Бог от тех, кто любит Его? – Лично для Себя Он ничего не требует от нас; все требования Его, обращенные к нам, касаются нас же самих: «Любите ближних своих, как самих себя!» и: как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними (Мф. 7, 12). Вот воля Божия, вот устав Царства Его.

Законы царств мира сего налагают нередко на людей бремена неудобоносимые и составляют тяжкое, иногда бесцельное и бесполезное для других, иго. Бремя же, налагаемое на нас законом Бога, легко, так как иго этого бремени есть благо (Мф. 11, 30) для других, а, следовательно, в силу взаимности, и для нас самих.

В чем же заключается бремя Божия закона? В том, чтобы мы поступали с людьми так, как желали бы, чтобы и они с нами поступали.

Посмотрим же, тяжко ли это требование? Удобоисполнимо ли оно? – Ты, вероятно, испытывал не раз щемящую боль сердца, когда сознавал, что многие, даже близкие к тебе люди, не любят тебя и нисколько не стесняются открыто проявлять свое нерасположение к тебе? И ты осуждал их за их бессердечность. Но заглянул ли ты в свое сердце? Спросил ли себя: любишь ли ты всех людей вообще и близких тебе в особенности? Ведь ты сам иногда дышишь злобой против многих, не всегда даже и повинных перед тобою. За что же негодуешь на других? Если хочешь, чтобы тебя любили все, люби и ты; и верь, что любящее сердце всегда найдет отклик в сердцах других людей. Ты, быть может, скорбел, доходил даже до отчаяния, когда тебе, нуждающемуся в помощи, все отказывали в ней? Ты недоумевал, почему, например, такой-то отказал тебе в своей поддержке, которая ему почти ничего не стоила бы? Не правда ли, как тяжело, как грустно встречать повсюду холодные, равнодушные к твоей нужде лица? Как больно сознавать, что некому помочь тебе? Так не отказывай же и сам в посильной помощи нуждающимся; и если ты не в состоянии помочь так, как хотелось бы, помоги, как можешь, но все-таки помоги; подай хотя чашу воды жаждущему и не могущему утолить свою жажду без посторонней помощи. Да и помогая посильно ближним, не возвеличивайся перед ними, не выставляй себя напоказ как благодетеля, не труби о своих добрых делах! Знай, что в человеческом сердце есть скверное чувство неблагодарности к тем, кто рисуется своими благодеяниями, кто напоминает о них облагодетельствованным; эта неблагодарность служит наказанием за то, что доброе дело сделано не из любви к ближним, а для того только, чтобы благодетеля хвалили, возвеличивали. Поэтому старайся помогать нуждающимся так, чтобы по возможности никто не знал бы об этом, и никогда не попрекай облагодетельствованных тобой. Тогда и ты вправе будешь рассчитывать, что и тебе не откажут в помощи, когда будешь нуждаться в чем-либо, да и оказывая помощь, не будут ставить тебе это на вид, не будут пробуждать в тебе чувств озлобленной неблагодарности. Согрей сердце свое любовью не только к тем, которые любят тебя, но и к врагам своим; молись за них, чтобы Господь смягчил и их сердца; помогай и им и верь, что твоя всепрощающая любовь даже к ненавидящим тебя обезоружит их, заставит и их полюбить тебя. Ты обижаешься и негодуешь, когдазнакомые твои осуждают тебя за какие-либо ошибки в жизни, за бестактные поступки, когда злословят тебя за них? Но загляни в свое прошлое, и ты увидишь, что сам не безгрешен в этом отношении, что сам не прочь был иногда позлословить и осудить ближнего. Не злословь же, не осуждай никого, и тебя не будут злословить. Не приходилось ли тебе когда-либо слышать от своих знакомых, что такой-то человек никогда и ни о ком не говорил дурно? Не припомнишь ли, с каким уважением они отзывались о том человеке? Не убеждаешься ли, что такого человека никто не решится ни осуждать, ни злословить? Старайся почаще заглядывать в свою душу, осуждай себя за грехи, отстань от них, исправься, и тогда познаешь, как исправить брата своего. Ты возмущаешься, когда другие люди лгут, обманывают, нарушают свое слово, даже клятву. Не обманывай же и сам никого, никогда не лги, будь всегда и во всем настолько правдив, чтобы все верили твоему слову, не требуя никаких клятв. Ты испытываешь невыразимые муки, когда узнаешь про неверность своей жены? Но вправе ли ты осуждать ее? Сам-то ты безгрешен ли в этом отношении? Будь же прежде всего сам целомудренным, не прелюбодействуй, не развратничай; мало того, не делай ничего такого, что влечет к этому греху, даже мысленно не возбуждай в себе половой похоти к посторонней женщине (не жене твоей); и только тогда ты будешь вправе чувствовать обиду, нанесенную тебе неверностью жены. Ты, конечно, желаешь, чтобы никто не нарушал твоей телесной неприкосновенности, чтобы никто не обижал тебя и даже ничем не выражал своего гнева или презрения к тебе? Но загляни в свое прошлое и увидишь, что нередко обида, причиненная тебе, пробуждала в твоем сердце жажду мести, желание воздать противнику не только тем же, но и гораздо большим, сторицей? Подумай, как больно было бы тебе, если бы обиженные тобой мстили тебе за каждую причиненную тобой обиду! Поэтому не только не мсти никому, но даже не трогай никого; будь кроток, не гневайся, не унижай ближнего не только обидным словом, но даже и презрительным взглядом. Если кто обидел тебя, прости ему обиду; верь, что своим великодушием ты обезоружишь его, а если ты сам обидел кого, спеши к обиженному, проси прощения, мирись с ним скорее; будь уверен, что тебя все простят, если будут знать, что и ты прощаешь всем… Вообще, во всем поступай с людьми так, как хочешь, чтобы и они поступали с тобой.

Вот бремя, возлагаемое на вступающих в Царство Божие, где царят Любовь и Добро! Призывая к Себе, в это Царство Любви и Добра, всех труждающихся и обремененных и обещая дать им душевный покой, Христос сказал: Возьмите на себя иго Моих заповедей, смотрите на Меня, как Я исполняю их, и познайте, что иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф. 11, 30).

Некоторые, впрочем, не согласны с таким взглядом на бремя заповедей Христовых, полагая, что исполнение воли Божией сопряжено с непременным отречением от мира и всех благ его.

Мнение это не имеет, однако, основания ни в откровениях Ветхого Завета, ни в учении Иисуса Христа. Если, создав первых людей, Бог сказал им: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею (Быт. 1, 28), то несомненно, что жизнь в мире и обладание всем, что дает земля, не только не может противоречить воле Божией, но, напротив, вполне согласуется с нею. Да и Христос никогда не требовал от Своих последователей отречения от мира и благ его.

Правда, Он сказал однажды Апостолам и стоявшему с ними народу: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф. 16, 24). И эти слова Господа смущают многих. Многие думают, что Христос заповедал нам полное отвержение наших личных желаний, наших потребностей, и вменил нам в обязанность заботу только о других, о ближних наших. Некоторые же идут в своем понимании этого изречения еще далее и проповедуют полное отречение от мира и удаление в пустыню, словом, проповедуют отшельничество и аскетизм.

Но они забывают, что Христос никогда не осуждал пользование земными благами как дарами, ниспосылаемыми Богом. Он требовал только, чтобы мы не считали себя хозяевами и полновластными распорядителями этих благ, чтобы мы блага эти признавали Божиим достоянием, а себя считали бы только управителями, приставленными к этому достоянию, обязанными управлять им согласно с волей Хозяина, Бога, и дать отчет в управлении им, чтобы, управляя Божиим достоянием, мы исполняли бы заповедь Его о любви к ближним, и чтобы благо творили им. Богач притчи (Лк. 12, 16–21), которому Бог даровал обильный урожай хлеба, был осужден не за то, что позаботился собрать его в житницы, а за то, что счел себя полновластным хозяином его и вообразил, что эти блага даны ему Богом единственно для удовлетворения его прихотей; а если бы он смотрел на обильный урожай как на Божие достояние, данное ему лишь во временное управление, согласно с волей Божией, и действительно управлял бы им так, как Богу угодно, то не был бы осужден. Другой богач притчи (Лк. 16, 19–31) был осужден не за то, что обладал благами мира сего, а за то, что управлял ими как своими собственными, вопреки воли Божией, и ни разу не обратил внимания на нужду лежавшего у ворот его нищего Лазаря. Злые виноградари (Мф. 21, 33–41; Мк. 12, 1–9; Лк. 20, 9–16) были осуждены не за то, что пользовались плодами виноградника, данного им в управление, а за то, что не давали посланным от Хозяина плодов, которых Он требовал, – за то, что хотели присвоить себе этот виноградник. Словом, пользование земными благами не осуждается Христом, если не нарушает главнейшую заповедь Его о любви к ближним.

Что же касается отшельничества и аскетизма, то надо заметить, что уединение и воздержание бывают иногда крайне необходимы для успешной борьбы с соблазнами, с похотями нашего тела. Тело должно быть подчинено духу; дух должен властвовать над ним. И вот для такой-то борьбы, для укрепления своей воли, не только бывает полезно, но даже необходимо уединение и строгий пост. И многие великие и святые люди пользовались этим могучим средством и побеждали все соблазны, все плотские похоти свои. Но когда человек, прибегнув к такому средству порабощения плоти своему духу, выходит победителем из борьбы, то оставаться ему вдали от мира нельзя: он должен идти в мир, в Царство Божие, и там творить волю Божию. Если же он, выдержав борьбу и победив все искушения, все соблазны, останется вдали от мира, наслаждаясь тем душевным спокойствием, какое настает после такой победы, то как же он исполнит заповедь о любви к ближним? Как он будет благо творить им? Как и когда он докажет свою любовь к ним?

Итак, следует признать, что, сказав – отвергнись себя! – Господь не заповедал нам ни полного воздержания от пользования теми земными благами, которые могут считаться лишними для поддержания жизни тела, ни тем более отшельничества и аскетизма. Отвергнуть себя – значит отвергнуть свое я, свою волю, то есть подчинить свою волю воле Божией. Живи не так, как хочется, а как Бог велит. Вот что значат эти слова Господа.

Проповедники отречения от мира ссылаются еще на сказанное богатому юноше: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь Сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною (Мф. 19, 21; Мк. 10, 21; Лк. 18, 22), а также на сказанное Апостолам: всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную (Мф. 19, 29; Мк. 10, 29; Лк. 18, 29). Но эти слова нельзя понимать буквально. Заповедуя любить даже врагов и благо творить всем, Христос не мог требовать от Своих последователей, чтобы они отреклись от своих обязанностей по отношению к родителям, жене, детям и всем родственникам, – не мог требовать, чтобы мы произвольно слагали с себя эти обязанности. Не мог Он требовать также, чтобы все Его последователи продали свои дома, земли и вообще все свое достояние, и вырученные от этого деньги раздали нищим, то есть сами сделались бы нищими и жили бы, как птицы небесные. Понимать буквально приведенные изречения Христа, значит, совсем не понимать Его учения. Обращаясь с этими словами к юноше и Апостолам, Он говорил о соблазнах, без которых нельзя прожить, которые даже необходимы, чтобы в борьбе с ними люди нравственно совершенствовались. И раньше этого Он говорил что если друг, необходимый, как правый глаз, служащий как бы правой рукой, соблазняет, склоняет отступиться от исполнения воли Божией, то лучше отказаться от такого друга, уйти от него, порвать с ним всякие сношения, чем поддаться его соблазну. Ту же мысль Он провел и в этой беседе с юношей и Апостолами: Он сказал, что если родители, или жена, или дети, или братья и сестры, вздумают склонять к нарушению воли Божией, то, при невозможности нравственно воздействовать на них и тем заставить их отречься от дальнейших соблазнов, лучше оставить их, уйти от них, чем поддаться их соблазнам и тем погубить себя. Заповедь Господня ставит любовь к Богу прежде, выше любви к ближним; поэтому если отец, или мать, или жена скажут: люби меня и исполняй все мои прихоти, хотя бы это было сопряжено с нарушением воли Божией, словом, люби меня, а Бога разлюби, – то, при упорном нежелании их прекратить соблазны, колебаний не должно быть: надо продолжать любить Бога и безусловно отказать в исполнении их требований, обнаруживающих полное отсутствие в них всякой любви, кроме узкого себялюбия; если же, при таких безбожных требованиях, с одной стороны, и отказах в исполнении их, с другой, совместная жизнь сделается положительно невозможной, если иного исхода нет, как только выбор между любовью к Богу и противоположной ей любовью к соблазнителю, то в таком только случае я могу оставить тех, по отношению к которым на мне лежат обязанности, заповеданные Богом. Если же меня никто из близких ничем не соблазняет, не предъявляет ко мне никаких требований, противоречащих воле Божией, а я сам соблазняю себя возможностью уклониться от исполнения своих обязанностей по отношению к ним и, опираясь на буквальный смысл вышеприведенных изречений Иисуса Христа, оставлю их на произвол судьбы и удалюсь от мира и от них, то в этом мной будет руководить не любовь к ближним, а узкое себялюбие, и, поступив так, я не только не совершу ничего богоугодного, но, напротив, навлеку на свою душу тяжкий грех против основной заповеди Господней.

Ту же самую мысль о соблазнах и необходимости борьбы с ними высказал Иисус и богатому юноше, спросившему, что он должен сделать, чтобы иметь жизнь вечную. Отвечая прямо на поставленный юношей вопрос, Иисус сказал ему, что к блаженству Жизни Вечной в Царстве Небесном приводит точное соблюдение заповедей, то есть воли Божией; когда же юноша самонадеянно заявил, что заповеди он всегда исполнял, а теперь желает знать, чего еще не достает ему, то Иисус тотчас же обличил его в непонимании истинного смысла заповедей, в слишком большой привязанности к своему богатству, в готовности отказаться и от блаженства в Вечной Жизни, лишь бы не расставаться со своими земными сокровищами. Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и тогда приходи и следуй за Мною; и будешь иметь сокровище на небесах (Мф. 19, 21). Эти слова были сказаны для испытания юноши, для обнаружения его пристрастия к богатству, такого пристрастия, какое заслоняет собой любовь к Богу и готовность исполнять Его волю. Такое пристрастие к богатству, такое поклонение золотому кумиру несовместимо с поклонением Богу: Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне (Лк. 16, 13; Мф. 6, 24). Поэтому, если пристрастие к богатству настолько сильно, что ради него человек готов изменить Богу, то лучше отказаться от богатства, лучше сделаться нищим и за то приобрести сокровище на небесах, чем, предаваясь своей страсти, подвергнуться осуждению на вечные муки. В этих словах Иисуса, обращенных к юноше, а затем и к Апостолам, богатство, дома и земли сравнены, в отношении представляемого ими соблазна, с теми родителями, женой, детьми, братьями и сестрами, которые отвращают от Бога и заставляют служить им, а не Богу. Но эти слова нельзя возводить на степень заповеди (об оставлении домов, братьев и пр. см. выше, с. 649).

О продаже имений и раздаче нищим вырученных денег Иисусговорил Апостолам еще и при другом случае. Продавайте имения ваши, сказал Он, и давайте милостыню (Лк. 12, 32–33). Но так как это было сказано тотчас же после слов – не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство, – то следует признать, чтоповеление о продаже имений относилось исключительно к одним Апостолам, посылая которых на проповедь, Иисус не позволил им брать с собой ни денег, ни даже сумы, – и что, следовательно, это повеление не имеет значения общеобязательной заповеди.

Итак, отречение от родных, богатства и вообще от мира, со всеми его благами и радостями, вовсе не составляет непременного условия вступления в Царство Божие. Напротив, жизнь в мире, борьба с соблазнами и постоянная победа над ними, жизнь не для себя только, но и для блага других, жизнь, руководимая любовью к Богу и самоотверженной любовью к ближним, совместная с другими деятельность на пользу общую, для водворения всюду мира, любви и добра, постоянное противление злу добром, – вот жизнь, вполне согласная с законами Царства Божия.

Живя в мире, пользуясь всеми его благами и радостями и желая в то же время быть истинными членами Царства Божия, мы должны всегда помнить, что мир – это Божий виноградник, данный нам лишь в пользование с тем, чтобы мы давали Богу плоды его и в свое время представили бы отчет в управлении им. В мире мы Божии работники, приставники к Божиему достоянию, управители Его, обязанные отчетностью перед Ним. Плоды же, которых требует Бог от своих виноградарей, приставников и управителей, – это добрые дела о отношению к ближним нашим, нуждающимся в нашей помощи. Поэтому согласное с волей Бога пользование благами и радостями мира сего вполне уместно в Царстве Божием. Время уныния, скорби, постоянного сокрушения и страданий настанет после кончины мира для тех, которые не хотели возродиться любовью Богу и ближним и доказать эту любовь добрыми делами. Теперь люби ближних! Любящее сердце твое подскажет тебе, что надо делать для них! Люби! Живи и жить давай другим! И будешь ты достойным членом Царства Божия.

Итак, жизнь в Царстве Божием, то есть жизнь, согласная с волей Божией, дающая здесь, на земле, полное нравственное удовлетворение и душевное спокойствие, ведущая к тому же, к вечному блаженству в будущей загробной жизни, – вот тот потерянный рай, о возвращении которого мечтали лучшие люди и боговдохновенные пророки древнего мира.

ПРИТЧА О ЗЛЫХ ВИНОГРАДАРЯХ

(Евангелие от Матфея, Глава 21)

33 Выслушайте другую притчу: был некоторый хозяин дома, который насадил виноградник, обнес его оградою, выкопал в нем точило, построил башню и, отдав его виноградарям, отлучился.

34 Когда же приблизилось время плодов, он послал своих слуг к виноградарям взять свои плоды;

35 виноградари, схватив слуг его, иного прибили, иного убили, а иного побили камнями.

36 Опять послал он других слуг, больше прежнего; и с ними поступили так же.

37 Наконец, послал он к ним своего сына, говоря: постыдятся сына моего.

38 Но виноградари, увидев сына, сказали друг другу: это наследник; пойдем, убьем его и завладеем наследством его.

39 И, схватив его, вывели вон из виноградника и убили.

40 Итак, когда придет хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями?

41 Говорят Ему: злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои.

42 Иисус говорит им: неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Господа, и есть дивно в очах наших?

43 Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его;

44 и тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит.

45 И слышав притчи Его, первосвященники и фарисеи поняли, что Он о них говорит,

46 и старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за Пророка.

(Евангелие от Луки, Глава 20)

9 И начал Он говорить к народу притчу сию: один человек насадил виноградник и отдал его виноградарям, и отлучился на долгое время;

10 и в свое время послал к виноградарям раба, чтобы они дали ему плодов из виноградника; но виноградари, прибив его, отослали ни с чем.

11 Еще послал другого раба; но они и этого, прибив и обругав, отослали ни с чем.

12 И еще послал третьего; но они и того, изранив, выгнали.

13 Тогда сказал господин виноградника: что мне делать? Пошлю сына моего возлюбленного; может быть, увидев его, постыдятся.

14 Но виноградари, увидев его, рассуждали между собою, говоря: это наследник; пойдем, убьем его, и наследство его будет наше.

15 И, выведя его вон из виноградника, убили. Что же сделает с ними господин виноградника?

16 Придет и погубит виноградарей тех, и отдаст виноградник другим. Слышавшие же это сказали: да не будет!

17 Но Он, взглянув на них, сказал: что значит сие написанное: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла?

18 Всякий, кто упадет на тот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит….

ТОЛКОВАНИЕ ПРИТЧИ О ЗЛЫХ ВИНОГРАДАРЯХ

От Святого Праведного Иоанна Кронштадского

В нынешний воскресный день, братья мои возлюбленные, положено Церковью читать из Евангелия притчу о некотором домовладыке, насадившем виноградник, и о виноградарях, которым поручил домовладыка свой виноградник. Виноградник был устроен великолепно, со всеми принадлежностями, с тисками, на прекрасной земле, обнесенной оградой, но виноградари оказались крайне лукавыми и злыми и не только не давали плодов хозяину в урочное время, но еще и били посылаемых хозяином слуг или совсем убивали и камнями побивали, а наконец, убили и единственного сына хозяина.

Под домовладыкой разумеется Бог Отец; под виноградником — иудейская церковь; под виноградарями — первосвященники, священники и правители, коим поручена была иудейская церковь; под слугами разумеются пророки, которых Бог нередко посылал к иудейскому народу и которые большей частью были избиты иудеями; под сыном домовладыки разумеется Господь Иисус Христос, Сын Божий.

Но эта притча, братья, относится не к одним иудеям, а относится и к нам, касается и нас. Под виноградником Господним может и должна разуметься и всякая душа христианская; под оградой — закон Божий, которым ограждается или должна быть ограждена всякая душа от грехов; точило, или тиски, в винограднике — это сердце наше или утроба наша, которой мы принимаем пречистую кровь Агнца Божия, заклавшегося за нас; под столпом или горницей разумеется Церковь Христова или благодать Святого Духа, действующая в Церкви, утверждающая сердца наши в вере и любви и добрых делах и возвышающая нас от земли к небу, как сказано: О горнем мудрствуйте, а не о земном (Кол. 3, 2).

Итак, виноградник Божий — это мы все, братья. А виноградный сад должен приносить обильные плоды; приносим ли мы Господу, верховному Виноградарю нашему, плоды добрых дел, плоды покаяния, веры, любви, смирения, кротости, благости, милосердия, воздержания, чистоты, терпения и долготерпения и прочих добродетелей? Весьма, весьма мало, а иногда вовсе не приносим, а приносим плоды винограда дикого, винограда Содома и Гоморры, т. е. всякие скверные дела: гордость, злобу, зависть, алчность, блуд, прелюбодейство, пьянство, неверие, безбожие, убийство и самоубийство. Ждет от нас Господь плодов покаяния, исправления, добродетели, и часто напрасно ждет: мы остаемся такими же грешниками, такими же бесплодными, сухими деревами, какими и были.

Многие христиане насилуют и убивают свою совесть, этого слугу Божия в нашей душе, и без страха предаются беззаконию; многие оправдывают свои грехи или извиняют себя слабостью природы или потребностью падшей грешной природы, не различая своих прихотей или похотей от действительных потребностей. Многие не стыдятся даже клеветать на Евангелие и говорят, что оно будто требует невозможного, и живут совершенно вопреки ему и таким образом, подобно еврейским первосвященникам и книжникам, вторично распинают Сына Божия в себе. Но зачем говорить неопределенно: многие распинают Сына Божия? Мы с вами часто распинаем в себе Сына Божия — своим маловерием, своими злобами, завистью, невоздержанием, объядением, пьянством, нечистотой сердца своего, нерадением, нераскаянностью, леностью и прочими пороками.

Что же сделает хозяин виноградника нашего, запущенного и одичавшего по нашему нерадению, когда Он придет взять с нас отчет в делах наших, во всех нечистотах и злобах наших? Ответ на это тот же, который произнесли сами на себя первосвященники и книжники: Злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, т. е. величайший дар веры, благодати отдаст другим людям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои, т. е. будут с помощыо благодати преуспевать во всякой добродетели постоянно, во всю жизнь свою.

Итак, братья, доколе Господь дает нам время, доколе душа в теле и виноградник наш не отнят от нас, будем тщательно смотреть за ним, возделывать его, напоять дождем слезным, очищать покаянием, чтобы более приносил плода. Аминь.

Иоанн Кронштадтский, св. прав. Простое Евангельское слово: Полный круг годичных поучений. М.: «Отчий дом», 2008.

От Митрополита Антония Сурожского

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Как страшно бывает священнику, когда он обращается к Божиему народу, к людям, которых так возлюбил Господь, что Свою жизнь отдал для них, — с этими словами. Как страшно, что он, священник, такой же хрупкий, слабый, как и все, говорит во имя Отца, и Сына Его, и Святого Его Духа! И с каким трепетом собираешь свои мысли, чтобы ни одной мысли не было такой, какой не мог бы выразить или принять Сам Господь.

С этим трепетом я снова обращаюсь с проповедью к вам. Мы находимся сейчас в свете Успения Божией Матери; и сегодня день Воскресения Господня. Эти два события связаны между собой неразлучно, неразрушимой связью: но они относятся и к нам. Воскресение Христово — это победа Бога над смертью, одержанная не Богом Одним, но Богочеловеком, Господом Иисусом Христом. В этой победе участвует не только Божество, но и человечество, потому что Человек Иисус Христос, как Его называет апостол Павел, взял на Себя все, что возложил на Него Отец, и только поэтому мог Он совершить дело нашего спасения <…> смерть… для христианина является временным сном в ожидании всеобщего воскресения. И мы знаем, что это воскресение будет, потому что в лице Божией Матери оно уже совершилось. Но оно не совершится просто, потому только, что воскрес Христос, что искупил и спас Он нас страшной Своей смертью и сошествием в ад, и тридневным пребыванием во гробе. Оно не совершится только потому, что Божия Матерь Своей чистотой, святостью так соединилась, сроднилась с Богом, что гроб и умерщвление не могли Ее удержать. Мы войдем в вечность, только если сами вырастем в меру истинного, подлинного человечества, если станем достойными звания человека, потому что только человек может стать причастником Божественной природы. Пока мы не выросли в эту меру, пока мы только зачаточно, в надежде, в мечте Божией являемся людьми, и так низко пали, так далеко от Него — нам путь еще заказан.

Сегодняшняя притча нас предупреждает именно об этом. Нам дан от Бога виноградник — этот мир, который нам было велено возделать, освятить, который мы должны были ввести в Божественную святость, исполнить присутствием Святого Духа… А мы этот мир взяли в собственность и действуем в этом мире, как те недостойные работники Божии. Приходящего к нам с вестью о правде мы отвергаем: не всегда убиваем (хотя Ветхий Завет полон этого ужаса), но мы его отвергаем холодностью, безразличием, тем, что отворачиваемся от вестника Божия и говорим ему: «Уйди! Умри, будто тебя никогда и не бывало!» И когда к нам обращается Спаситель Христос со спасительной вестью — разве мы каемся? Мы умиляемся тому, что мы видим на Страстной седмице, тому, что читаем в Евангелии, — но разве мы меняемся так, чтобы все стало ново в нас? Разве мы не даем Ему умереть, так, как заставили Его умереть люди около двух тысяч лет тому назад?

Как же мы ответим Богу, когда мы станем перед Ним? Неужели смерть для нас будет тихим, безмятежным сном плоти, а душа оживет ликованием в вечную жизнь, просто потому, что воскрес Христос, просто потому, что воскресла Божия Матерь?.. Подумаем об этом: и всей жизнью, чистотой, правдой, святостью нашей жизни станем достойны того, чтобы и для нас смерть была, по слову апостола Павла, не совлечением временной жизни, но облечением в вечность. Аминь!

Антоний Сурожский, митр. Воскресные проповеди. Минск: Минский кафедральный Свято-Духов собор, 1996.

От Архимандрита Иоанна Крестьянкина

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла… (Мф. 21, 42).

Краеугольный камень жизни — Бог. Убери Его из фундамента, и рухнет все здание жизни. Это — от Господа. Это — закон жизни. И история народов ветхозаветных, и история народов нового времени, и история нашей Родины свидетельствуют об этом.

Дивный рай насадил Господь — Великий Виноградарь — единым мановением Своим и ввел в него человека хранить и возделывать рай сладости. И Бог был в нем — все и во всем. Но пал человек, и вечная радость и сладость райской жизни в присутствии Божием сменилась трудами и потами земными, где редкие радости смешаны с горем и грех сторожит добро.

Грехом смерть вошла в мир. И отдал Господь — Великий Виноградарь виноградник жизни — землю — человеку. И оградил он жизнь от смерти надежной оградой — Законом Божиим и заповедями, чтобы ничто чуждое не похищало человека у Бога. И водрузил Господь в винограднике жизни сторожевую башню — совесть — неподкупного и неусыпаемого хранителя чистоты и правды души.

Завещал Господь человеку обладать, возделывать, растить плоды и радоваться жизни. Но и опять, как когда-то в раю, дал Господь заповедь людям — помнить, что жизнь души, счастье души только в Боге. Господь отдал человеку виноградник жизни, чтобы плоды его, взращенные им, творили спасение души человека. Научил Господь человека, как возделывать землю виноградника, чтобы плодов было в достатке и избытке для жизни, научил, как возделывать и почву души своей, чтобы живой виноградник человеческий жил в мире, любви и довольстве.

Устроил все Господь и отдал в руки человека, и почил от всех трудов Своих, отошел как Творец, предав сотворенное в другие творческие руки, в руки человека. И теперь сам человек взращивает виноградник жизни на земле, сам творит спасение души своей.

Но Господь — Домовладыка не оставил мир. Он, дав ему законы жизни, блюдет и назирает, как живет мир. Господь готов во всякую минуту оказать спасительную помощь человеку-делателю. И Он же приходит получить плоды трудов делателя, когда созрела жизнь.

Но что делает человек? Как когда-то в раю он пожелал быть богом, поспешно последовав нашептыванию врага, так и днесь он стремится строить свою «вавилонскую башню», замышляет насадить свой виноградник, не желая возделывать виноградник Божий.

И примеры живших до него поколений, разбившихся своим богоборчеством о краеугольный камень жизни — о Бога, стираются в сознании и памяти, и все начинается сначала. Стихия зла, отравляя жизнь, развращая почву души человека, ослабляет связь человека с небом, ставит своей задачей изгнать из человека и саму память о Боге как о единственном Источнике жизни, о Господине души. И зло в человеческой душе, взращенное злом мира — сатаной, ширится, растет, и человек, как продавшийся раб греха, ежедневно понукаемый злом, перестает ощущать и испытывать ежедневные промыслительные удары от Бога. Он воображает, что только он один и есть настоящий хозяин своей жизни.

«Душа — моя… жизнь — моя… способности, и силы жизни, и все дарования — мои… Я думаю… я убежден… я хочу… я делаю… все «Я», «Я», «Я». Все от меня и мое». И закружилась человеческая жизнь, и Богу нет в ней места. Но не может измениться в мире природа существующего. Изгоняя из виноградника жизни Жизнь, человек пожинает смерть, запустение и тлен. И слышим мы слова нынешнего Евангелия: Егда убо приидет господин винограда, что сотворит делателем тем… злых зле погубит их, и виноград предаст иным делателем, иже воздадят ему плоды во времена своя (Мф. 21, 40–41).

И эти евангельские слова сбылись уже не однажды в истории разных народов. И во всей силе они явились в истории иудейского народа, отвергшего Иисуса Христа как Мессию и Сына Божия. Получив в наследие от Бога обетованную землю, они закружились в веселии жизни, многие промыслительные удары Божией руки вменяли в случайные неудачи, продолжая утверждаться в самости и себялюбивом эгоизме. Посланцы Божии — боговдохновенные пророки, приходящие в рубищах, а не в злате, были изгоняемы как отребье мира. Сын Божий, пришедший открыть гибнущему народу объятия Отца Небесного, напомнить о смысле жизни, погибает от их рук. И, схватив его , убили и выбросили вон из виноградника (Мк. 12, 8).

И в тот же миг кончилась жизнь, Ибо Бог изгнан. Милость Божия отступила, давая место собственному человеческому злу.

И сразу по вознесении Христа на небо стали проявляться в Израиле необыкновенные явления природы и страшные народные бедствия, и смертоносная, все живое пожирающая война положила конец иудейскому царству.

Приведу для наглядности описание происходившего там, данного очевидцем событий историком Иосифом Флавием. «Все несчастия, какие постигли народ от начала мира, были ничто сравнительно с тем, какие обрушились на иудеев. Солдаты бросались в город (а в нем собралось по случаю праздника иудейской пасхи до двух миллионов человек), умерщвляли без различия всех, кого только встречали, и жгли дома с их жителями. Врываясь в дома для грабежа, они находили их полными трупов умерших от голода и болезней. И если они чувствовали некоторую жалость при виде мертвых, зато были совершенно немилосердны к живым. Город до такой степени был переполнен кровию, что во многих местах пламя пожара потухало от нее».

В это страшное время от огня, меча, болезней, голода погибло до полутора миллионов человек, девяносто семь тысяч было отведено в Рим для потехи народа в цирках, где их предавали многообразным смертям, а оставшихся в живых продавали в рабство за баснословно дешевую цену.

И вспомним на этом страшном пепелище смерти слова Сына — Бога, пришедшего спасти погибающее: Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих… и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст (Мф. 23, 37–38). Ушел Бог, и смерть воцарилась там, где цвела жизнь. Пришел Господин виноградника — Бог — и предал смерти виноградарей и отдал виноградник другим. И назвал Господь новых делателей христианами — новым Израилем и призвал, чтобы они работали в Божием винограднике, принося плоды Господу во время свое.

И вот уже двадцать столетий возделывается новый сад жизни, где все от Бога, все Им, и все к Нему. А камень жизни — Христос Бог, Которого убили прежние делатели, стал во главу угла, и это краеугольный камень в основании данного нам нового виноградника — основатель нашей Православной Церкви, которую никакие силы ада одолеть не смогут.

И Закон Божий — Святое Евангелие — новая ограда. И новое точило виноградника — благодатные Таинства Христовой Церкви возрождают, освящают и укрепляют силы делателей. И столп и утверждение истины в центре виноградника — Святая Православная Церковь, храм Божий, где ежедневно приносится бескровная жертва за грехи людей, и Святые Христовы Тайны ходатайствуют Вечную Жизнь делателям виноградника Христова. И по-прежнему совесть человеческая — сторожевая башня всяческой чистоты.

Но почему мы, новый Израиль, опять теперь ощущаем на себе дыхание гнева Божия? Стихийные бедствия сменяют одно другое: то солнце яростно пожигает виноградник жизни, то проливные дожди обещают голод, то опустошительные пожары и землетрясения несут смерть живущим. И неслыханные доселе болезни поражают само начало жизни — младенцев. А лохматое, страшное зло разгуливает свободно, вламываясь в жизнь, и руками человека-делателя сеет разрушение и смерть. И человек становится изощреннее беса во зле.

Да, все те бедствия и скорби, которые переносит ныне наша Родина, некогда Православная Русь, — это ведь явные признаки, что в нашем винограднике, в нашей жизни явились злые делатели, которые глумятся над верой, богохульствуют, попирают святыню, отвергают духовную власть пастырей; которые сами себе голова и угождают во всем своим капризам, без всякого уважения относясь к начальствующим. Нарушают Таинство брака, законность власти. Не будучи призваны к учительству, они проповедуют свое измышленное лжеучение вопреки учению Церкви. И обещанное Господом зло грядет на злых делателей.

Оглянемся же на себя, заглянем в виноградник своей души, ведь каждому из нас вручен Господом свой сад, свой виноградник, плоды которого получают тоже должное воздаяние. Есть ли в нашем винограднике Бог, есть ли в нем делание по Богу? Будет ли нам что принести Господу, сказав Ему: «Вот Твоя от Твоих, Господи!» Не трудится ли и наша душа уже в одной упряжке со злыми делателями? И вдруг ничего Божьего не найдется в нас? Вдруг окажется, что при внешнем подобии православной жизни внутреннее в нас в лучшем случае — наша самость, а то и просто откровенно вражье.

И, дорогие мои, со всей ответственностью священника я говорю вам — именно об этом свидетельствуют сейчас бедствия жизни нашей.

Даже большинство тех, кто находится в ограде Церкви, холодным расчетливым умом исповедуя Бога, не приникли к Нему любовью сердца своего, оставляя сердце в плену страстей и прихотей своих, отдавая его не небу, но земле всецело. И, оставаясь внешне верующими, мы жизнью своей подобимся повапленным гробам, которые рассыпаются в прах при первом касании к ним малейшего искушения и испытания.

Но вернемся к сегодняшней притче относительно нашей души, нашего виноградника, данного каждому из нас Богом. Ведь многие из здесь присутствующих будут возражать, не признавая своей ответственности за Божий виноградник Православной Руси. Но стоит ли возражать? Если всмотреться в себя, в свою душу, то ясно увидим, что и наша немалая лепта есть в делах злых делателей, и мы далеко ушли от Бога. Притча показывает нам те этапы духовного пути подавления в себе света Божьего, которые оканчиваются полным сознательным отрывом от Бога и смертью души.

Притча рассказывает, как хозяин виноградника, хозяин душ наших — Бог, посылает слуг Своих за плодами души. Он посылает Ангелов Своих, Ангелов Хранителей наших, голос которых постоянно звучит в душе нашей. Они возбуждают голос совести нашей, и мы часто слышим в ответ на свои поступки и мысли: «Не так живешь, исправься…» Это глас Ангела Божия — слуги промыслительного попечения о нас Самого Бога — звучит в наиболее благоприятные моменты жизни человека, когда душа легче всего откликается на Божественное промыслительное напоминание.

Но мы сначала просто отмахиваемся от этих неприятных нам напоминаний. Нам некогда заняться этим делом — подумать о добром, осмыслить наши поступки и слова в свете Божественной истины, у нас свое дело, более для нас важное в настоящее время. И добро, и сама мысль о добре становятся для нас чужды. Истина прогоняется из души ни с чем. А голос совести постепенно слабеет. Это первый этап истребления Бога в душе. И с него начинается болезнь души.

Учащающееся отмахивание души от зова Божьего переходит в ожесточение души.

Упреки совести начинают раздражать нас. И в этом состоянии человек, раздражаясь на все святое, на все Божие, переходит в нападение на Него. По слову притчи, человек, с ожесточением набрасываясь на то, что было святым, что возглавляло его жизнь, «камнями» — грубыми, тяжелыми ударами, исходящими из животной природы человека, разбивает то нежное и великое, что жило в глубине души и освещало жизнь. Упиваясь сладостью порока, он перестает видеть бездну, разверзающуюся под его ногами.

Человек с цинизмом топчет святыню, бесчестит ее, как будто сила зла, уже возросшая в человеке, боится святыни.

И после этого душа опускается на следующую ступень самоистребления. Святое совсем не допускается в душу. Зов совести прекратился. Погас свет, в человеке воцарилось и хозяйничает животное, звериное, плотское. Это время полного духовного закоснения. И в притче звучит: …опять иного послал: и того убили… (Мк. 12, 5).

И вот в душе, освободившейся от сторожевой башни — совести, развертывается бесшабашный, неудержимый разгул зла. Зло воцарилось в человеке и должно удовлетворять себя. А человек становится жалким послушным рабом его.

В угаре этого кружения человек уже не замечает тьмы вокруг себя, разложения и смрада, он стремительно летит к пропасти, к гибели конечной.

И звучит притча: …и многих других то били, то убивали (Мк. 12, 5). Так наступает последний этап — гибель. Но гибели непременно предшествует последнее и сильнейшее воздействие на душу человеческую Промысла Божия. Последний раз открывает Господь душе Свои объятия, открывает, что ради нее, ради человеческой души, дал Господь земле все лучшее, даже единственного Сына Своего не пожалел, и что любовь Бога Сына к падшему человеку способна покрыть все преступления человека.

А на этот последний призыв Божией любви к человеку душа, утопающая в грехе, совершает последний акт своего падения: она убивает в себе Бога.

Последним натиском разнузданного ума и грязного сердца объявляется, что Бога нет, что жизнь человека Ему не подотчетна, и Бог выкидывается из мысли и сознания. «И схвативши его , убили и выбросили вон из виноградника (Мк. 12, 8).

Теперь зло воцарилось в душе безраздельно и властно. А со злом воцаряются тьма, разложение, гибель, смерть…

Нет Бога — и жизни в винограднике нет. Снято ограждение — Закон Божий, повалена сторожевая башня — совесть, запустело, замусорилось и загнило точило — добрые дела, рождаемые Божией благодатию. И в бывшем саду души царит смерть. Зло подточило питательные корни, страсти засушили зелень, повеяло дыханием гнили — плода не жди!

Виноградник души вытоптан пороком и засох. А с гибелью души блекнут в человеке и естественные способности, блекнет разрушенный ум. Жалкая, бессильная, одряхлевшая воля пресмыкается по земле. Смерть естественная только довершит дело. Страшна картина гибели души, смерти всего живого.

Но именно поэтому и оставил нам Господь притчу сию, чтобы могли мы избежать смерти, чтобы не запустел, не погиб виноградник наших душ. Ведь именно с гибели души человека начинается гибель целого народа, начинается гибель мира.

И по тому, что мы переживаем сейчас, явствует, что и наши души больны, что все меньше в мире живых Божиих душ, а значит, все ближе к нам час, когда Господь придет и предаст смерти виноградарей… (Мк. 12, 9).

А закончил Спаситель притчу словами ветхозаветного Писания. Они обращены и к нам. Запомним их крепко. Они — общий вывод притчи: Неужели вы не читали сего в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла… (Мк. 12, 10).

Так не забудем, дорогие мои, что краеугольный камень жизни — Бог. Поспешим же делать дела Божии, пока есть еще время, пока еще время собирания плодов. Отдадим Богу спелые гроздья добрых дел наших для Бога, ради Бога и во славу Божию творимых. Будем жить в Боге и с Богом, связывая на каждый час свое своеволие и самость, страшась участи отвергнутых Богом, да не отымется и от нас Царствие Божие. «Призри с небесе Боже, и виждь, и посети виноград сей, и утверди и, егоже насади десница Твоя». Аминь.

Проповеди архим. Иоанна (Крестьянкина). : Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 2001.

От Протоиерея Андрея Ткачева

Притчу о винограднике говорит Господь перед своими страданиями. Крест, его ожидающий, уже перед его глазами. И Христос делает свою речь все резче и резче. Произносит притчу о винограднике. Для евреев это некое общее место. Они наслушаны божественных писаний и прекрасно знают одну из глав пророка Исайи, где говорится: «Вот спою возлюбленному моему песнь возлюбленного моего о винограднике его»… И дальше следует рассказ о том, как выращивали виноградник, ухаживали за ним….

Виноградари

Был некоторый хозяин дома, который насадил виноградник, обнёс его оградою, выкопал в нём точило, построил башню и, отдав его виноградарям, отлучился. Когда же приблизилось время плодов, он послал своих слуг к виноградарям взять свои плоды; виноградари, схватив слуг его, иного прибили, иного убили, а иного побили камнями. Опять послал он других слуг, больше прежнего, и с ними поступили так же. Наконец, послал он к ним своего сына, говоря: «Постыдятся сына моего». Но виноградари, увидев сына, сказали друг другу:

— Это наследник. Пойдём, убьём его и завладеем наследством его.

И, схватив его, вывели вон из виноградника и убили.

Итак, когда придёт хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями?

Говорят Ему:

— Злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои.

Иисус говорит им:

— Неужели вы никогда не читали в Писании: «Камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла»? Это от Господа, и есть дивно в очах наших? Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его. И тот, кто упадёт на этот камень, разобьётся, а на кого он упадёт, того раздавит.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *