Содержание

Николай Диденко: Когда работал только для себя, чувствовал пустоту

Николай Диденко был регентом детско-юношеского хора Патриаршего подворья и солистом хора Сретенского мужского монастыря. Сейчас это оперный певец с мировым именем. Его бас – редкий basso cantante – звучит со сцен оперных театров США, Великобритании, Германии, Франции, России, Испании, Дании.

Уже 12 лет подряд лауреат премии Grammy-2017 развивает на Дальнем Востоке благотворительный проект «Белый пароход. Поющие реки России» – учит петь музыкально одаренных детей с инвалидностью, сирот, ребят из неполных, многодетных и малообеспеченных семей и дает им старт в музыкальную карьеру.

«Многим детям музыка продлевала жизнь»

– Николай Алексеевич, когда вы волнуетесь больше: перед выступлением на сцене Венской оперы или Большого театра или же на гала-концерте ваших ребят?

– Единственная ситуация, когда я волнуюсь – если не успел доучить текст (смеется). Например, мне звонят и просят на следующий день выступить. И приходится быстро учить. Но это бывает очень редко.

Больше всего я нервничаю, когда стою за кулисами и слушаю, как дети исполняют все, что мы с ними выучили. Особенно когда знаю, что иногда это место получается, а иногда нет. Мне даже проще самому выйти и спеть. Два раза наши дети выступали под аккомпанемент Большого симфонического оркестра – впервые со времен СССР. У нас всегда есть слабослышащие дети, владеющие жестовым пением, и однажды песню «Радуйся» Раймонда Паулса весь хор исполнял параллельно и на жестовом языке. И хотя мы оттачивали каждую деталь, очень волновался за ребят. И так всегда.

– Нашла у вас в соцсетях скриншот переписки с мамой Еленой: «“Белый пароход” заменил Елисею медикаментозные курсы лечения, ребенок живет без таблеток! Низкий Вам поклон!» Вы когда-нибудь думали, что будете получать такие письма?

– Я даже больше скажу – мы начали работать ради поддержки таких детей. Некоторых, к сожалению, уже нет в живых. И они жили только музыкой и общением с педагогами Академии хорового искусства, с заслуженным артистом России Александром Покидченко. Мы с ним начинали это дело.

Когда провели первую смену, дети умоляли продолжить. Многие сидели дома с тяжелыми заболеваниями, и «Белый пароход» буквально продлевал им жизнь. Помню девочку Альбину Грачеву, которая, к сожалению, уже ушла. У нее была болезнь Верднига-Гоффмана. Но пела Альбина потрясающе, очень проникновенно. Каждое ее выступление было призывом: «Посмотрите, как я живу, и не жалуйтесь на свои проблемы». И люди выходили в слезах. Таких детей было много, и мы не имели права их предать. Хотя были моменты, когда мы с трудом собирали деньги на очередной фестиваль, и было страшно, так как эти дети только проектом и жили.

Музыкальный благотворительный проект «Белый пароход. Поющие реки России» был создан в Хабаровске в 2005 году. Каждое лето на теплоходе «Василий Поярков» собираются вокально одаренные дети со всего Дальнего Востока и других регионов страны. Все они со сложными судьбами: у кого-то тяжелая болезнь, кто-то из малообеспеченной, многодетной или неполной семьи. Три недели около ста ребят живут на корабле, путешествуют по Амуру, усиленно занимаются вокалом и к концу смены готовят гала-концерт. Многие из них продолжают карьеру в высших музыкальных учебных заведениях России.

Родоначальником проекта был Хабаровский краевой благотворительный фонд активного развития, интеграции детей-инвалидов (ХКБФ АРИДИ), сегодня его организатор – Хабаровский краевой благотворительный фонд «Счастливое детство». Художественный руководитель «Белого парохода» – оперный певец Николай Диденко. Среди попечителей проекта – композитор Александра Пахмутова, дирижер Валерий Гергиев, пианист и концертмейстер Александр Покидченко, поэт Николай Добронравов.

– А до этого вы были знакомы со сферой благотворительности?

– Еще в студенческие годы фонд «Мир искусства» приглашал меня в свои проекты. И тогда я впервые столкнулся и начал общаться с детьми с ограниченными возможностями. Не только пел, конечно, но и физически помогал, например, если было нужно вытащить детей-колясочников из автобуса. Никогда этого не боялся.

И вот в 2005 году Владислав Тетерин из фонда «Мир искусства» попросил меня поехать в Хабаровск и отобрать несколько детей для участия в крупных проектах в Москве. В тот момент я только вернулся со стажировки из Хьюстона, август оказался свободен, и мне было очень интересно после долгого времени на чужбине поехать на Дальний Восток. Россия, Амур, корабль – для меня все было романтично и красиво. К тому же и родился я в Петропавловске, а через 10 дней меня перевезли в Москву. В тот приезд вместе с руководителем фонда «АРИДИ» Ириной Анатольевной Юрьевской мы и придумали эту историю.

Сделали скромненький концерт на пароходе, а после этой смены стали собирать поющих детей со сложными судьбами со всего Дальнего Востока. И вокруг появились совершенно замечательные люди, с которыми мы работали как команда. Но еще меня поразили дети своими талантами. И вдруг я увидел, что эта идея может жить. К тому же опыт работы с детьми тоже уже был и очень пригодился.

– Я заметила, что в соцсетях дети называют вас просто Колей…

– У нас на «Белом пароходе» все обращаются друг к другу на «ты». Даже были комичные ситуации, когда вожатые – девочки по 18-19 лет – встречают детей, и те называют их «Людмила Петровна». А потом приезжает команда достаточно именитых людей и дети бегут обниматься и кричат: «Привет, Саша, Коля, Загит!». И вожатые потом не знают, как себя вести (смеется). Таким образом, стирается грань, и мы становимся как семья. Вечерами устраиваем посиделки, всегда проводим День Нептуна, кстати, я всегда Нептун – это уже традиция.

Я далеко не приверженец западных систем, но этот подход мне нравится. Это как-то сближает и делает равными, коллегами. Так получилось с самого начала, когда я приехал со стажировки из Америки, и от обращения «Николай Алексеевич» меня совсем передергивало.

Хотя дисциплину я держу железно. Каждому ребенку, который может петь соло, мы стараемся дать сольный номер. И вот за опоздания на репетицию я могу снять номер. Для меня это очень тяжело, конечно, могу потом ночью не спать.

«Чем ближе к Церкви, тем больше искушений»

– Вы ведь руководили детско-юношеским хором Патриаршего подворья?

– Да, мне было 16 лет, я учился в 9-м классе хорового училища, когда отец Сергий Киселев из города Фрязино предложил мне попробовать регентовать детско-юношеским хором. В тот момент у хора не было регента, а я тогда предполагал, что буду дирижером. В детстве точно не мог представить себя оперным певцом, потому что мне жутко не нравилось оперное пение. Для меня хуже этого пения вообще не было ничего. Мне нравилась эстрада, особенно западная, например, Уитни Хьюстон. И только потом любовь к опере началась с Марио Ланца.

Так вот, любой дирижер мечтает о хоре. И это был мой первый опыт. Я тогда первый раз попал в храм, был неверующий, некрещеный, но решил попробовать.

Когда первый раз был регентом на службе, знаете, сколько людей с разных сторон мне подсказывали, что нужно делать в этот момент!

(смеется). Чуть позже я собрал хорошую команду из своих же друзей из хорового училища. И мы создали очень хороший хор, который на следующий год стал победителем международного православного конкурса-фестиваля в Польше. А еще мы тогда взяли приз зрительских симпатий.

– Без опыта церковной жизни сложно было управлять Патриаршим хором?

– Сначала я воспринимал это как работу. Да и очень интересно было работать с детьми, управлять хором. У меня даже была «звездная болезнь», и мои сверстники в немного жесткой форме отчитывали за это. Когда мне сказали, как я выгляжу со стороны, на эту тему задумался. Слава Богу, переборол. Но это было юношеское. Свалилась и слава, и первые премии.

Еще я работал в театре «Ленком» в постановках «Поминальная молитва», «Юнона и Авось» и «Фигаро». Однажды спектакль «Юнона и Авось» мы повезли в Израиль. В команде был Николай Караченцов, Марк Захаров – для меня это целый период в жизни, без которого я не сложился бы как артист. Каждый день наблюдал за величайшими артистами на земле. Следил за тем, как они играют, общаются с публикой, ведут себя на сцене.

Вообще, оперный артист – это тот же самый драматический артист, только еще с голосом и временными рамками. Если драматический артист может сделать временную паузу или где-то отойти от текста, то в музыке такое невозможно.

Оперный жанр крайне сложен, и нужно добиться в нем того, чтобы и текст был понятен, и людей до мурашек захватывала история, и игра с вокалом были на высоте. Это очень сложно.

Может, благодаря «Ленкому» я и понял, что хочу быть оперным певцом, и потихонечку начал двигаться в эту сторону. Мой брат Олег точно так же, как и я, пришел некрещеный в ту же самую церковь. В 18 лет отец Сергий Киселев нас крестил.

Фото: Мария Моченова

– Крещение как-то помогло вам побороть «звездную болезнь»?

– К сожалению, чем ближе к Церкви, тем больше искушений. Очень важно послушание, и многие люди забывают, что нужно смиренно жить. Дело было не в крещении. Просто в моей жизни есть принципы, которые я никогда не переступаю и живу только по ним.

– Какие?

– Они очень простые (улыбается). Быть добрым, отзывчивым. Обычные заповеди…

– Можете поделиться, в какие моменты вы наиболее остро ощущаете поддержку Бога?

– Мне очень тяжело за границей, это часть моей натуры. Я очень тяжело переношу одиночество, а так получается, что практически вся моя жизнь – это гастроли. Конечно, есть коллеги, но все равно мне хочется поговорить на русском языке. И несмотря на то, что есть скайп, я жутко тоскую по России. Стараюсь и храм какой-то найти, иногда на службы прихожу, могу и попеть где-то. Если нахожусь в Москве, то обязательно иду на службу. Раньше в Сретенский монастырь часто приходил. А самое страшное, когда после проекта сразу едешь за рубеж. Дети, визги, концерт, нервы и потом раз – и уехал. Гостиница, тишина. Как вакуум полный. Хотя, конечно, дети потом пишут, спрашивают, как дела.

«Очень важно замечать мгновения счастья»

– Николай Алексеевич, расскажите о своей семье.

– У нас музыкальная семья. Мой старший брат – Олег Диденко – тоже оперный певец, тоже бас, дирижер. Да, соседям в нашем детстве повезло (смеется). У меня два сына. Старший, Павел, учится в Академии хорового искусства. Младший, Олег, тоже собирается идти по этим стопам. Мама тоже любит петь.

– А как отец вы строгий?

– Да вы знаете, поступаю по совести. Иногда ребенок провинится, а я чувствую, что надо не обращать на это внимания. А в другом случае, если это какая-то подлость, стараюсь делать так, чтобы ребенок больше так не поступал.

Николай Диденко. Фото: Мария Моченова

– На ваш взгляд, что важно заложить в ребенке в детстве?

– Меня самого воспитывали на детских сказках. Добро, доброта – это самое главное. Важно, чтобы ребенок был добрым и понимал, что такое отдавать. Образование, конечно, тоже очень важно, и естественно, я хочу, чтобы мои дети получили хорошее музыкальное образование, но самое главное – человеческие качества. Чтобы ребята не могли пройти мимо беды и всегда помогали нуждающимся. Поэтому мои дети всегда приезжают на «Белый пароход», помогают.

– А можете рассказать о человеке, который для вас – пример для подражания?

– Это не один человек. Такие люди могут появляться в жизни совершенно внезапно и так же исчезать. У меня был педагог по фортепиано Владимир Александрович Школяр – воинствующий атеист, но при этом он был человеком, живущим не просто по совести. Он никому не отказал в помощи. Философ, умнейший человек, писал книги по методике преподавания фортепиано, по которым сейчас занимаются многие музыкальные школы. И это был человек невероятной честности и души, удивительный, потрясающе добрый. Для него Ленин с марксизмом и ленинизмом были очень важны, но мы на это как-то закрывали глаза.

Я встречал архиепископа, который был настолько скромным и считающим себя недостойным, что никому не давал целовать руку и все время ее убирал. Конечно, есть церковные каноны, это уже другое… Однажды мы всем хором были у этого архиепископа в гостях. И когда начали мыть посуду, он нас «выгнал», сказал отойти и больше слышать ничего не хотел. Ему было 80 с лишним лет, всю посуду он мыл сам.

Еще один пример – у нас на «Белом пароходе» была девочка Маша Кравцова, необыкновенной доброты. С мамой проходят мимо бездомного человека, а Маша говорит: «Мама, он замерзает, давай его заберем».

И они его домой ведут. Маши тоже уже нет с нами.

Вот эти люди все время появляются в жизни, просто их нужно видеть.

Николай Диденко. Фото: Мария Моченова

– Ваши дети очень часто поют песни со словами «радуйся», «дарите радость людям», «мы верим в жизнь». Что для вас значит это понятие – радость?

– Всегда должно быть много позитива. Наверное, я безнадежный оптимист. Вся моя жизнь полна радостных моментов, и они происходят каждый день. Что-то хорошее случилось, и меня переполняет счастье в данный момент. Вообще очень важно замечать мгновения счастья. Я знаю много людей, у которых, что бы ни произошло, все плохо. Вообще не понимаю, как так можно жить.

– А сегодня что вас порадовало?

– Недавно меня познакомили с одной хорошей женщиной из Санкт-Петербурга, и мы разговаривали насчет спонсирования нашего проекта. Она уже перевела нам определенную сумму на питание детей, я написал ей «Спасибо!», и вот как раз сегодня утром она ответила, что если нужно – возьмет кредит, но дети голодными не останутся. Вот такое у меня утро. Каждый год происходит какое-то чудо, и наш проект получается. Хотя, конечно, мы все понимаем…

– С одной стороны, у вас насыщенная гастрольная жизнь, сцены лучших оперных театров. А с другой – вы берете отпуск и три недели в Хабаровске работаете с особенными ребятами, наряжаетесь Нептуном на детском празднике. И эти две части вашей жизни кажутся очень разными. Как вы их совмещаете?

– Первые годы очень тяжело комбинировалось. Это были две абсолютно разные жизни. Одна закончилась – гастрольная, и началась новая. А сейчас все перемешалось. За границей я могу встречать детей с «Белого парохода». Одна девочка с корабля оказалась в Париже, когда у меня был концерт в Парижской филармонии. Во «ВКонтакте» или в «Инстаграме» я увидел, что она выставила фото на фоне Эйфелевой башни, написал ей, пригласил с семьей на концерт. В Америке, в Портленде, тоже видел свою ученицу. К тому же сейчас даже во время контрактов приходится заниматься организационными делами по «Белому пароходу», поэтому две эти жизни потихонечку слились в одну.

– Вы говорили, что две девочки скончались, ушла и соруководитель проекта Ирина Анатольевна Юрьевская. Можете рассказать о своем отношении к смерти?

– Очень тяжело, конечно, все это переживать. У Маши был очень тяжелый порок сердца, мы даже специально делали серию концертов, чтобы собрать ей деньги на операцию. Собрали, но не успели передать – девочка скончалась. Это было ужасно… А с братом Маши мы очень дружим, ее мама – волонтер проекта. В тот тяжелый период старались их поддерживать.

– А как вы их поддерживали?

– Помню, я отправил им письмо, а содержание было таким: эти дети появляются на свет заведомо больными, чтобы изменить что-то вокруг себя, как ангелы. И эти две девочки – Альбина и Маша… Вокруг них люди становились другими, все старались помочь, с ними все дружили. И когда они ушли, было ощущение, что они выполнили свою миссию, ради которой появились на земле. И понимание этого поддерживало и родителей, и всех нас. Эти девочки приехали, научили нас немножко, как жить надо, и спокойно ушли. И сейчас смотрят на нас и говорят: «Да, получилось!»

Чем дальше, тем отношение к смерти становится проще. Я осознаю, что, когда человек уходит, мы прежде всего себя жалеем, потому что не увидим его больше.

Может быть, для некоторых людей уход к Богу лучше, чем мучения на земле…

Я очень часто летаю, и бывают плохие мысли. Несколько моих коллег из Александровского ансамбля разбились в самолете. Тоже задумываешься… И перед каждым полетом хочется все сделать так, чтобы само собой двигалось без моего участия.

Николай Диденко. Фото: Мария Моченова

«Даже если нечего отдавать, все равно нужно… отдавать»

– Как участие в благотворительности изменило ваше отношение к жизни, детям?

– Когда работал только для себя, чувствовал какую-то пустоту. Да, я востребованный артист, но духовных эмоций не испытывал. И вот с этим проектом все стало на свои места. Сейчас это уже неотъемлемая часть жизни, без которой жить совсем не смогу. Это детище. Это целая школа с вокальными традициями.

– На ваш взгляд, в чем предназначение человека на земле?

– Я думаю, что человек должен прожить жизнь так, чтобы о нем говорили только хорошее. Чтобы он сумел что-то создать. Если это педагог русского языка, то он должен быть таким, чтобы все вспоминали его как самого доброго и лучшего из всех, кого только знали.

Многие люди уезжают из нашей страны и потом говорят, как у нас все плохо. А ты что-то сделал, чтобы у нас получше было? Я считаю, что нужно что-то сделать здесь, и это могут быть какие-то небольшие вещи. Допустим, преподавание – созидание молодого поколения – это вкладывание себя в будущее. А глобальная цель человека – оставить после себя потомство, за которое было бы не стыдно.

Николай Диденко. Фото: Мария Моченова

– Вы нашли свою нишу?

– Безусловно. Если бы меня спросили, хотел ли что-то изменить, я бы сказал «нет». Хотя, конечно, есть и недопонимание окружающих. Даже некоторые близкие люди говорят: «Ты сначала стань народным артистом, а потом занимайся благотворительностью». А я стараюсь вложить все в образование детей, помогаю тем, кто хочет развиваться в музыке и дальше. У нас в хоровом училище сейчас занимаются человек 20-30 с «Белого парохода». Одна девушка учится в Венской академии, другая – в Портленде.

Я пытался первое время объяснить, что нельзя жить только для себя и иногда надо что-то отдавать. Но многие считают, что нужно отдавать только тогда, когда есть что отдавать. А я думаю, что даже если нечего, то все равно нужно (смеется). Отдавать – это «наркотик», в хорошем смысле. Надо только попробовать.

– А народным артистом хотите стать?

– Нет, сейчас народный артист – это далеко не статус и не комплимент. Некоторые артисты после двух лет карьеры и нескольких удачно снятых видеороликов получают звание народных артистов. А есть артисты, которых знает вся страна, а они только заслуженные. Поэтому если в советское время этот статус народного артиста имел огромную ценность, то сейчас ее нет.

Николай Диденко. Фото: Мария Моченова

– А здесь, в Академии хорового искусства вы часто бываете?

– Да, конечно, поддерживаю связь. Мы с братом в училище с шести лет, все детство провели здесь. С 9 утра до позднего вечера сидели и занимались. Московское хоровое училище им. Свешникова базируется на традициях Синодального училища, и здесь работали многие педагоги из царской России. А мой главный учитель – создатель Академии хорового искусства, выдающийся дирижер Виктор Сергеевич Попов. В студенческие годы нам с братом повезло попасть в мужской хор, который Виктор Сергеевич создал из выпускников и некоторых студентов академии. Мы гастролировали по разным странам, объездили всю Европу и Америку.

Знаете, страшнее всего выступать на этой сцене – здесь сидят педагоги, которые знают меня почти с рождения. И если что-то не так, то сразу скажут: «О, кажется, теряет голос…» или «Так-так-так, разжирел!» (смеется). Это же свои. Семья. Здесь всегда так.

Фото: Мария Моченова

ДИДЕНКО Олег Алексеевич, оперный певец, бас. Родился 13 января 1975 года в Северо-Курильске, окончил Московскую музыкальную школу им. Стасова и Московское хоровое училище им. Свешникова по специальности «дирижер хора». Выступал с академическим хором мальчиков под управлением В. Попова. С 1991 года – певчий, с 1992-го по 1997-й – церковный певчий и регент, постоянный участник церковных фестивалей. Участвовал в богослужениях в Бутырской тюрьме. Участник первой делегации РПЦ в Джордан Вилле, давшей старт дипломатическому и церковному сближению для объединения РПЦ и РПЦЗ. В 2006 году регентовал панихидой и молебном в Дании во время проведения торжеств по переносу мощей Марии Федоровны Романовой из Дании в Россию, за что отмечен благодарственной грамотой патриарха Алексия II и министра культуры РФ А. Соколова. В 2007 году участвовал в качестве певчего в торжествах, посвященных объединению РПЦ и РПЦЗ, в 2009 году в качестве певчего участвовал в Архиерейском соборе и на интронизации патриарха Кирилла. С 1992 по 1997 год — участник вокальной группы театра «Ленком» в спектаклях «Поминальная молитва» (с актерами Е. Леоновым, А. Абдуловым, Т. Пельтцер), «Безумный день, или Женитьба Фигаро» (с Д. Певцовым, А. Захаровой), «Юнона и Авось» (с Н. Караченцовым, В. Раковым и др.). В театре «Эрмитаж» участвовал в вокальной группе в спектакле «Зойкина квартира». Окончил Академию хорового искусства по специальностям «дирижирование», «сольное пение» (2001), а в 2004 году – аспирантуру. С 2003 по 2005 год работал в Камерном музыкальном театре оперы им. Покровского, исполнил партию Баптисты Манолы из оперы «Укрощение строптивой», Зарастро и Верховного жреца из оперы «Волшебная флейта». С 2004 года работает в театре «Новая Опера». Исполнял различные партии в спектаклях «Борис Годунов», «Руслан и Людмила», «Князь Игорь», «Севильский цирюльник» и многих других. В концертном репертуаре Олега Диденко – арии русских и зарубежных композиторов, современная, классическая ораториальная и камерная музыка, народные песни, военные песни. Выступает с концертным и оперным репертуаром в России и за рубежом, побывал в 37 странах и 280 городах. Олег Диденко неоднократно принимал участие в концертах благотворительного фонда для детей с ограниченными возможностями «Мир искусства», постоянный участник и организатор ветеранских благотворительных концертов. // Чирков О. На Сахалине родился, в другом месте пригодился // Совет. Сахалин. – 2014. – 10 января. – С. 4 : фот.

Николай Диденко: биография, творчество, карьера, личная жизнь

Краткая биография и образование

Появился на свет в первый день весны 1976 года в столице нашей родины Москве. С 1982 года стал получать образование в Московском хоровом училище им. А. В. Свешникова. Помимо этого занимался в музыкальной школе им. В. В. Стасова. Здесь певец обучался игре на скрипке.

В 1996 году поступил в Академию хорового искусства им. В.Попова. В 2003 году стал аспирантом данного учебного заведения. Был учеником преподавателя Дмитрия Вдовина.

Первые свои вступления на сцене провел в составе Академического хора мальчиков под руководством Виктора Попова.

Карьера и творчество

Николай Диденко был хоровым дирижером, регентом, а также совместно с детско-юношеским хором Патриаршего подворья многократно одерживал победу на хоровых фестивалях духовной музыки в конце 90-ых годов. Через несколько лет спустя становился солистом знаменитых хоровых капелл, в том числе хора Сретенского мужского монастыря.

С 2002 года по 2003 год Николай работал ведущим солистом в театре «Новая Опера», исполнял партии в «Евгении Онегине» (Князь Гремин), «Моцарте и Сальери» (Сальери), «Реквием» Дж. Верди.

Затем, в 2003 году певец продолжает развивать свою карьеру в США. Работает солистом в «Houston Grand Opera» вплоть до 2005 года. Тут Диденко успел поучаствовать в таких спектаклях, как «Турандот», «Севильский цирюльник», «Волшебная флейта», «Тоска», «Юлий Цезарь».

В 2004 года поработал с крупнейшим международным агентством «Асконас Холт» (Великобритания). С этой поры Николай Алексеевич начал выступать в различных странах.

За свою многогранную карьеру Диденко успел посотрудничать с Вашингтонской национальной оперой, Кельнской оперой, Датской Королевской оперой, Нью-Йорк Сити Опера, Опера Бастилия (Франция) и еще с множеством различных и популярных театров.

Весной 2013 года Николай становится приглашенным солистом Большого театра в опере В. Беллини «Сомнамбула» (граф Родольфо).

Певец выступал в операх «Моцарт и Сальери», «Риголетто», «Евгений Онегин», «Тоска», «Юлий Цезарь», «Мадам Баттерфляй», «Севильский Цирюльник», «Турандот», «Волшебная Флейта», «Маленький принц», «Трубадур», «Идоменей», «Ромео и Джулиетта», «Золушка», «Троянцы», «Милосердие Тита», «Дон Карлос», «Бал-маскарад», «Богема», «Сомнамбула», «Капулетти и Монтекки», «Аида», «Норма», «Турок в Италии», «Фальстаф», «Сила судьбы», «Симон Бокканегра», «Дон Жуан», «Борис Годунов», мировую премьеру оперы «Лисистрата» и участвовал в концертах исполняя Маленькую Торжественную мессу и «Стабат Матер» Россини; «Раёк», 13 и 14 симфонии Шостаковича, 8 симфонию Малера, Реквием и мессы Моцарта, «Стабат Матер» Дворжака, Реквием Верди.

Помимо этого стоить отменить сотрудничество Николая Диденко со знаменитыми певцами современности в разные периоды времени: Рамоном Варгасом, Рене Флеминг, Николаем Гяуровым, Миреллой Френи, Эдитой Груберовой, Федерикой Фон-Штаде, Владимиром Галузиным, Марией Гулегиной, Джун Андерсон, Брин Терфилем, Матти Сальминеном, Массимо Джордано, Лорой Клейкомб и др.; под управлением дирижёров Антониелло Аллеманди, Патрика Саммерса, Эдоардо Мюллера, Нелло Санти, Марко Армильято, Владимира Федосеева, Владимира Спивакова, Рудольфа Баршая, Михаила Плетнёва, Геннадия Рождественского.

Зимой 2017 года хоровая запись «Penderecki Conducts Penderecki, Volume 1», в создании которой принимал участие Диденко, была номинирована и получила премию «Грэмми» в категории «Лучшее хоровое исполнение».

Благотворительность

В 2004 году певец стал художественным руководителем благотворительной программы «Белый пароход». Является им и сегодня. Данная программа занимается реабилитацией, обучением вокалу, игре на музыкальных инструментах, работе в хоре для музыкально одаренных детей с ограниченными возможностями, детей из неполных семей, детских домов и интернатов.

На данный момент программа задействована на территории всей страны, но возникла на Дальнем Востоке в Хабаровском крае.

Канон. Оперный певец Николай Диденко. Часть 1

Аудио

В очередном выпуске музыкальной программы — оперный бас, лауреат премии «Грэмми» Николай Диденко. Ведущий поговорит с певцом о его артистическом становлении, о важной роли классической музыки в жизни и духовном пути Николая. В передаче будут использованы архивные видеоматериалы концертных выступлений Николая Диденко.
– Сегодня у меня в гостях выдающийся оперный певец, бас, приглашенный солист Большого театра, обладатель премии «Грэмми» Николай Диденко. Николай, здравствуйте!

– Здравствуйте!

Николай Диденко – российский оперный певец, обладатель редкого баса-кантанте – лирического певучего баса. Родился в Москве в 1976 году. В пять лет начал учиться в музыкальной школе им. Стасова по классу скрипки, потом окончил Московское хоровое училище им. Свешникова. В 2003 году окончил аспирантуру в Академии хорового искусства им. Попова. С 2002 года Николай – ведущий солист театра «Новая опера» им. Колобова. В 2003–2005 годах – солист «Хьюстон Гранд Опера» в США.

С 2004 года начинается международная карьера Николая Диденко. Он представляет крупнейшее международное агентство Askonas Holt. В разные годы он сотрудничал с ведущими всемирно известными театрами, такими как Вашингтонская национальная опера, Кельнская опера, Датская королевская опера, «Нью-Йорк Сити Опера», «Опера Бастилия» и многими другими. С 2013 года является приглашенным солистом Большого театра. Важной страницей в жизни Николая является благотворительная программа «Белый пароход», бессменный руководитель которой – он сам. Данный проект проводит реабилитацию, обучает вокалу и игре на музыкальных инструментах одаренных детей с ограниченными возможностями, детей из неполных семей, детских домов и интернатов. Обо всем подробнее поговорим прямо сейчас в программе «Канон».

– Очень рад, что Вы нашли время и посетили нас. Большое Вам спасибо!

– Спасибо! Мне тоже очень приятно!

– Николай, Ваш сегодняшний график составлен на месяцы вперед: Вы активный концертный гастролирующий артист. Я читал Ваше интервью и узнал, что в детстве Вы, оказывается, вообще не любили оперное пение. Как так? Сегодня это Ваш основной хлеб. Как Вы пришли в классическую музыку?

– Я вообще в классической музыке с раннего детства: в пять лет я начал обучаться в школе им. Стасова по классу скрипки, потом поступил в Московское хоровое училище им. Свешникова, в котором проучился 11 лет. Потом поступил в Академию хорового искусства им. Попова, затем окончил аспирантуру. Поэтому в классической музыке я с раннего детства, участвовал в самых разных концентрах.

– Может, как раз потому, что Вас заставляли в детстве?

– Нет, совсем нет! Я очень любил хоровое пение, любил дирижировать. Но мне не очень в детстве повезло, так как мы пели, может быть, не с самыми выдающимися оперными певцами того времени, или, может быть, на тот момент мне казалось, что это не очень эстетично и красиво. По крайней мере, у меня вызывало раздражение какое-то дребезжание, большая вибрация, которая тогда присутствовала у многих оперных артистов, и поэтому мне казалось, что это не мое.

– А когда Вы открыли для себя оперное пение?

– Когда мой первый вокальный педагог Соловьев Михаил Владимирович подарил мне пластинку Марио Ланца. Это был достаточно легкий жанр, но при этом исполненный оперным пением и совершенно потрясающим, великолепным голосом, наверное, одним из лучших в истории. Вот тогда я влюбился в это пение, влюбился в жанр!

– А вообще, на Ваш взгляд, как воспитать любовь к классической музыке?

– Нужно детям давать слушать качественную, хорошую музыку, серьезных артистов: певцов, скрипачей, виолончелистов, пианистов. Возможно, сначала нужно давать более простую музыку, чтобы ребенок воспринимал ее на уровне образов, на уровне каких-то мистических героев или сказок, чтобы это было ему интересно. То есть это зависит от того, как педагог или родитель может преподнести классическую музыку. Мне сейчас, кстати, очень нравится проект «Сказки с оркестром», в котором дети могут услышать очень красочную, потрясающую музыку – шедевры классики – именно в контексте какого-то интересного, захватывающего сюжета.

– А вообще, на Ваш взгляд, всем нужно изучать классическую музыку?

– Да, абсолютно! Классическая музыка особенно всем нужна. Потому что человек становится добрее, мудрее, начинает ценить настоящее. Классическая музыка обычно звучит вживую. Сейчас, конечно, мы уже немножко от этого отходим, но в любом случае в концертных залах ее можно услышать.

– То есть «фанеры» не бывает в классической музыке.

– Редко бывает.

– Но бывает все-таки?

– Бывает, но очень редко.

– Скорее на телевидении?

– Да. Так вот этот живой звук завораживает, он совершенно по-другому ощущается. Те звуки, которые обработаны потом в студии и доведены до совершенства, не имеют отношения к живому искусству.

– Кстати, что касается звукозаписи. В этом году Вы как раз получили премию Академии звукозаписи США «Грэмми» за хоровое исполнение. Расскажите о проекте, за который Вы получили премию.

– Это был проект Варшавского филармонического оркестра и композитора Кшиштофа Пендерецкого. Он часто меня приглашает на разные проекты. Мне очень повезло: я пел его мировую премьеру, посвященную столетию Первой мировой войны. Это происходило в Брюсселе. Это было грандиозное событие! Туда съехались VIP-персоны, включая председателя Евросоюза и королеву Бельгии. Событие было потрясающее! И вот оно завершалось новым сочинением Пендерецкого. Потом решили записать это произведение и пригласили меня в Варшаву. Мы записали его с Варшавским национальным хором и Варшавским филармоническим оркестром. И вдруг совершенно неожиданно мы получили премию.

– Приятно, наверное!

– Да, было очень приятно!

– Мы хотим пожелать, чтобы премий «Грэмми» у Вас было как можно больше!

– Спасибо!

– На самом деле по телевидению показывают только часть: вручение премии за рок-музыку и поп-музыку. А вообще область применения этой премии масштабная.

– Да, действительно, вручение «Грэмми» – это большой день. Он начинается в Лос-Анджелесе ранним утром и заканчивается поздним вечером. Самая главная часть – это вручение премии за поп-музыку, рэп и так далее. Эти направления собирают огромное количество звезд, поэтому прямой эфир начинается в вечернее время. А в дневное время как раз вручают премию классике, джазу и другим направлениям, которые не очень популярны в массах.

Звучит ария короля Рене из оперы «Иоланта». Композитор П. И. Чайковский, исп. Н. Диденко.

– Дорогие телезрители, напоминаю вам, что сегодня гость программы «Канон» – оперный певец Николай Диденко. Николай, а что Вас сформировало как певца, как артиста? Чем вообще должен обладать оперный певец помимо голоса?

– Очень много разных факторов. Во-первых, конечно, мое образование – классическое образование в Академии хорового искусства им. Попова. Сам Виктор Сергеевич Попов – великий учитель, который не только работал с хором и прививал нам вкус и любовь к классической музыке, но и учил жить: он очень много давал советов, которые мы, его ученики, до сих пор вспоминаем. Это была какая-то школа жизни. Среди его учеников и Дмитрий Корчак – очень известный тенор, знаменитый на весь мир, и Василий Ладюк. Очень много выпускников Академии хорового искусства сейчас поют по всему миру. И все мы безумно благодарны Виктору Сергеевичу за то, что мы сейчас «в профессии».

– А Ваша семья – музыкальная, она связана с музыкой?

– Да, мой брат поет. Он – оперный певец, долгое время работал в Московском театре «Новая опера» им. Колобова. Сейчас он тоже много гастролирует.

– А родители как-то повлияли на это?

– Мама с очень хорошим голосом, но она не получила классического образования и поет больше как любитель. А что касается составляющих для того, чтобы сформировался артист, то мне очень повезло, я несколько лет проработал в театре «Ленком». Это романтическая сцена, но я работал в вокальной группе на постановках «Поминальная молитва», «Женитьба Фигаро» и «Юнона и Авось». И мне повезло работать с величайшими артистами: рядом были и Збруев, и Абдулов, и Караченцов, и Янковский, и Чурикова, и другие. Я их видел каждый день. Для меня это была сумасшедшая школа, и какие-то вещи, которые я там видел, я до сих пор несу в оперу и стараюсь применять, потому что это было наглядное пособие.

Потом я стажировался в Хьюстоне, а до этого учился в аспирантуре у знаменитого потрясающего вокального педагога Дмитрия Вдовина, который сейчас, наверное, один из самых известных преподавателей у нас в стране. Конечно, я ему тоже бесконечно благодарен за то, что он привел мой голос в ту форму, в которой он сейчас находится и с которой я сумел дальше работать и сложиться как артист.

– Вы говорите, что стажировались в Хьюстоне, а российская и западная школы различаются?

– Да, они различаются. На Западе делается много правильных акцентов, есть много нового, чего у нас здесь никогда не давали. В частности, есть акцент на языки, на правильное произношение. Мы очень скрупулезно изучали правильность фразировки, стилистику разных времен: каким звуком петь Генделя, а каким – Чайковского. Это очень важно, и для меня это была большая школа.

– Еще интересная страница Вашей биографии: в юности Вы руководили детско-юношеским хором Патриаршего подворья. Расскажите об этом. Наверное, это очень ответственное дело для нежного возраста?

– Это было в 1993 году. Было очень волнительно, но вот так мне повезло. Я сначала пришел петь в храм в селе Гребнево в Подмосковье. Отец Сергий Киселев – замечательный, очень близкий мне человек – пригласил меня регентовать, потому что в том момент у хора не было регента. Мы собрали очень сильный детско-юношеский коллектив. Потом пошли конкурсы. В Польше мы получили премию за первое место и приз зрительских симпатий. Мне тогда еще было, наверное, лет семнадцать.

– И Вы всем этим руководили. Был период звездной болезни?

– Да, был такой период.

– А как перебороть эту болезнь? Какой совет Вы можете дать уже спустя годы?

– Это возрастное. У меня были хорошие друзья и брат, которые мне быстро и правильными словами указали, что я неправильно себя веду. Я сделал из этого выводы и старался вести себя скромнее. А вообще в жизни у меня было много очень удачных моментов, и я думаю, что чем более успешен человек, тем меньше у него поводов зазнаваться.

– Просто некогда на это обращать внимание?

– Абсолютно! Потому что за спиной стоит огромнейшая работа. Поэтому я могу только поделиться с кем-то опытом и рассказать, как это сделать, из того, что я знаю. И еще самое главное в том, что я всегда недоволен. Как бы и кто бы меня ни хвалил, мне всегда не нравится.

– Перфекционизм такой.

– Да. Из-за этого у меня мало записей в YouTube, так как я ничего не хочу выставлять. Мне не нравится, и всё. У меня аллергия на свой голос.

– А нам нравится! Поэтому я предлагаю нашим телезрителям прямо сейчас посмотреть отрывок Вашего выступления. Дорогие телезрители, Николай Диденко в программе «Канон».

Звучит «Vi ravviso» из оперы «La sonnambula». Композитор В. Беллини, исп. Н. Диденко.

Автор и ведущий Александр Крузе

Записала Таисия Зыкова

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *