«Если мы с Господом,

антихрист не может причинить нам зла»

Батюшка не говорил пустых слов о последних временах, а только повторял: «В Слове Божием, особенно в «Откровении Иоанна Богослова», об этом все сказано, а нам не нужно ничего придумывать своего… Скажу только одно: если мы с Господом – антихрист не может причинить нам зла».

Отец Николай очень переживал, что Церковь стала участвовать в суждениях о новых документах. Он говорил: «Нам не нужны эти цифры и номера… Церковь существовала, и будет существовать без них. Но плохо, что нас втянули в эти споры и препирания. Это неправильно, неверно».

Но более всего Батюшка не принимал тот дух запугивания и устрашения, который этому сопутствовал: «Зачем устрашать людей этой бездной зла и все время говорить о зле?! – огорчался он. – Нагнетание тревоги и страха ни к чему хорошему не приведет. Люди не выдержат этого давления. Тревога уже перешла в неизлечимый страх. Людьми овладел ужас – и они стали рабами слухов. Паники, страха и ужаса. Так человек теряет свободу… Теряет Веру, мужество, Надежду… Про Любовь уже говорить не приходится… Все с ужасом ждут антихриста и все их мысли посвящены ему и его смрадным делам… Как это не верно! Человек боится всего – физической смерти, уничтожения, гонений, потери близких, голода. Многие и сейчас уже лишились от этих страхов рассудка, а что потом?! Ведь мы созданы Богом как Его образ и подобие – и так страшимся антихриста, совершенно забыв, что мы Божии!»

«Нечистые духи представляют собой силу лишь по отношению к земле. Небо взирает на них как на заведомо побежденных собственным злом» (Святитель Николай Сербский. Моления на Озере. М. 2004. С. 175)

«Все эти переживания о документах вызваны двумя причинами – духовное невежество и страх согрешить, — говорил Батюшка. – Потому нельзя сказать ни «да», ни «нет»!

Также говорил: «На все времена нужны смирение, кротость, благодарность Богу и особенно родителям. Это все украшает человека и сохранит вас в последние времена».

«Всегда помните Крест Христов – и спасетесь!»

На вопросы об антихристе отвечал: «Так зачем нам все время говорить об антихристе, если мы Христа ожидаем и к Нему обращаемся непрестанно: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас, грешных… И Бог нас слышит и милует».

«Когда явится антихрист – мы не знаем. Но знаем из Слова Божия, что печать его будут явно ставить на руку и на лоб его слуги – демоны. – При этих словах Батюшка встал, вошел во внутреннюю келлию и вернулся с Геннадиевской Библией в руках. Восьмой том. – Если тебя будут спрашивать про печать антихриста, то покажи вот эти иконы из Апокалипсиса… Я сейчас положу здесь закладочки… Со словами: «Мы сами ничего не знаем, а Слово Божие говорит об этом так» — и покажи святые иконы».

Закладки Старец сделал на страницах: 468-469 и 476-477. – «Вот так и будут ставить печати» — сказал.

На вопрос: «Батюшка! ИНН – это печать антихриста?» — ответил: «Нет! Нет! Это – не печать антихриста… Но эти цифры не нужны Церкви. Мы все время жили без этого». Митрополиту Филарету Минскому попросил передать через А. А. Сенина слова: «Помоги Вам Господи, Владыка, спасти Церковь от номеров».

Спросили Старца: «Как же узнать, что вот она – печать антихриста, чтобы не погибнуть?» Он ответил: «Своих верных Господь сохранит… Если будете жить по Евангелию, со страхом Божиим, благочестиво, будете молиться Богу, Он и откроет, что это печать… Только мудрить и от себя толковать не нужно… Надо верить Господу, что без Его Святой Воли ничего не бывает».

Он часто говорил: «Господь всегда нам открывает, что грядет… Только надо веровать и молиться. А настоящих христиан, священников, Старцев – можно узнать по их делам… Это верно!»

«Для нас Евангелие должно быть основой всей жизни».

«Если не знаете, как поступить, — доверьтесь Промыслу Божию, и Господь управляет все так, как Ему угодно… Только не противьтесь. Ведь вот какие мы счастливые, что можем с Господом говорить, Царицу Небесную попросить. А это – великое счастие, правда?!»

Когда снова спросили по поводу ИНН, сказал: «А что это такое – ИНН. Мы не знаем… Оно что, заставляет убивать, пить, курить, бездельничать?! Ты Веру храни во всем, душу свою безсмертную береги от греха — и спасешься. Ведь православный христианин должен что? — Любвеобильно относится ко всему, что его окружает, и на работе трудиться честно и с совестию… Он так и делает, и никакие номера ему не нужны и не могут изменить его».

О продуктах со штрих-кодами: «Эти продукты не могут причинить нам вреда. Прочитайте молитву «Отче наш» — перекрестите все с Верою, можно освятить святой водой – и не будет никакого горя… Грешно ведь пищу Божию хулить и гнушаться ею».

Матушка Иоанна сказала в ответ: «А вот есть такой Старец – Иосиф – он все продукты и вещи со штрих-кодами в пропасть бросает! Вот, настоящий Старец!» — Батюшка перекрестился на образа и сказал: «А я Бога благодарю, что Он меня не оставляет и посылает милостыньку через людей – хлеб, булочку, вот эту баночку с консервами!» — При этих словах, привстал со стула, достал из пакета банку с печению трески, на которой были штрихи, осенил крестным знамением, и попросил меня: «Матушка! Давай помолимся и покушаем, что Бог послал».

Он никогда не сдирал и не царапал эти штрихи – он их просто не замечал и не обращал ни малейшего внимания на них… И никогда не говорил о «кодах» и «кодировках».

«На последние времена надо «копить» Веру, а не продукты».

«Печать человек будет принимать явно и добровольно… Сохрани Бог всех от нее! Отрекаться будут сознательно. Все будут знать, что это знак сатанинский. Такая мука будет, что от века не видано! Только не нужно бояться. Отрекайтесь от печати. Надо будет идти на Крест… А потом – Царство Небесное со Христом. Какая радость! Страдания для верующих, не взявших печать, будут коротенькие… Но сладостно умереть со Христом и за Христа!»

«Господь в те времена сотворит много Милости для людей. Многое станет человеку просто не нужно. Верующие будут довольствоваться малым, и Господь Своих будет питать – чудесно питать. И капелька воды насытит. Только надо Веру истинную хранить… Целовать Стопы Спасителю… Не губить себя и всю землю, весь Божий мир своими грехами».

«Надо свято хранить Евангелие, особенно в сердце. Оно – мера всей жизни нашей. Будьте искренни, нелживы. Живите чистенько. Трудитесь всегда с молитвой – каждый на своем месте, послушании… И не нужно все время говорить и думать об антихристе. Ведь где мысли твои – там и душа твоя. Это очень вредит человеку».

«Ведь, вот, какой ты антихрист будешь, если ты в Храме Богу служишь, молишься? – сказал Батюшка иеромонаху, который все время спрашивал его о печати антихриста. — Доверься Богу и мысли всегда о Нем. Его, Спасителя держи в уме, сердце и на устах – и не нужно все время говорить об антихристе. Особенно нам, священнослужителям. Ведь мы всегда со Христом! С Господом! И не нужно омрачаться и бояться!»

Приехали с новостию: «Афонские старцы сказали, что в октябре этого года (2001) – конец… Такое начнется… Война, мясорубка, всех перемолотят, надо уезжать из городов и прятаться!» — Отец Николай возмутился духом: «Сами перепугались (Батюшка сказал жестче «обосрались», что свидетельствует о его крайнем неприятии) – и бедных людей мучают, запугивают, вместо того, чтобы молиться, трудиться и на Бога уповать». – Ему возразили взволнованные люди: «Батюшка! Но это – пророчества афонских старцев!» — Он строго ответил: «Это все лганье, а не пророчества!» — и не стал больше говорить и ушел в келлию.

Приведу здесь слова, которые говорил об антихристе Святогорец Старец Эмилиан (игумен монастыря Симонопетра до 2000 г.):

На одной из последних общих бесед сказал, «чтобы мы не волновались. Чтобы мы заботились о том, чтобы иметь живые отношения со Христом. А антихристу не стоит уделять слишком много внимания, потому что в противном случае он займет центральное место в нашей жизни… Антихрист станет в нашей жизни главным, а не Христос».

Один из самых известных подвижников среди афонских Старцев Порфирий Кавсокаливит (1906+1991) добавил к сказанному: «Слава Тебе Боже, что я нашел хоть одного духовника, который согласен со мной. Детка, знаешь, что наделали духовники здесь, в миру? Они этими электронными паспортами, числом 666 взбудоражили людей, создали целую кучу проблем, как семейных, так и психологических. Мирские люди не могут уснуть. Чтобы уснуть, они принимают психотропные препараты и снотворное.

Скажи мне, что это такое? Христос, дитя мое, не хочет, чтобы все было так… А хочешь, я скажу тебе еще кое-что важное? — Для нас, христиан, живущих Христом, не существует антихриста!.. Когда мы имеем в себе Христа, разве может в душу прийти антихрист? Может ли войти какая противоположная сущность в нашу душу? А знаешь, детка, почему мы сейчас так беспокоимся об этих электронных паспортах и антихристе? – Да потому что мы не имеем в себе Христа! Когда мы пустим внутрь себя Христа, тогда все вокруг становится Раем! Христос – это все! так всегда и говори людям, детка. Потому мы и не боимся противного. Понимаешь?!» (Что говорил Старец Эмилиан об антихристе?. Сайт: Святая Гора Афон. https://www.isihazm.ru/?id=1794)

«Если мы имеем в себе Христа, антихрист не может причинить нам никакого зла»

«Однажды я спросил Старца у него в келлии: «Старче! В последнее время много говорят о числе 666, о явлении антихриста, которое приближается… Более того, некоторые утверждают, что антихрист уже пришел, рассуждают об электронной насечке на правую руку или на лоб, о столкновении Христа и антихриста и о поражении последнего, о Втором Пришествии Господнем. А что Вы скажете? –

Геронда ответил: «Что скажу? Я не говорю, что видел Божию Матерь, что будет война и тому подобные вещи. Точно вот что скажу: я знаю, что придет антихрист, что будет Второе Пришествие Христово, но когда – не знаю… Завтра? Через тысячу лет? – этого я не знаю. Однако меня это не тревожит… Потому что знаю, что в час смерти наступит для каждого из нас Второе Пришествие Господне. И этот час для каждого уже очень близок…»

«Геронда! Если в наши дни явится антихрист, даст ли нам Бог выдержать страдания? — Если мы исповедуемся, Христос даст нам эти силы… Пусть вас не тревожат вопросы о последних временах, антихристе и его знамениях, потому что знайте, если мы имеем в себе Христа, антихрист не может причинить нам никакого зла, даже самого незначительного вреда».

«Вот, смотри, — продолжал Старец, — приведу тебе пример: вот, приходит антихрист и ставит мне НАСИЛЬНО печать лазером – 666… Ты спросишь, помилуйте, Старче, разве это не знак антихриста? – Знаешь что? Да если бы он написал на мне лазерными лучами и тысячу раз по 666, запечатлел это нестираемо, я не расстроюсь…

Почему, хочешь знать? – А почему, скажи мне, первых мучеников бросали к диким зверям, но они осеняли себя крестным знамением и львы становились агнцами? Почему потом их бросали в морскую пучину – они осеняли себя крестным знамением, и море становилось твердию, и они ходили по нему как по суше. Почему их бросали в огонь – они осеняли себя крестным знамением, и огонь становился прохладой. Благословенное мое чадо, что мы сейчас из себя представляем? Разве мы верим во Христа? Что значит наше крестное знамение?

Но послушай, зачем тогда пришел Христос? Разве Христос сошел на землю не для того, чтобы укрепить нашу немощь? Вот все это и скажи своему Старцу. И это ты сам говори людям, чтобы они не боялись антихриста.

Грузинский подвижник Старец Гавриил (Ургебадзе 1929+2.11.1995), монах-юродивый, босоногий, в рваной одежде, в камилавке и с диадимой на голове, учил: «В последние времена людей спасут Любовь, Смирение, Доброта. Доброта откроет врата Рая, Смирение введет туда, а Любовь покажет Бога». (Диадима Старца. Воспоминания о грузинском подвижнике отце Гаврииле. М. 2005.С.109)

Парфений

«На передовой нет неверующих…»

Парень очень хотел попасть в десантники. Но на призывном пункте в 1983 году ему ответили: ростом не вышел, да и весу бы поднабрать… Его мечта осуществилась через 20 лет. В конце декабря он прошел обряд посвящения в десантники с надеванием синего берета, тельняшки и камуфляжа. И не где-нибудь, а в Чечне… в 45-м полку спецназа ВДВ, куда отец Парфений перед Новым годом привез груз гуманитарной помощи из Петербурга.

Без прикрытия?

— В 80-е годы, когда я служил в армии, был лозунг «Народ и армия едины». Но в полной мере я понял эти слова только в Чечне, — рассказывает иеромонах Парфений (Шапанов), помощник игумена Валаамского монастыря, представитель Синодального отдела Русской православной церкви по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами на Северо-Западе России. — Осенью монастырь обратился за помощью к петербуржцам, и у меня было ощущение Минина и Пожарского: бабушки несли теплые вещи, вязаные носки, домашнее варенье, предприниматели передавали деньги, покупали необходимые для солдат вещи… И ребята очень обрадовались, когда мы до них добрались — гуманитарной помощи десантники видели много, но чаще «на тебе, Боже, что мне негоже». А мы привезли то, что им нужно. Но самое дорогое для них знаете что? Больше всего благодарили вас за письма, хотя письма безадресные — просто солдатам, воюющим в Чечне…

— Добрались без приключений?

— Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, священноигумен Валаамского монастыря, благословил на поездку: «Воинов раненых — утешь. Тех, кто в строю, — укрепи. А верующих мирских людей — поддержи!..» Но прилетели в Моздок, а там не смогли дать нам охрану. Как добираться до Введенского ущелья, где дислоцирован 45-й полк? Но мы отправились через всю Чечню, через Грозный, через Шали, через Аргунское ущелье машинным маршем — четыре «КамАЗа» с грузом и три бэтээра с солдатами. Больше 140 км, без охраны, без боевого прикрытия сверху (обычно дают вертолеты и саперов), но довезли груз. У нас было самое большое — Божье прикрытие, молитвы верующих, кто откликнулся на наш призыв в Петербурге.

Чудо в палатке

— В Чечне вы не впервые. Что запомнилось в эту поездку?

— Прежде всего, порядок в полку — в палатках пол застелен фанерой и линолеумом, ребята ходят в тапочках, в каждой палатке — иконостас и телевизор. Хорошо налаженный быт, баня топится круглые сутки. Уходят ребята на задание, приходят — сразу в парную. Ощущение тепла, благодати…

У них есть палатка-часовня, освященная в честь великомученика Георгия Победоносца. Мы проводили молебны, почти 200 солдат и офицеров исповедовались и причастились. После панихиды по убиенным и общей молитвы стали прикладываться к налою. Простая бумажная иконка Георгия Победоносца на фанерке — вдруг видим: в центре проступили масляные пятна, и струйки побежали. Маслом я никого не помазывал, температура в палатке минус 10, в котелке святая вода замерзла. Для нас это мироточение было чудом. Спрашиваю офицеров: что у вас с иконой? «Пятна, что ли? А-а, это всегда так. Если отряд уходит на задание, и после молитвы пятна проступают — значит, все хорошо будет…»

Многое зависит от командиров, от их духовно-нравственного состояния. По соседству — другой полк: земляной пол в палатках, баня раз в неделю, ребята ходят озлобленные. И отцы-командиры под стать: гуляй, нога, швыряй песок…

Подсказки от Бога

— Может, это такой образцовый полк?

— Да какой он образцовый? Командир отозвал меня: «Отец Парфений, у тебя денег не осталось?» — «А сколько нужно?» — «300 тысяч». — «Много, брат мой. Мне иконостас нужно заказывать за 210… Ладно, половину отдам». — «Понимаешь, обмундирование нужно ребятам пошить…» Я спрашивал комполка о быте: «У вас есть телевизоры, музыкальный центр, спутниковый телефон — откуда это всё?» Он объяснил, что офицеры, которые служили в полку, уходят в бизнес и помогают им.

Капитан Андрей, с которым я разговаривал о вере и о том, что происходит вокруг, сказал мне: «На передовой нет неверующих. Ни одного человека…» И солдат я спрашивал: «Зачем тебе исповедоваться, причащаться? Что это тебе дает?» Один очень точно ответил: «А Бог подсказывает, как правильно поступить в трудной ситуации. Какое принять верное решение…»

— Вы говорили о письмах. Что еще важно для солдат на передовой?

— Мне один человек подсказал это, и я ему благодарен. Теплые носки, когда ребята сидят в засаде при минус 20, и тушенка — это важно. Но их надо еще «отогреть»! Поэтому в поездку я взял с собой трех певчих Валаамского монастыря — они пели гимны и духовные песнопения царской армии, «Как ныне сбирается вещий Олег…». И, что самое интересное, ребята подпевали монахам! А потом мы вместе с ними (я отслужил молебен, снял рясу) пели под гитару «Давай за!…» группы «Любэ», и романсы, и «Распрягайте, хлопцы, коней…» И я свистел, чем очень удивил и расположил ребят, и они разговорились… Мы той ночью пели, а как раз в это время был радиоперехват: за горой подошел отряд боевиков, начался артобстрел — и ребята ушли на задание. Но мы с теми, кто остался в полку, сели с гитарой и пели. И фиг вам, товарищи бандиты, говорили мы, радость нам не испортите!

Понял, куда попал

— Отец Парфений, а в соседний полк вы ходили? Там нужны священники?

— Принцип такой: я иду туда, куда позовут. Ведь и Господь приходил к нуждающимся. А если человек не готов, он не зовет… После того как мы пели с ребятами, приходят от соседей: у вас, слышим, артисты, дайте и нам. Им объяснили: это монахи приехали. Не-а, говорят, попа не надо, а артисты пускай придут… Ну, я ребят-певчих дал, а сам не пошел. Они попели, поговорили с солдатами. Так тоже начинается путь к вере.

— Последние военные священники в России были лет 80 назад. А появятся ли они снова?

— Наш Военно-синодальный отдел поднимает вопрос о возрождении института военного священства. Чтобы в старых духовных семинариях и академиях — Санкт-Петербургской, Московской, Одесской — открыть подготовку военных священников. Но пока не хватает священников, которые имеют опыт работы в войсках, в «горячих точках».

— Каким должен быть военный священник?

— Честно вам скажу: не знаю. Вы меня спросите, страшно ли там? Да, страшно. Владыка один спрашивал: «Отец Парфений, зачем ты туда ездишь?» Ну как же, владыко, монахи — воины Христовы, они на передовой должны быть. Там, где боль, страдания и смерть, должен быть священник. И не бояться, хотя страшно…

В первую поездку в Чечню летом 2002 года я вообще не понимал, что происходит. Ездил в Аргунское ущелье к пограничникам. И мне казалось: это как тир — где-то стреляют, бэтээры ходят, пушки стоят, мне самому хотелось дернуть, выстрелить… А когда я в госпитале увидел наших ребят с вывороченными животами — и они в сознании! — вот тогда я понял, куда попал… Священник, не только военный, состоится тогда, когда он умеет сострадать. Как говорил старец Паисий, когда чужая боль становится своей.

…Возвращаясь из Чечни, они везли тела погибших у Дома правительства в Грозном. Когда самолет набрал высоту и можно было вставать, монахи их отпели, прямо в самолете, в воздухе… А в последних числах февраля отец Парфений снова поедет в Чечню. Снова повезет туда гуманитарную помощь: батарейки для миноискателей, бритвенные приборы, зубную пасту — и по гитаре в каждый отряд. В его родном Введенском ущелье заступит на дежурство уже другой полк ВДВ, но петь там тоже любят. А отец Парфений мечтает прыгнуть с парашютом, как настоящий десантник…

«Господь всегда с христианами»

Архимандрит Парфений (Мурелатос) оставил мир и пришел на Афон в монастырь святого Павла совсем молодым человеком. Через 20 лет братия монастыря избрала его, тогда простого монаха-лесничего, своим игуменом. Сейчас геронда Парфений, более 56 лет подвизающийся на Святой Афонской горе, – один из наиболее почитаемых в греческом мире духовников.

Архимандрит Парфений (Мурелатос). Фото: А.Поспелов / Православие.Ru

– Геронда, в каком году вы пришли на Афон?

– Я пришел на Святую Гору в 1954 году.

– А как долго являетесь игуменом монастыря святого Павла?

– Вот уже 36 лет я игумен. С 1974 года.

– Вы застали Святую Гору такой, какой мы ее уже не увидим. Расскажите, пожалуйста, об Афоне тех лет.

– В то время многие афонские монастыри находились в состоянии упадка, поскольку в них не было монахов. Это был такой период, когда, например, в монастыре святого Филофея было пять монахов, в монастыре Симонопетра – человек десять. Здесь, в монастыре святого Павла, было пятьдесят человек братии. Многие келлии, скиты, дома и здания были разрушены. Лишь девять монастырей были общежительными, а остальные одиннадцать – особножительными, в них еще была идиоритмия. Положение было таким, что вставал вопрос, что будет с Афоном дальше? И то, что случилось затем на Афоне, произошло чудесным образом. Господь и Богородица так управили, что все монастыри стали общежительными. А началось это тогда, когда весь Афон праздновал тысячелетие основания Великой Лавры.

За это тысячелетие много всего было пережито… Поскольку на Балканах и во всем мире было много войн и неурядиц, Афон тоже пережил и плен, и войны, и убийства, и пиратские набеги. А потом освободился. У турок здесь стояла десятитысячная армия, и Афон должен был всю эту армию кормить. А так как все монастыри были бедными, то закрыли трапезные, и все монастыри стали особножительными, потому что не могли сводить концы с концами. Потом постепенно-постепенно монастыри из особножительных вновь стали общежительными. Так, мой монастырь – святого Павла с 1700 по 1840 год был идиоримическим, а потом стал общежительным. В монастырской летописи рассказывается, как это происходило, как пришел игумен… У Афона длинная история.

– Получается, что тогда положение на Афоне не было хорошим?

– Положение было хорошим, но не во всех монастырях. В некоторых монастырях была братия, и там было все хорошо: общежитие и прочее. Но многие особножительные монастыри пришли в запустение.

Сейчас положение на Святой Горе лучше, чем тогда, поскольку монастыри приведены в порядок, пришли образованные люди. Здесь хранят старый порядок и соблюдают афонский устав. Ничего из старого не было изменено, ни в малейшей степени.

Монастырь святого Павла, Афон. Фото: А.Поспелов / Православие.Ru

– Батюшка, а в духовном отношении когда была лучше жизнь: тогда или сейчас?

– Могу сказать, что сейчас. Но не то, чтобы тогда было нехорошо. Всегда были и хорошие монахи и плохие, и тогда и сейчас. Но все же сейчас больше хороших монахов. Вот так.

– В России в советский период все мужские монастыри, за исключением Псково-Печерского, были закрыты, и, соответственно, монашеская традиция у нас в стране почти прервалась. Сейчас стоит проблема возрождения монашества, монашеского духа. Что для нас важнее всего позаимствовать на Афоне? На что нужно обратить внимание монастырям, которые сейчас открываются?

– Если традиция прервана, то ее трудно возобновить, трудно ей следовать. Но можно, думаю, взять разные уставы. На Афоне существует традиция уставов, уставная хартия, которая определяет управление Афоном, и можно взять какие-то положения оттуда и их использовать. Ведь если традиции нет, что же еще делать?

И в Румынии было так же, как у вас. В Румынии все духовные лица были арестованы, их выдворяли из монастырей, гнали, преследовали до смерти, их жизнь была в постоянной опасности. Что теперь знают дети? Что знает молодежь сейчас? Традиция утеряна, и это очень плохо. И как такое Господь попустил?.. Вот, как-то попустил.

Успение Пресвятой Богородицы. Фреска древнего сербского храма, построенного в монастыре святого Павла. Фото: А.Поспелов / Православие.Ru

А ведь многие монастыри в России и Румынии были устроены афонскими монахами. Например, святой Паисий взял афонские уставы и использовал их в своих монастырях, и, может быть, его уставы оказались даже более строгими, чем наши. Но монастыри жили, и у них было хорошее устроение.

– То есть лучше всего взять афонские уставы?

– Да, лучше взять уставы с Афона. Возьмите, например, какой-нибудь афонский монастырь с внутренним уставом, уставной хартией и разными традициями.

– А если правящий архиерей будет против? В России не столько игумены монастырей принимают решения, сколько их архиереи.

– Самое главное – это икономия. Вот братия, населяющая монастырь, хочет иметь хорошие и правильные уставы, а епископ против. Да, это тяжело, когда всем командуют епископы, и если какой-нибудь игумен им не нравится и не подчиняется, то они его выгоняют. Это епископократия. Понятно? Епископократия.

Здесь, например, на Афоне, даже патриарх не вмешивается. В афонских монастырях самоуправление, и когда, допустим, игумен уходит, собирается вся братия, берут внутренний устав и уставную хартию и выбирают голосованием нового игумена. И патриарх на это никак не влияет. Конечно, надо, чтобы человек был не плохой, а хороший, подходящий.

Этим и объясняется долголетие Афона, тем, что в устроение здешней жизни не могут вмешиваться никакие епископы. К патриарху, конечно, относятся с большим уважением, он надзирает за происходящим, но он не имеет права управлять внутренними делами Афона, он и не вмешивается.

Вот сейчас мне нужно благоустроить двор в скиту Пресвятой Богородицы. Сколько денег нужно на эти работы! Если бы я был в монастыре, управляемом епископом, мне бы сказали: «Чем ты там занимаешься? Бросай-ка ты это дело. Я против». Но у нас в монастырях самоуправление, и есть такая возможность.

Вид на Афон с вершины Святой Горы. Фото: А.Поспелов / Православие.Ru

– Геронда, расскажите немного об афонских монашеских традициях. С какого возраста возможно пострижение в монахи?

–Постригать можно с совершеннолетнего возраста, то есть с 18 лет. Снять же с постриженных монашество и иночество не может никто– такой практики в Элладской Церкви нет.

– Может ли монах покинуть монастырь?

– Монах может оставить монастырь только в двух случаях: если игумен еретик или если в монастыре учатся дети.

– А если в монастыре присутствуют женщины?

– Сейчас почти везде, кроме Святой Горы, есть женщины.

– Как поступать с теми, кто самовольно оставил монастырь? Какая на них должна налагаться епитимия?

– Это решает духовник, который рассматривает, сколько провинившийся жил в миру, чем успел нагрешить. Но лишать причащения беглого (и даже женившегося) монаха не нужно. Это было бы слишком суровым наказанием.

Есть много ослабляющих епитимию факторов. И всегда подход должен быть индивидуальный.

Старец Паисий Святогорец

– Батюшка, куда бы мы ни приезжали, нам везде с большой любовью рассказывали о старце Паисии. Вы знали его лично?

– Конечно, я его знал, мы общались, разговаривали. Отец Паисий был здесь в те же годы, что и я. Он имел большую благодать от Бога. Когда-нибудь Церковь причислит отца Паисия к лику святых, люди его очень почитают. Он любил людей, всех обнимал своей любовью. У него был дар предсказывать, давать верные советы, Господь удостоил его такой благодати. Он был борец, подвижник, был строг, мог и поругать. Господь его одарил, и он помог очень многим людям, многим молодым, многим семьям. Сегодня на его могиле совершается много чудес.

– Вы много общались с ним?

– Я не очень много с ним говорил, потому что он общался, образно говоря, сердцем, и я не очень часто бывал у него. Зато он присылал к нам в монастырь многих ребят на исповедь, чтобы они приобщались к духовной жизни. У нас были хорошие отношения.

– А кто был вашим наставником?

– Когда я пришел в монастырь, игумен не исповедовал, так как он был стар и немощен. И духовник у нас был из скита святой Анны. Он приходил каждые двадцать-тридцать дней. Иногда мы исповедовались духовнику из Нового скита.

Теперь у нас не так: теперь духовник не приходит извне.

– Кого еще из подвижников вы застали на Святой Горе, кроме старца Паисия?

– Много было отцов. Были замечательные, хорошие отцы и у нас: отец Ефрем (Асимандиотис), отец Анфим из скита святой Анны. Был у нас старец Митрофан – святой человек, замечательной жизни. Он был образцом хорошего монаха.

Кафоликон монастыря святого Павла, Афон. Фото: А.Поспелов / Православие.Ru

– В России довольно остро стоит проблема духовного наставничества. Кто-то вверяет себя так называемым «младостарцам», которые полностью контролируют жизнь своих подопечных – покойный Святейший Патриарх предупреждал об этой опасности. Другие, наоборот, не имеют духовных наставников и живут «от ветра головы своея». Как все-таки нужно относиться к духовному наставничеству, как искать себе наставника?

– Прежде всего, необходимо, чтобы у наставников была подготовка, чтобы они имели жизненный опыт. Таинство исповеди – очень трудное, и если духовник неопытен, он может нанести большой вред и людям, и самому себе.

Он должен быть очень опытным и по возрасту быть старше сорока лет. Сейчас часто духовниками становятся молодые люди тридцати пяти, и тридцати, и даже двадцати пяти лет. Это неразумно. Конечно, так делают по необходимости. Я не осуждаю, что в России и других славянских государствах молодежь ставят исповедовать, потому что необходимость заставляет. Сейчас, например, в России и соседних странах как только рукополагают двадцати пяти- или тридцатилетнего молодого человека во священника, так сразу же делают его духовником и ставят исповедовать. Но, не имея опыта, как же этот человек сможет понести такой великий духовный труд, когда он не имеет содержания внутри себя, не знает определенных вещей, не имеет разума, не имеет силы и не является человеком молитвы? Поэтому они и претерпевают, я думаю, большой вред, а люди испытывают шок.

Архимандрит Софроний (Сахаров)

Но вот, например, в Эссексе, в Англии, духовником был отец Софроний, который подвизался на Афоне, в келлии Святой Троицы, что у нашей пристани; и здесь, в монастыре святого Павла, он тоже был духовником.

Отец Софроний был выдающимся, очень образованным человеком и хорошим и опытным духовником. У него была благодать от Бога. Когда его духовные дети (те, что были у него в этом монастыре) становились молодыми священниками, он им позволял исповедовать. Но если они сталкивались с какой-нибудь трудной ситуацией, они шли к нему за советом. Он им говорил: «Приходите советоваться, если встретите какое-либо препятствие, которое не можете сами преодолеть, приходите советоваться».

Мне рассказывал об этом один духовник, Захария, и он говорил: «С теми вопросами, которые мы не могли решить сами, мы приходили к старцу, и он сразу же говорил нам решение – что делать». Это было очень важно, очень важно дать правильный совет, когда человек не знает, что делать.

– Милостью Божией в России сейчас можно свободно исповедовать свою веру, но появляются другие искушения. В каком-то смысле мы приближаемся к тем проблемам, которые есть в современной Греции. О каких современных проблемах в духовной жизни стоит особо задумываться, чтобы не попасть в эти сети? Какая основная духовная проблема современного общества?

– Искушений много, очень много. Люди идут к тому, чтобы все уничтожить, идут к так называемой новой эпохе – вот к чему идут! Все эти сионистские идеи… Новая эпоха все разрушит. Разрушит семью, постарается разрушить Церковь, все разрушит, чтобы ничего не осталось. Люди движутся в сторону зла и движутся с головокружительной скоростью. Кто может сдержать эту скорость? Только благой Бог, Который держит мир. Кроме того, нас постоянно атакуют телевизором, видео, интернетом и прочим. Все это беда, беда, катастрофа! Теперь люди идут к тому, чтобы принести новую эпоху – эпоху антихриста, чтобы поработить мир, чтобы сделать из людей стадо овец. Я ездил недавно в мою деревню и видел там стада овец с табличками, повешенными на ухо: все овцы – с табличкой на ухе и все звенят колокольчиками. Так и из людей сделают стадо овец с табличками на правом ухе: установят эти чипы в людей… Мы приближаемся ко времени антихриста. Люди идут к тому, чтобы все разрушить, ничего не оставить…

Грядет буря, которая страшнее коммунизма. Коммунизм, например, дал многих святых; русские коммунисты убивали своих, как немцев. Так, например, было с владыкой Лукой. Мы читали книгу о его мученической жизни, которую ему устроили коммунисты, и как они его уничижали. То, что приближается теперь, – хуже. Да хранит нас всех Господь!

– Как же нам следует поступить, чтобы спастись от всего этого?

– Об этом говорится в Апокалипсисе. Постепенно упразднят деньги. Появятся мученики, которые противостанут злу, и они будут больше первых мучеников, больше святого Георгия, святого Димитрия; сейчас появятся более великие мученики.

Но есть Божий Промысл на всё. Как был Божий Промысл на то, что коммунисты захватили Россию, так же по Божиему Промыслу все изменилось.

Преподобные Евфимий Иверский, Афанасий Афонский, Петр Афонский и святой апостол Петр. Фреска в Карее. Фото: А.Поспелов / Православие.Ru

Так и теперь. И то, и се будут творить, а потом все переменится. Господь всегда с верующими, с христианами, – не с другими, а с христианами. Поэтому Господь хранит двух Своих пророков Еноха и Илию, потому что, когда всех людей введут в заблуждение, они восстанут и появятся и поставят все на свои места. Хотя о христианах никто не будет говорить, но именно они поставят всё на свои места. Потому что у Бога есть Промысл о христианах. И на это вся наша надежда.

– Что бы вы могли пожелать христианам в России?

– Христиане в России, и в Греции, и во всем мире должны делать то, что заповедал Христос.

Когда Христос въезжал на молодом осле в Иерусалим, все кричали: «Осанна в вышних, благословен грядый!..» Одни срезали ветви, другие постилали покрывала, третьи – одежды. Но цена этого славословия была вот какой. Господь сказал: «Эти люди только устами чтут Меня, сердце же их далеко от Меня». «Вы же, – обратился Он к Своим ученикам, – если вы Мои ученики, соблюдайте Мои заповеди, и если вы соблюдаете Мои заповеди, тогда вы Мои ученики».

Вот что все мы, христиане, должны делать: соблюдать заповеди Божии! Когда же мы соблюдаем заповеди Божии, тогда мы на пути, ведущем в рай. Вот так.

Благодарим братию монастыря святого Павла за помощь в подготовке материала.

С игуменом Парфением беседовал Антон Поспелов

Перевела с новогреческого Анна Саминская

О «последних временах» и любоначалии

Отец Михаил Протопопов, благочинный Южного округа Австралийско-Новозеландской епархии Русской Православной Церкви Заграницей, один из самых известных и деятельных ее клириков, – о том, почему усиливаются притеснения христиан, о «последних временах», проповеди Православия в Океании и о своих книгах.

Портал Православие.Ru публикует эту беседу в Великую среду, когда в последний раз читается великопостная молитва святого Ефрема Сирина, в которой каждый христианин просит Господа: «Дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми». И потому в конце беседы мы поместили проповедь отца Михаила о любоначалии – она созвучна тем проблемам, о которых говорит батюшка в интервью.

Протоиерей Михаил Протопопов

– Отец Михаил, в какое время мы живем?

– Мы живем в сложные времена. Я думаю, не будет ни для кого новостью, что идет сильное нападение на христианский мир, будь то в России, будь то силами зарубежных олигархов – бывших русских, которые видят восстановление Православной Церкви во всей России как что-то противное их влиянию. Или со стороны таких держав, как Америка. Америку можно назвать точно, потому что Кондолиза Райс, когда была государственным секретарем, прямо сказала, что, если бы упразднить Русскую Православную Церковь, Россия могла бы быть достойным партнером. Они все видят Церковь как организацию, которая держит нас в прошлом, в темноте, и совершенно не понимают – или не хотят понять – ее роль или вообще противятся духовному миру, который Церковь представляет на земле. Это мы видим, но это не только в России происходит, а по всему миру, это везде есть.

– В чем проявляется такое отношение к Церкви Христовой?

– Сейчас это нападки на Церковь со стороны тех, кто поддерживает однополые браки. Говорят, что Церковь не имеет права вмешиваться в их свадьбы. Церковь и не вмешивается. Но дело в том, что брак считается таинством между двумя людьми. Гомосексуализм и т.п. – природе непонятная вещь: среди зверей этого не бывает. Почему это происходит среди нас? Потому что диавол влияет на человеческий образ. Но Церковь не об этом говорит. Церковь говорит, что мы должны быть выше своей плоти, мы должны жить духовными ценностями, а не чисто плотскими.

А второе – это нападения в разных странах мира на епископат, на священство. Почему епископ поступил так, а не так? Почему он, узнавший на исповеди что-то, не доложил? Исповедь совершенно тайная и никогда не оглашается, и были и есть священники, которые готовы постоять за твою свободу, за твою жизнь для того, чтобы эту тайну сохранить. Но силы, которые противостоят, понимают: отруби голову Церкви, епископату – и всё развалится. И потому идет вот это страшное гонение на Церковь.

Протоиерей Михаил Протопопов – Как нам себя вести в этих условиях?

– Мы стараемся быть политкорректными, но нужно смотреть трезвыми глазами. И потому нам надо быть просто готовыми к тому, что это насилие над христианами будет продолжаться. Да мы об этом и говорим на великом входе с Чашей в руках, когда священник поминает всех гонимых. То есть мы осознаём, что есть люди, которые гонимы за веру сегодня, и, если мы на это не будем обращать внимания, мы не будем готовы дать отпор, когда это будет нужно. Но мы же плохо знаем своих врагов, мы их не изучаем!

Мы должны знать, кто наш враг.

Тогда мы будем знать и то, как дать ему отпор

Мы большей частью реагируем на какие-то случаи. А мы должны знать, кто наш враг и почему он считает нас врагом своим. И тогда мы, может быть, найдем с ними общий язык, а если нет – мы будем знать, как дать отпор.

А поверх всего этого – полное безразличие к духовным ценностям. Мы настолько погрузились во вселенский мир, что только думаем, как пожевать, как набить карманы, как сделать себе приятное, как провести время. Я уже говорю об этом открытым текстом, это есть. Люди так сейчас смотрят на всё; это ужасно и обидно, потому что духовные ценности облагораживают человека. Когда человек благородный, он становится более изысканным, более мягким, более воспитанным, он начинает обращаться с людьми совершенно иным образом. А весь мир сейчас погружен в эгоизм, и потому, наверное, противно многим, что Россия восстанавливает какие-то духовные ценности. Они видят в этих духовных ценностях сопротивление тому, чтобы превратить человеческий род в толпу, которой можно командовать. Вот такие мои соображения.

– Что дало миру воссоединение двух ветвей Русской Церкви в 2004 году?

– Объединение двух частей Русской Церкви сразу открыло возможность нам за границей влиять на Греческую, Болгарскую, Румынскую, Сербскую Церкви. Мы как-то находим общий язык со всеми православными по всему миру. И как вы, наверное, знаете, сейчас идет по всему миру объединение православных епископов Европы, Северной Америки, Южной Америки, Австралии, Азии, и обсуждаются общие вопросы, находятся общие выходы из разных положений, общие подходы к нашим общим проблемам. Я считаю, что это очень положительное явление, и, конечно, это укрепляет Православие – и это не всем нравится.

Предстоятель Русской Зарубежной Церкви Митрополит Иларион (Капрал) и протоиерей Михаил Протопопов

Вот, например, в августе 2012 года у нас была конференция в Сан-Франциско о сотрудничестве Церкви и России по вопросам развития Православия в Тихоокеанском регионе. Там были представители разных стран, в том числе и Америки, Новой Зеландии и прочих. Возглавляли конференцию два владыки Илариона – митрополит Волоколамский и Предстоятель Русской Зарубежной Церкви. При содействии московского консульства мы находили общий язык: что делается в одном месте, что делается в другом, что можно друг у друга перенять, чтобы усилить нашу работу, и как будет распространяться Православие всё дальше и дальше в этом мире. Такие конференции очень полезны. Они полезны потому, что дают нам почувствовать: мы не одни.

– А как идет проповедь Православия в странах Океании?

У нас 15 приходов в Индонезии. Все наши священники там – туземцы

– У нас 15 приходов в Индонезии. Все наши священники в Индонезии – туземцы. Мы их привозим поочередно в Австралию и обучаем: литургике, богословию. Мы работаем с молодежью, обучаем, как создавать приходы, потом отправляем обратно на места. Раз в год кто-то из нас приезжает туда, чтобы проверять на месте, как идут дела. Года два назад (в 2011-м) я ездил туда: читал лекции по литургике и давал практические уроки для всех священников. Потом мы их пригласили сюда, они вместе с нами месяц, два, три жили, видели, как мы служим на приходах. Теперь постепенно входят в нашу практику, мы им помогаем. Но мы их не можем научить жить в мусульманском мире. Это уже их жизнь. В Индонезии 67% населения – мусульмане.

Верующие в церкви Святой Троицы (Соло, Индонезия) слушают проповедь

– Получается ли у кого-то проповедовать среди мусульман?

– Один батюшка в Соло (это центральная Ява) построил целый храм в мусульманском районе, хотя другим не дают. Здесь дали разрешение на постройку храма, потому что батюшка пользовался большим авторитетом у людей. Он купил микроавтобус и начал бесплатно возить людей. Беременных женщин он подвозил в больницу – наподобие «Скорой помощи»; если надо было, забирал детей из школы, помогал. И он снискал любовь окружающих. И когда по закону города нужно было опрашивать соседей и целые кварталы о том, будут ли они против того, чтобы этот человек построил храм, они сказали: нет, не будут. И он построил храм. Много в чем он выглядит как мечеть, но вместо месяца там стоит крест, и храм вписывается в общий ландшафт города.

Но в других местах не так милостиво относятся, и одного священника уже убили, его машина буквально раздавила и не остановилась, поехала дальше. Никто даже не расследовал это дело.

В 2012 году в феврале я ездил на остров Тонго – это посреди Тихого океана. Это королевство. И местные христиане, главы разных конфессий даже приветствовали нас. Но когда я разговаривал с католическим епископом, туземцем, он меня спросил: «А зачем вы приехали, у нас же здесь и так много христиан?!»

У нас четыре прихода в Новой Зеландии, уже 60 лет существуют и, слава Богу, процветают. Там всё хорошо, там такая жизнь, как и у нас в Австралии.

– Нет ли у вас ощущения, что приближаются апостасийные времена?

– То, что мы идем к концу века, – это нам Сам Господь сказал. Я предполагаю, что наши родители, и бабушки, и дедушки, тем более те, кто пережил советский террор, все считают, что мы живем в последние дни, и, наверное, уже тысячу лет об этом говорят. И первые христиане думали, что вот-вот Христос вернется при их жизни. Потому я не придаю большого значения высказываниям, что мы живем при последних днях. Но то, что мир идет к худшему, это да. Это тоже бесспорно. И потому я говорю о том, что нам нужно хранить духовные ценности.

Я очень боюсь, что мы увлекаемся концом света

Мы должны сохранять образ Христа, который нам дан при крещении, и если мы будем это делать, будем это хранить, тогда время конца света отступит. Я очень боюсь, что мы увлекаемся концом света. Мы не должны этим заниматься, мы должны думать о том, как нам быть на высоте и достойно встретить Христа. Абсолютно каждый ответит за то, что ему дано.

Протоиерей Михаил Протопопов

– Как современному человеку найти свою дорогу к Богу в этом глобальном мире?

– Путь к спасению – это сугубо личное дело. Нам Господь дает корабль спасения – Церковь – для того, чтобы мы имели общение с другими людьми, которые ищут того же самого, что мы ищем. И в этом корабле спасения – в Церкви – мы находим все указатели на правильную жизнь, но мы должны делать выбор, куда идти и зачем. И вот этот выбор очень важен. Мы можем всегда сказать: стоп! я туда не пойду, я хочу служить Богу. В моей личной жизни я хочу в каждом человеке видеть образ Христа и понимать, что нельзя лгать человеку, я это делаю Самому Господу, потому что Господь сказал: что сделаешь человеку – сделаешь это Мне.

Если это у нас будет впереди, мы тогда не будем думать о себе, а будем думать о других людях, и если мы будем действовать так, что нам будет не стыдно за себя, потому что совесть наша чиста, тогда Господу Богу не будет стыдно за нас. И нам не будет стыдно перед Ним предстать и сказать: Господи, с большими ошибками и великими недостатками, но мы честно служили Тебе. И Господь, увидев наши старания, будет миловать и намерения наши.

– Для чего живет человек? Что он вообще успевает сделать в жизни?

– Для меня вполне ясно, для чего живет человек на Земле. Если мы верим в Бога, если мы верим в то, что Бог нас создал, тогда жизнь наша должна иметь смысл. Бессмысленна жизнь того, у кого нет надежды ни на что после могилы. Бог создал род человеческий для того, чтобы мы были в общении с Ним. Ему просто – из-за Его изобильной любви – хотелось поделиться этой любовью с кем-то. И Он создал человека – выше ангелов, по Своему образу и подобию, для того, чтобы мы могли познать Бога и жить с Ним в тесном общении, любви, взаимопонимании. В том, что было у Адама и Евы с Богом в Эдемском саду до грехопадения.

Если мы понимаем, что наше пребывание на этом свете – это испытательный срок, который выявляет, годны ли мы для этого общения с Богом или нет, если понимаем, что мы делаем для того, чтобы быть богоугодными, чтобы оправдать свое крещение и быть богоподобными, то это как раз и определит нашу дальнейшую жизнь за гробом. Поэтому смысл нашей жизни – это совершенствоваться, быть лучше, чем мы есть. Бог дал каждому из нас определенные дары, таланты, которые нам Евангелие запрещает зарывать и которые, наоборот, надо развивать. Поэтому и крупный ученый, и простой мужик, и генерал, и князь – все могут использовать талант, который они имеют, не в собственную выгоду, а на благо всего рода человеческого.

Священники служат в храмах, они живут не для себя, а для своих прихожан. Пророки жили тоже не для себя, а для всего народа, несмотря на то, что их оплевывали, избивали и камнями забрасывали. В нашем миру мы, мне кажется, встречаем это на всех поприщах нашей жизни. Каждый, кто старается сделать добро, получает искушения от диавола через людей. Если мы их переносим с терпением, как Христос сказал: «Прости им, ибо не ведают, что творят», мы улучшаемся, мы становимся лучше, чем мы есть. Если же мы увязаем в обидах и желании отомстить за нанесенное оскорбление, получается, что мы становимся только хуже, и тогда смысл нашей жизни заключается в том, чтобы кому-то сделать больно, кому-то отомстить, кому-то доказать, когда нам нечего доказывать. Стоит лишь сказать: «Пусть оно остается как есть, а я буду делать по совести, как нужно». Вот и смысл нашей жизни.

С. Ивлева. Преподобный Серафим и Мотовилов

– Когда-то на похожий вопрос Мотовилов получил ответ преподобного Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен!» Что значит «стяжать дух мирен» сегодня?

– Человек, который стяжает Духа Святого, имеет в сердце своем мир, он избегает резких реакций, старается быть миротворцем. Он старается найти покой и сообщить этот покой всему миру, чтобы он исходил от него. Ведь не зря Мотовилов сказал преподобному Серафиму: «Я боюсь смотреть на тебя, твое лицо горит огнем», а тот говорит: «Нет, твое лицо также горит», потому что они стяжали Духа Святого тем, что жили в мире и в согласии, в единогласии друг с другом. Этот Божественный мир не могли изменить никакие посторонние обстоятельства. Обратите внимание на светскую жизнь: есть люди, которые реагируют на всё слишком резко и плохо, а есть люди, которые всё со смирением принимают, но всё равно продолжают делать то, что считают нужным.

Вот такими людьми строится будущее, потому что они делают вклад, на основе которого можно строить отношения или развивать различные проекты жизни. Я думаю, то же самое может быть и среди высокопоставленных, и среди простых людей, живущих в селах и захолустьях. Был бы мир душевный, будет всё.

– Как быть, если мирская суета мешает человеку обрести покой?

– Конечно, мешает! Но всё дело в том, что ежедневно каждый из нас имеет возможность установить для себя жизненный приоритет. Если прежде всего он ставит служение Богу, а это – благородство, вежливость, честность, если это стоит у него на первом месте, всё остальное приложится.

Приоритет нашего поведения ставит нас выше всей этой суеты. И тогда можно сохранить душевный покой и быть выше этого. И если молчать, то скорее пройдет, чем если бы на это начали отзываться всякими демонстрациями, которые породят еще худшую ситуацию потом. Поэтому нужно стяжание Духа Святаго – это смирение, это любовь, это понимание, с кем мы имеем дело. Не ожидай, что мужик будет изысканным князем, когда ты будешь с ним разговаривать. Надо принимать его таким, какой он есть. А хам остается хамом, хотя в нем тоже нужно видеть образ Самого Христа. И священнику приходится со всеми иметь дело и понимать, что слабости человеческие присущи всем нам. И что каждый из нас может сорваться, если он за собой не смотрит.

– Расскажите о ваших книгах.

– Я написал семь книг. А начал писать потому, что видел у духовенства, у священников младшего поколения, что они не думают о прошлом. Они считают, что вот они пришли и то, что они сделают, будет лучше всего. И они забывают о том, что были и до них священники, которые много созидали. И создали в условиях эмиграции, когда всё было намного тяжелее, чем сейчас, когда всё намного удобнее: пожалуйста, пришел на всё готовое.

Я помню священников, рукоположенных еще в царской России

Мне хотелось оставить память о тех, кто ушел. Я по возрасту уже последний из того поколения молодежи, которая помнит священников, рукоположенных еще в царской России, которые при нас служили. Это была плеяда благородных, умных, духовных людей. Они практически создали Русскую Православную Церковь на этой земле. Нельзя, чтобы они были забыты. Когда я начал писать, я выходил уже не на детей, а на внуков этих священников. Я понял, что они о своих дедах уже почти ничего не знают, и потому мы начали писать. Сначала я написал четырехтомник об архиереях нашей епархии, как они развивали нашу жизнь. А потом и другие книги. Была такая Нина Михайловна Кристесен, урожденная Максимова, глава русской кафедры Мельбурнского университета, – это она мне советовала писать, она меня вдохновила. И вот что получилось. Я не могу сказать, что занимаюсь этим ежедневно. Последняя моя книга вышла четыре года тому назад. Сейчас я готовлю материал по причислению к лику святых одного из наших первых миссионеров в Австралии, который пострадал в России. Это Иаков Корчинский. Это тоже писательский труд. Не знаю, сколько мне осталось жить, но я надеюсь это сделать, надеюсь, что это будет принято. И в Москву буду посылать в комиссию по канонизации.

Протоиерей Иаков Корчинский (1861-1941) с матушкой Варварой

Пишу я и свою автобиографию, свой жизненный путь. Пришло время оставить детям и внукам какие-то воспоминания. В течение 28 лет я был преподавателем, был директором государственных школ. В 1989 году я вышел на пенсию. Прошло много лет, и уже можно посмотреть назад и сказать достаточно объективно: вот это было хорошо, а это было хуже. Я профессиональный историк, доктор исторических наук. И чем больше времени прошло, чем отстраненнее ты на него смотришь, тем объективнее можно на него посмотреть. Собрать материалы можно сразу, но работать с материалом нужно с чистым сердцем и с ясной головой. А для этого нужно, чтобы время прошло, чтобы «пыль осела».

– Что вы не успели сделать из того, что хотели?

– Не сумел в полной мере дать своим прихожанам почувствовать, что Церковь – не светская организация, а живое Тело Христово, где духовные ценности должны быть на первом месте, а светская суета должна оставаться за пределами церковной ограды. Это бы хотелось еще сделать. Надо нашу епархию поставить прочно на ноги. В Австралии в 1904 году государственный закон отделил Церковь от государства. Получается, что Церковь в политику вмешиваться не должна. А государство имеет право вмешиваться в жизнь Церкви. И с этим мы боремся. Мы боремся еще много с чем: с ассимиляцией нашей молодежи и за воспитание наших детей.

Церковь – это не демократия. В Церкви один Царь – Сам Господь

Я надеюсь, что молодежь перестроит свое отношение к Церкви. Вот, например, молодой человек, которого вы видели, готов послужить Церкви теми талантами, которые у него есть. И он не выискивает в Церкви или в церковных людях какие-то недостатки. Он пришел с чистым сердцем послужить, сделать, что может. Я бы надеялся дожить до того, чтобы это увидеть. И не только в своем приходе, а во всех приходах. Благочестивые молодые люди, которых я часто вижу в России, здесь отсутствуют, потому что здесь западное воспитание. Запад воспитывает якобы в духе демократии. В результате люди хотят ввести в Церкви какие-то ложные понятия демократии, и это только приводит к развалу. Но мы все понимаем, что Церковь – это не демократия. В Церкви один Царь – Сам Господь, и мы все Ему подчиняемся.

С протоиереем Михаилом Протопоповым
беседовал Вадим Арефьев

* * *

Протоиерей Михаил Протопопов

Протоиерей Михаил Протопопов

О любоначалии

Во время Великого поста мы молимся особой молитвой преподобного Ефрема Сирина: «Господи, Владыка живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми». Что такое любоначалие? Это страсть и страстность к власти. Власть – это страшная вещь. Нам кажется: как хорошо, я покомандую и всё.

Мы знаем: когда в семье один командует, а другой чувствует себя рабом, счастливой семейной жизни не бывает. Мы знаем, что, будь ли это в рабочей обстановке или в какой-либо другой, если все считают, что они правы, тоже ничего хорошего от этого не получается. Почему? Потому что не каждому дано право и возможность правильно употреблять власть. Монархи, цари, мы знаем, получают свою власть по наследству от отца к сыну или по роду, но настолько эта власть страшная, что не каждый из царей с ней справляется. И для подкрепления таких людей Господь Бог дает им благодать Святаго Духа в виде помазания на царство.

Люди бесятся от власти

Мы тоже считаемся царским народом, не потому, что нами правит царь или королева, а потому, что в Святом Крещении мы помазаны святым миром. И это делает нас непростыми людьми – людьми царскими. Людьми, которые служат царю. А царь, который служит от имени Господа Бога на благо своего народа, получает выше помазание. Нас один раз в жизни, а царя два раза помазывают, чтобы у него была сила справиться с той властью, которая ему дана. В гражданской жизни, к сожалению, чем больше наш мир отступает от учения евангельского, тем меньше люди обращают внимания на ту силу, которая направляет человека, если ему дана какая-то власть. И люди бесятся от власти. От воображения того, что только они могут справиться с чем-то.

Нам нужно посмотреть на историю русского народа в ХХ веке. Власть дана Богом для того, чтобы она приносила пользу не тому, кто властвует, а тем, кто поставлен. В праздник архистратига Божия Михаила и прочих небесных сил бесплотных мы слышим о том, что на небесах есть ангелы, начала, архангелы, престолы, господства, силы, власти, херувимы и страшные серафимы. Каждый ангельский чин дан для того, чтобы поддержать властвующего в своем деле. Господство над целым государством. Каждая страна имеет своего ангела-хранителя. Силы даны тем, которые должны использовать эту силу на благо народа Божиего, потому что каждый человек является чадом Всевышнего Господа.

И в Церкви то же самое. Священник, хотя не помазывается, но получает благодать Духа Святаго через руки архиерея. А каждый архиерей получил эту же самую благодать из рук целого поколения архиереев через архиерея, который его рукополагал, и так со времен святых апостолов, когда Дух Святой сошел на них. И в Церкви священнику дана власть подкреплять людей благодатью Святаго Духа. Часто люди думают: а я лучше знаю, я по- своему сделаю. Не важно, в Церкви, в обществе или даже дома, когда нет любви, понимания, смирения, при злоупотреблении властью всегда всё будет плохо. Где нет Бога, ничего хорошего не будет.

И потому преподобный Ефрем говорит: «Возьми у меня, Господи, вот эту любовь к власти, не хочу я властвовать над людьми». Потому что, получивши власть над ними, начальнику придется перед Богом ответить не только за употребление своей власти, но и за души тех людей, которые находятся в его подчинении, за те, которые он привел ко Христу, и за те, которые он, может быть, погубил.

Когда говорят, что всякая власть от Бога, – думают: о, значит, я имею силу, я буду властвовать, и я от Бога. Нет!

Общество этого не понимает. Когда говорят, что всякая власть от Бога, – думают: о, значит, я имею силу, я взял верх, я буду властвовать, и я от Бога. Нет. Бог так не распоряжается. Нам нужно быть очень осторожными с властью, со всякой властью. И нам это дано: каждый из нас живет в смирении и любви к начальству, поставленному над нами, мы со смирением и любовью принимаем их наказание, их руководство. Мы должны это помнить, тогда воистину слова евангельские, что всякая власть дана от Бога, имеют смысл, потому что в этой власти живет и действует Дух Святой.

Очень интересная вещь, братья и сестры, но всегда это нужно помнить. И когда вы утром или вечером поднимаете ваши руки ко Господу и молитесь: «Господи, Владыка живота нашего, дух праздности, уныния, любоначалия…», вспомните, что нам дана от Бога власть тогда, когда человек на это поставляется и укрепляется ангелом-хранителем для этой службы, а мы с любовью и со смирением принимаем его учение.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *