О Святом Причащении

Есть ли в Церкви Христовой средство не только получить прощение грехов, но и укрепиться в добродетели?

Есть. В таинстве покаяния верующие во Христа Спасителя получают прощение своих грехов, а в таинстве причащения, при искреннем желании человека освободиться от греховных наклонностей и удалиться «от господствующего в мире растления похотью,» Господь дарует христианину жизнь вечную, укрепляет его в добродетели, делает его «причастником Божеского естества» (2Петр 1:4).

Как совершается это чудодейственное приобщение Божескому естеству?

Оно совершается через особое небесное питание, которое даровал Церкви Своей Милостивый Господь. При Своей земной жизни Спаситель обещал даровать это чудесное питание. «Старайтесь, – сказал Он, – не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий» (Ин. 6:27).

Что же это за пища небесная?

Спаситель объяснил, что Он Самого Себя даст в пищу верующим. «Я есмь хлеб жизни» (Ин. 6:48).

Какое свойство этого обещанного чудесного питания?

«Отцы ваши, – продолжал Спаситель, – ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет. Я – хлеб живый, сшедший с небес: ядущий хлеб сей, будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира» (Ин. 6:49–51).

Какое значение этого обещанного таинственного питания?

Без него человек – точно мертвый. Господь сказал: «истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною. Сей-то есть хлеб, сшедший с небес. Не так, как отцы ваши ели манну и умерли: ядущий хлеб сей жить будет вовек» (Ин 6:53–58).

Когда же Господь даровал это обещанное Им небесное питание?

Господь даровал Тело и Кровь Свою в пищу людям на тайной вечери под видом хлеба и вина. «И когда они ели (т.е. 12 Апостолов), Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф 26:26–28).

Ограничился ли Спаситель совершенным Им лично священнодействием?

Нет, не ограничился. «Сие творите в Мое воспоминание», – сказал Господь, и этим самым повелел Апостолам и их будущим преемникам совершать таинство Тела и Крови Господних (Лук. 22ср. 1Кор. 11:24, 25).

Совершается ли таинство Тела и Крови Христовых в Церкви?

Совершается, и притом с самого начала ее существования. «Чаша благословения, – пишет Ап. Павел, – которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова?» (1Кор. 10:16, 17).

Доколе должно совершаться таинство Тела и Крови Христовых?

Всегда, до самого второго пришествия Христова. Ап. Павел пишет Коринфянам: «я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет» (1Кор 11:23–26).

Как смотрят христиане на таинство Тела и Крови Господних?

Христиане всегда смотрели и смотрят на него, как на величайшее священнодействие, и знают, что приступать к нему должно как к величайшей святыне, с глубоким благоговением. «Кто будет есть хлеб сей, – говорит Ап. Павел, – или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господних. Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и больны, и немало умирает» (1Кор. 11:27–30).

Признают ли таинство Тела и Крови Христовых сектанты?

Нет, не признают. У толстовцев и большинства молокан совершенно нет никакого, хотя бы только подобного таинству причащения, действия; у баптистов же, пашковцев и адвентистов есть подобный христианскому причащению обряд, но они, при совершении его, едят хлеб и пьют вино, не признавая их Телом и Кровию Господними.

Почему же они не признают необходимости есть именно Тело и Кровь Христову?

Потому что сектанты не верят ни Господу Спасителю, ни свящ. Писанию, а только себе.

Как указать сектантам на неправильность их понимания о таинстве Тела и Крови Господних?

Должно спрашивать сектантов: едите ли вы Плоть Сына Человеческого? Пьете ли вы Кровь Его? Если нет, то, значит, нет жизни в вас.

Что отвечают на это сектанты?

Они говорят, что по Писанию, нет надобности есть именно Тело и Кровь Господни, а что должно есть лишь хлеб и пить вино в воспоминание Господа.

Что сказать на это сектантам?

Должно напомнить им слова Спасителя: «истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6:53, 54). Здесь Господь говорит о ядении Тела и питии Крови Его, а не о вкушении хлеба и вина, как лгут на Спасителя нечестивые сектанты. И на тайной вечери, подавая Апостолам хлеб и чашу, Господь говорил, что даст им Тело и Кровь Свою, а не хлеб и вино, как клевещут сектанты. «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое», – сказал Господь, а не (сказал) «хлеб». Также и о чаше: «пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя», а не (сказал) «вино» (Мф. 26:26–28).

Неужели де не безумно предполагать, что Всемогущий Господь обманул Апостолов и что, хотя и мог чудесно преложить хлеб в Тело Свое, а вино в Кровь Свою, но не сделал этого?

Господь истинно дал Тело и Кровь Свои, как свидетельствует об этом Евангелист, и как подтверждает это Ап. Павел, говоря: «я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое,… Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови. И далее Апостол говорит, предупреждая: кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней» (1Кор. 11:23–25, 27). Однако сектанты не верят ни Апостолам святым, ни Самому Спасителю, точно Господь и Его ученики обманули весь мир.

Что говорят сектанты, когда укажешь им ясные слова Спасителя о Теле и Крови Своей и на такие же слова свв. Апостолов?

Некоторые из сектантов так кощунствуют: они говорят, что, когда Спаситель раздал хлеб Апостолам, и когда они ели, тогда сказал им: «сие есть Тело Мое» и будто бы при этом показал на Свое Тело, которое имело терпеть мучения. Таким образом, по сектантскому понятию выходит, что Господь предлагал Апостолам одно (хлеб), а говорил совершенно о другом (о теле).

Что сказать сектантам на это оправдание их?

Должно сказать, что они извратители св. Писания и клеветники на Христа и Апостолов. Спаситель, давая ученикам хлеб, говорил о нем, что это есть Тело Его, так как хлеб после благословления Господня стал Телом Его.

Но если признать на минуту сектантское кощунственное извращение слов Господа о теле, то вот что получится. Господь, отдавши Апостолам хлеб и будто бы показавши на Тело Свое, сказал: «сие есть Тело Мое.» Далее: «взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая, во оставление грехов.» На что, спрашивается, указал Господь, говоря: «сие есть Кровь Моя?» Неужели же Он в это время поранил Сам Себя и показал на закапавшую кровь? Ведь вот до чего может дойти сектантское безумие! На самом же деле Господь при словах: «сие есть Кровь Моя » – указал на чашу с вином, чудесно преложившимся силою благодарения (Мф. 26:27, 28) в Кровь Христову.

Что говорят сектанты, когда так обличают их ложь и клевету на Христа и Писание?

Сектанты говорят, что Господь не называл хлеба и вина телом и кровью, а будто бы объяснил, что хлеб и вино суть символы (знаки) Тела и Крови Его.

Что делать при таком извращении сектантами Писания?

Должно сказать им, что в слове Божием нет ни одного места, где было бы сказано: хлеб и вино – «символы тела и крови»; наоборот, всюду в Писании указывается на то, что причащаться нужно не символами, а действительными Телом и Кровью Христовыми. «Чаша благословения, – пишет Ап. Павел, – которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова» (1Кор. 10:16)?

Неужели же Ап. Павел понимает меньше сектантов, когда пишет так?! Не думают ли сектанты поучить и Апостолов святых?

Так именно у них и выходит. Сектанты признают Весмогущего Христа Господа бессильным преложить хлеб и вино в Свои Тело и Кровь, так что получается, будто бы Апостолы неправильно сказали в своих Писаниях.

Как, – спрашивают сектанты, – может быть, чтобы хлеб и вино стали вдруг и Телом и Кровию Господними?

Что ответить сектантам?

А как, пусть скажут сектанты, жезл Ааронов превратился в змия и затем опять стал жезлом? Как вода в Египте стала кровию (Исх. 7:10, 20)? Как вода стала вином в Кане Галилейской (Ин. 2:1–11)?

Сектанты спрашивают еще: почему Тело Христово не убавляется, хотя православные всегда причащались и причащаются от Него?

На это должно отвечать: а каким образом пяти хлебов оказалось довольно для людей числом около пяти тысяч, и каким образом случилось то, что оставшиеся от еды куски хлеба наполнили собою 12-ть коробов, что, во всяком случае, гораздо более пяти хлебов (Ин. 6:5–13)? И еще: почему не убавляется огонь у свечи, хотя бы и миллион других свечей зажечь от нее?

Что говорят сектанты, когда так опровергают их лжемудрствование?

Сектанты говорят: «освящены мы единократным принесением Тела Иисуса Христа» (Евр. 10:10), и поэтому не нужно нам никакого причащения. Мы признаем, высказываются они, только ту жертву, которая была принесена на Голгофе.

Что должно отвечать сектантам на это их лжемудрствование?

Должно отвечать, что и православные признают только единую жертву Христову, заменившую собою все ветхозаветные жертвы, которые не могли истребить грехов, и лишь только прообразовали жертву Христову. Но, подобно тому, как участники ветхозаветных жертв должны были, для участия в них, питаться от жертв своих, так и для участия в освящающей жертве Христовой должно питаться от нее. Тело Христа Господа, пригвозденное на кресте на Голгофе, и пречистую Кровь Его, истекшую из ран Его, мы и вкушаем в таинстве Евхаристии (за литургией). Поэтому-то Ап. Павел и говорит в послании к Евреям (Евр. 13:10): «мы имеем жертвенник, от которого не имеют права питаться служащие скинии». Об этом питании говорит тот же Апостол в 1Кор. 10:166.

Чем же оправдываются сектанты?

Они указывают на слова Господа Иисуса: «Дух животворит, плоть же не пользует нимало» (Ин. 6:63), – и рассуждают так: значит, питание Телом Христовым бесполезно.

Что отвечать на такое извращение св. Писания?

Здесь ничего не говорится о том, что Тело и Кровь Господни бесполезны для верующих. Здесь сказал Спаситель, как должно понимать Его слова о хлебе жизни. Обещание Господне не плотское бесполезное рассуждение, не самообольщение, как казалось фарисеям, но действительность: «слова, которые говорю Я вам. суть дух и жизнь» (Ин. 6:63). Когда Господь на тайной вечери дал Апостолам «Плоть Свою» и сказал: «приимите, ядите, сие есть Тело Мое», то Апостолы не сказали Господу, что это бесполезно, как говорят наши сектанты, но приняли пречистое Тело и Кровь, и совершали сами таинство святого причащения и нас научили это делать. Даже составили Божественные литургии Тела и Крови Господних. Таковы литургии Апп. Иакова, Марка и Петра.

Что отвечать сектантам, когда они говорят еще словами Апостола: «Мы никого не знаем по плоти, если же и знали Христа по плоти, то ныне уже не знаем» (2Кор. 5:16)?

Здесь ничего не говорится о таинстве Причащения, о котором Апостол пишет в 1Кор.10–11; здесь Апостолом утверждается только то, что после Воскресения Христова мы уже никого не знаем в смертной плоти, но убеждены в бессмертии всех. Прежде знали Христа по плоти, знали, что Он ел, пил, спал, страдал на кресте, а теперь знаем, что Он с воскресшей плотию «навсегда воссел одесную Бога» (Евр. 10:12). Тело Его одухотворилось и прославилось, и тело всякого истинно-верующего в Него Он «преобразит так, что оно будет сообразно славному Телу Его» (Фил. 3:21).

Что отвечать сектантам-толстовцам, когда они говорят, что под хлебом жизни в Писании разумеется учение Христово, которым и должны питаться?

В ответ должно спрашивать их, что разумеется в таком случае под «чашей благословения» (1Кор. 10:16). Апостолы прекрасно понимали, что должно разуметь под хлебом жизни, и, однако, они научают о приобщении Тела и Крови Христовых. Свв. Апостолы, в посрамление толстовцев и всех вообще сектантов, составляли чин литургии. Никто из сектантов не отвергает этого Божественного священнодействия, и все они должны сознаться в том, что далеко ушли от Христа и уподобились древним жидам, говорившем о Христе: «как Он может дать нам есть Плоть Свою?… Какие странные слова! Кто может это слушать» (Ин. 6:52, 60)?

Вино и религия

При изучении истории спиртных напитков мира и их влияния на человека нельзя обойти стороной такой важный вопрос, как отношение различных религий к алкоголю. Если проанализировать общее отношение различных религий к алкогольным напиткам, то можно сделать вывод, что большинство из них, мягко говоря, не одобряют употребление спиртного. Да и религии, которые разрешают алкоголь, говорят об умеренном его употреблении и предупреждают, что чрезмерное возлияние «жестоко карается». Вообще этот вопрос крайне сложный и весьма запутанный, но ни одна мировая религия не «погладит по головке» пьяниц и людей, злоупотребляющих «горячительными» продуктами. Однако когда речь заходит об одном из самых древних и легендарных напитков — о вине, ситуация кардинально меняется. Многие из религиозных запретов по отношению к большинству видов алкоголя не имеют отношения к вину. Мало того, этот продукт не только не запрещается, но даже почитается во многих религиозных общинах. Этот факт еще раз подчеркивает уникальность такого спиртного напитка, как вино, в котором, как говорят, можно «найти истину».С древних времен вино считали божественным напитком, которое имело свойство менять души людей. Вино олицетворяли с божественным знамением, верили, что в душу человека, который его пил, входил сам бог. Что интересно, практически каждая из древних цивилизаций имела своих богов вина, которых она чтила и которым поклонялась.Великие боги винаНа надо быть ученым или историком, чтобы понять, что в глубокой древности к вину относились с особым почтением, как к дару божьему. А как еще объяснить тот эффект, который оказывает вино на человека, если не вмешательством бога? В древнегреческой мифологии одним из самых почитаемых богов был Дионис — бог вина, виноградарства и виноделия. Согласно древнему преданию, Дионис принес вино в Грецию из Малой Азии (современная территория Турции), осчастливив тем самым людей. Из мифов нам известно, что Дионис был сыном самого бога Зевса и царицы Семелы — простой смертной. Тело Диониса — это виноградная лоза, а в жилах его текла не кровь, а вино. Древнеримским «двойником» Диониса являлся бог вина Бахус, культ которого был важен для римлян.Древние египтяне, разумеется, тоже имели своего «винного» бога, которым был Осирис. В Древнем Египте вино очень часто называли «слезами бога Гора», а позднее — «слезами бога Ра» (бог Солнца). Кроме того, египтяне поклонялись еще одному божеству по имени Шаи, который был маленьким богом виноградной лозы. У Шаи был спокойных, тихий нрав, и он не устраивал столь буйных празднеств, как греческий Дионис или римский Бахус. Впоследствии бога Шаи начали считать и богом изобилия, довольства, роскоши. Возможно, причинами этого явились достойное «поведение» божества и тот факт, что расслабляющее и дурманящее вино в те времена мог позволить себе далеко не каждый.Аналогичные легенды и мифы о божествах вина и винограда с завидным постоянством возникали и в других древних цивилизациях. К примеру, в одной из древнейших записей шумеров, датированной 2700 годом до нашей эры, есть упоминание о некой богине Гестине, имя которой в буквальном смысле означает «виноградная лоза».Позднее, когда христианство стало господствующей религией, оно устранило и Диониса, и Бахуса, а различные ритуалы, связанные с подношением даров винным богам, стали считать святотатством. Тем не менее, именно древние греки и римляне, которые отводили вину огромную роль и использовали его по большей части в религиозных обрядах, сделали данный напиток важным элементом западной культуры. В качестве подтверждения моих слов добавлю, что список богов вина у разных античных народов на этом не заканчивается. Так, арабы поглощали вино и почитали бога Оратала, индийцы — бога Сома и так далее. А если окинуть взглядом дальнейшую историю развития виноделия, то станет ясно, что вино так и осталось божественным напитком в прямом смысле этого слова. Вспомните, кто занимался изготовлением вина и кто, если верить легенде, создал первое в мире игристое вино? Монахи — члены религиозных общин, жившие при монастырях!Разумеется, сегодня производство вина — это удел квалифицированных специалистов, виноделов и энологов. Однако давайте подумаем, изменилось ли само отношение мировых религий к этому напитку?

Христианство и виноБиблия о вине говорит часто. Как посчитали дотошные статисты, упоминания об этом ароматном напитке встречаются в Библии, как минимум, 521 раз! Некоторые теологи даже высказывают смелые предположения о том, что то пресловутое «яблоко раздора» было и не яблоком вовсе, а виноградом. Объяснение просто — только перебродивший сок винограда мог открыть разум человеческий. Поэтому вопрос о культурах, произраставших в Раю, до сих пор «обсасывают» все теологи и историки.Сегодня каждый знает, что именно после хаоса очистительного Потопа Ной, причаливший на ковчеге к Араратской долине, впервые высадил виноград и еще две священные для Библии культуры: фиговое и оливковое деревья.Вино в Библии как символ крови и источник жизни описано еще в Ветхом Завете. Согласно Книге Бытия, вино — это «кровь виноградных ягод» (49.11), а согласно Второзаконью, вино — это «кровь гроздевая» (32.14). «Что за жизнь у того, кто не имеет вина! Оно создано для радости, веселья, умиротворения и спокойствия души!» — восклицает книга Притчей, в которой говорится о том, что для мужчины вино — это его жизнь, его сила и энергия, но все это имеет смысл, если человек употребляет напиток крайне умеренно. К слову, такие приписки предупредительного характера типа «умеренно», «осторожно», «в разумных пределах» можно встретить в каждом библейском упоминании о вине, что, однако, не исключает его употребление как такового. Так что делайте выводы.Христианство и вино, как утверждает Библия, могут «сосуществовать», причем иногда этот напиток олицетворяет любовь мужчины и женщины, является символом их единения: «Объятия возлюбленного моего слаще вина…» (Песнь песней). С другой стороны, вино в Библии также служит неким предостережением, ведь из семи смертных грехов бог указывает именно именно на пьянство, обличая чревоугодие. То есть получается, что Библия о вине повествует неоднозначно: вино — это и источник жизненных сил, и предупреждение об опасности.Исходя из толкования Нового Завета, можно понять, что Иисус крайне «неравнодушен» к вину, а в его речах мы слышим об этом напитке очень часто: «Отецмой — виноградарь, я — виноград, а вы — ветви мои». То есть Иисус говорит о некой божественной генеалогии на примере «метафоры» о винограде. Вспомните, чем напоил Иисус людей на свадьбе в Кане, сотворив свое первое чудо! Если говорить по теме христианство и вино, то нельзя не отметить, что, грубо говоря, Иисус строит «фундамент» христианства на этом напитке. Во время Тайной вечери Иисус и его ученики осушают кубки с вином, а мистический характер напитка обретает значение, когда Иисус, подняв кубок с вином, произносит: «Сие есть кровь моя, и всякий раз, когда будете пить вино, делайте это в память обо мне». Дальнейшие события, как то превращение вина в кровь Христа, а хлеба — в его тело, дают полное право полагать, что христианство и вино едины. А великая заповедь Христа — «ядящий плоть мою и пьющий кровь мою пребывает во мне, а я — в нем» — соблюдалась до XV века, когда люди во время мессы принимали причастие в двух видах.Во время Тайной вечери Иисус, подняв бокал с вином, также произнес, что «это кровь моя, кровь Завета, который будет разнесет по всему свету грешниками». Именно эту кровь, пролившуюся на кресте и собранную, как полагают, в чашу — Святой Грааль, искали затем король Артур и его рыцари, полагая, что ищут напиток бессмертия. Осушая чашу вина на Тайной вечере, Иисус полагал, что кровь его должна скрепить Новый Завет между богом и смертными. Поэтому в христианстве вино является не только символом веселья и радости, но и символом неразрывной связи между человеком и божественной сущностью. Что касается вопроса, одобряет ли христианство употребление вина или нет, то здесь сложно сказать наверняка. Если принять во внимание все вышесказанное, то кажется, будто христиане пьют вино, чтобы приблизиться к богу. Однако есть в Библии и уроки, которые показывают негативное влияние вина. Например, Ной после употребления своего вина получил хороший урок, а следующим примером злоупотребления спиртным стал Лот. Исходя из этого, я могу предположить, что бог дает христианину право выбора: пить или не пить. Здравомыслящий человек обязан сделать правильный выбор!Буддизм и виноЛюбой осведомленный человек на вопрос, разрешено ли вино в буддизме, ответит отрицательно. Однако я призываю Вас не делать столь поспешных выводов и принять во внимание некоторые аспекты современной жизни человека.Вообще, буддизм, самая древняя из мировых религий, отвергает любое проявление алкоголя, а речь чаще всего идет о водке как о ядовитом напитке демонов, состоящем из мозга свирепого белого льва, пены из пасти разъяренного слона, жала ядовитой змеи, меда злой пчелы, слюны бешеной собаки, зрачка волка, мяса трупа, утробной крови демоницы и некоторых других компонентов, перечислять которые я не рискну из страха на долгое время испортить Вам аппетит. Сам Будда говорил: «Воздерживайтесь от употребления водки, влекущей ко множеству пороков». Тем не менее, ни в одной заповеди, касающейся употребления алкоголя, не прослеживается запрет о вине. Разумеется, это не дает право на злоупотребление вином.Согласно буддийским законам, вино можно пить с умом, и главное — держать над собой контроль. С другой стороны, Будда говорил, что своей нормы не знает никто из людей, поэтому человеку трудно держать ситуацию под контролем. То есть тебе только кажется, что пьешь умеренно, однако само желание употреблять вино и другой алкоголь — это уже потеря контроля над собой. Вино не является жизненно необходимой жидкостью, поэтому «от греха подальше» не стоит рисковать. Вместе с тем, это не исключает принятие небольшого количества вина время от времени. Что касается людей, идущих по духовному пути, то здесь об алкоголе не может быть и речи — даже безалкогольное пиво под строгим запретом.Интересно, что в истории был один забавный случай, связанный с буддийским ламой Друклой Кюнле, проповедовавшим буддизм в конце XV – начале XVI веках. Причем его проповеди сопровождались странными действиями: он не скрывал свою увлеченность женщинами и большую любовь к вину. В итоге, используя абсолютно неожиданные приемы, затрагивая сексуальность и заманивая женщин развратными действиями, он привел своих учеников (в основном женщин) к парадоксальному пониманию буддийского учения. Кстати, за обучение он взимал плату исключительно в виде пива. В историю Друкла Кюнле вошел как «сумасшедший святой».Вино и ислам
С первого взгляда может показаться, что вино и ислам исключают друг друга и что запрет на вино является важной частью исламской религии. Однако Коран о вине говорит довольно часто, а если в нем и есть некоторые намеки на опасность, которая поджидает любителя пить вино в неумеренном количестве, то строго запрета в Коране найти нельзя. Так, Коран о вине говорит в одной из сур: «Дьявол желает возбудить ненависть и вражду между людьми через азартные игры и вино. Он хочет отделить вас от молитвы и от Бога». В другой суре сказано: «Ешьте и пейте, но не превышайте меру. Можете пить, но не хмелейте». Вообще, если подробно рассматривать культуру мусульман, можно сделать вывод, что они воздерживаются от вина и другого спиртного скорее из страха опьянеть, нежели из-за запрета Корана. Фундаменталисты-сунниты запрещают пить спиртное, однако раскольники-шииты говорят о том, что пить вино в дозволенном количестве, не доводящем до опьянения, можно. Так, шииты употребляют вино в знак протеста против догматики и ради утверждения своего собственного понимания богословия.Прошу заметить, что примерно в IX веке виноградарство в мусульманских странах достигло пика своего развития, а среди образованных и рассудительных людей распространилось мнение, что пить вино может только человек, скажем так, знающий меру. Это подтверждают и слова знаменитого персидского врача Авиценны: «Вино горько и полезно, как совет философа. Оно — друг мудрого и враг глупца. Дурака оно толкает в преисподнюю, а умного ведет к богу. Религия дозволяет пить вино разумному человеку и запрещает глупому». Впоследствии для ученых вино превратилось в некий источник эзотерических знаний, так как считалось, что данный напиток ведет к просветлению. Именно поэтому вино являлось исключительно уделом элиты исламского общества.Такое почтенное отношение к вину сохранялось в сознании мусульман вплоть до XII века. К этому же периоду относятся всем известные изречения и поэтические произведения Омара Хайяма, который воспевал вино практически в каждом произведении. Омар Хайям признавался, что в вопросе меры при употреблении вина полагался на Аллаха. А позднее, в конце XIII века, итальянский путешественник Марко Поло при описании Персии говорил, что в этой стране много вина и виноградных плодов. Известный персидский философ XIV века полагал, что вино ислама — это часть круговорота, в котором вращается вселенная, поэтому данный напиток делает человека элементом космоса.В настоящее время вино и ислам, как утверждает религия, не могут существовать вместе. Все дело в том, что современный человек недостаточно умен, чтобы употреблять вино и чтобы извлекать из него только пользу. В сердце такого человека не могут одновременно «жить» вера и пьянство.Иудаизм и виноМожно смело сказать, что вино имеет большое значение в иудаизме, а во многих иудейских ритуалах данный напиток несет благословение. В глубокой древности евреи видели в вине благо, дарованное богом. «Поэтому бог дал тебе росу небес, плодородие земли и обилие зерен и вина» (Быт. 27:28). В Торе вино упоминается многократно: «И стал Hoаx земледельцем, и насадил виноградник. И выпил он вина, и опьянел…» (Брейшит, 9: 20, 21).Примечательно, что ни один религиозный праздник в иудаизме не обходится без вина. Мало того, существуют праздники, на которых употребление вина предписано законом. К примеру, на Песах, празднике исхода евреев из Египта, человек, даже самый бедный, должен выпить ровно четыре бокала вина. Каждый из четырех выпитых бокалов — это новая ступень, символ следующей стадии праздника. На еженедельном шаббатном благословении обязательно присутствует вино, как и на празднике Пурим, во время которого количество выпитого спиртного не ограничивается. В своих псалмах царь Давид поет: «Он создал траву для скота и пряности для мужчин. Он принес пищу, растущую из земли, и вино, приносящее радость душе» (Псалм 104:14).Тем не менее, мне следует отметить, что при исполнении религиозных ритуалов в иудаизме участвует исключительно кошерное вино. Это обязательное условие. Степень кошерности вина определяется не способами его производства и даже не сортом винограда, а специфическими законами. Например, строго запрещается использовать в ритуалах вино, относительно которого существуют подозрения, что иноверцы могли применять его в своих собственных религиозных обрядах. Таким образом, вино для священных ритуалов готовят только религиозные иудеи. А процесс производства, начиная с этапа выдавливания сока, строго контролируется соответствующими органами.Дабы обобщить все вышесказанное, я отмечу, что ни одна из мировых религий не поощряет употребление алкогольных напитков, в том числе и вина. Тем не менее, этот вопрос вызывает массу споров и комментариев среди представителей ученого сообщества. Великие религиозные иерархи по-разному трактуют отношение религии к вину и, соответственно, дают различные рекомендации пастве: от категоричного запрета употребления спиртного до ограниченного и разумного пития. Поэтому закончить мне бы хотелось словами великого Авиценны: «Вино — наш друг, но в нем живет коварство. Пьешь много — яд, немного пьешь — лекарство. Не причиняй себе излишнего вреда, Пей в меру — и продлится жизни царство».

Почему вино – кровь Христова, а хлеб – Его тело?

  • I. Символика хлеба и вина
  • II. Протоиерей Александр Мень
  • III. Юрий Рубан
  • IV. «Ланчанское чудо»
  • V. Святой праведный Иоанн Кронштадтский
  • VI. Священник Константин Пархоменко

I.

Хлеб – символ жизни. И Сам Христос пользовался этим символом, когда говорил о Себе иудеям: “Не Моисей дал вам хлеб с неба, а Отец Мой дает вам истинный хлеб с небес; ибо хлеб Божий есть Тот, Который сходит с небес и дает жизнь миру… Я есмь хлеб жизни… Я – хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить во век” (Ин.6:32, 33, 35, 48, 51).
Виноградная лоза – символ избранного народа Божия (Ис.5:1-6). “Виноградник Господа Саваофа есть дом Израилев, и мужи Иуды – любимое насаждение Его” (Ис.5:7). В Новом Завете Сам Господь – “истинная виноградная Лоза”, а Бог Отец – виноградарь, все же люди, кто пребывает со Христом, – ветви этой Лозы (Ин.15:1-6).
Чаша – символ единства и символ спасения.
Хлеб и вино, взятые вместе соответствует славянскому “плоть и кровь” и означают психофизическую природу человека…

II.

В древности считалось, что, когда человек приглашает друзей и с молитвой они совершают трапезу, Божество невидимо присутствует здесь. Жертва и трапеза всегда сливались. И вот Христос установил трапезу Нового Завета, Он заключил Новый союз Неба и земли через Свою смерть, которая обозначена была вот этой трапезой. И Он сказал: «Сие творите в Мое воспоминание». Это не просто воспоминание и память, а это вечно повторяющаяся Тайная Вечеря. Она всегда с нами.

Когда мы поднимаем чашу и хлеб на престоле в Церкви, это значит, что Христос приходит вновь и снова наступает ночь Тайной Вечери. Он соединяет нас между собой и соединяет с Самим Собой. Таинство трапезы — это таинство единства с Богом и людей между собой. Вот что значит «плоть и кровь».

прот. Александр Мень

III.

Почему формой теснейшего единения со своими последователями Христос избрал трапезу, совместное вкушение пищи? (Ведь Литургия – это совместная трапеза, только предельно упрощенная).

Это большая тема – богословие Евхаристии, по которой существуют прекрасные работы архим. Киприана (Керна), оо. Иоанна Мейендорфа, Ал. Шмемана и др. Сейчас же прошу отвлечься от нашего американизированного «способа приема пищи», часто в спешке, и обратить внимание на следующий факт. Христианство появляется на Востоке, поэтому нам важно учитывать восточный взгляд на трапезу: любая трапеза, тем более, совместная, – священна. Христос – как глава общины – на каждой совместной трапезе благословлял хлеб и вино (как любой глава семьи). То же происходит и на Тайной Вечере, но теперь Христос разламывает хлеб – и называет его своим Телом, а вино в чаше – своей Кровью. При этом сам вкушает от этого евхаристического хлеба (это ведь не отдельный от Него кусок плоти!). А когда человек ест, то, образно говоря, он превращает этот хлеб в свое тело. Когда люди на евхаристическом собрании вместе едят и пьют, то становятся родственниками по плоти и крови.

Поэтому ап. Павел называет Церковь (в греч. Тексте – Экклеси́а, что значит «Собрание»!) «Телом» Христа (см. Еф.1:23 и параллельные места, а тж. по текстам других его Посланий). Важно, что здесь употребляется греческий термин «со́ма» – живой организм (цельная человеческая личность), а не сарксили креа́с (отдельные куски мяса расчлененного, мертвого тела).

«Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Господней? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? Один хлеб, и мы многие – одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба (метэ́хомэн)» (1Кор.10:16-17). В последнем случае употребляется слово метэ́хомэн; это форма глагола метэ́хо – иметь долю, принимать участие, участвовать, быть причастным. Мы часто акцентируем материальную форму таинства – «вкушение»; здесь же Павел обращает внимание на то, ради чего это делается, что за этим с нами происходит.

Юрий Рубан, к. ф. н. Из рукописи «История Божественной Литургии», СПб, 2005

IV.

«Ланчанское чудо»

Шел VIII век от Рождества Христова. В Церкви Сан – Легонций старинного итальянского города Ланчано совершалось Таинство Евхаристии. Но в сердце одного из священников, служившего в тот день Литургию, вдруг возникло сомнение, истинны ли Тело и Кровь Господни, сокрытые под видом хлеба и вина. Хроники не донесли до нас имени этого иеромонаха, но зародившееся в его душе сомнение стало причиной Евхаристического чуда, почитаемого до сей поры.

Священник гнал от себя сомнения, но они назойливо возвращались вновь и вновь. «Почему я должен верить, что хлеб перестает быть хлебом, а вино становится Кровью? Кто это докажет? Тем более, что внешне они никак не изменяются и не изменялись никогда. Наверное, это всего лишь символы, просто воспоминание о тайной вечере:»

В ту ночь, когда Он был предан, Он взял хлеб: благословил, преломил и подал ученикам Своим, говоря: «Примите, вкусите: сие есть тело Мое, которое за вас преломляется во оставление грехов». Также и чашу, говоря: «Пейте из нее все: сия есть Кровь Моя Нового Завета, за вас и за многих изливаемая во оставление грехов».

Со страхом произносил священник святые слова Евхаристического канона, но сомнения продолжали мучить его. Да, Он, жертвенный агнец, мог Своей Божественной властью обратить вино в кровь, а хлеб – в Плоть. Все мог Он, пришедший по воле Отца Небесного. Но Он ушел давно, оставив этот грешный мир и дав ему в утешение Свои святые слова и Свое благословение: И, может быть, Свои Плоть и Кровь? Но возможно ли это? Не ушло ли подлинное Таинство причастия вместе с Ним в мир горний? Не стала ли святая Евхаристия лишь обрядом – и не более того? Тщетно пытался священник восстановить в душе мир и веру. Между тем, пресуществление произошло. Со словами молитвы он преломил Евхаристический Хлеб, и тут крик изумления огласил небольшую церковь. Под пальцами иеромонаха преломляемый Хлеб вдруг превратился во что-то другое – он не сразу понял, во что именно. Да и в чаше было уже не вино – там была густая алая Жидкость похожая на: кровь. Ошеломленный священник смотрел на предмет, который был у него в руках: это был тонкий срез Плоти, напоминающий мышечную ткань человеческого тела. Монахи окружили священника, пораженные чудом, не в силах сдержать изумления. А он исповедал перед ними свои сомнения, разрешенные таким чудесным образом. Окончив святую литургию, молча упал на колени и погрузился в долгую молитву. О чем молился он тогда? Благодарил за данный свыше знак? Просил прощения за свое маловерие? Мы этого не узнаем никогда. Но подлинно известно одно: с тех пор в городе Ланчано двенадцать веков хранятся чудесные Кровь и Плоть, материализовавшиеся во время Евхаристии в церкви Сан-Легонций (ныне Сан-Франческо). Весть о чуде быстро облетела тогда близлежащие города и области, и в Ланчано потянулись вереницы паломников.

Прошли века – и чудесные Дары стали объектом внимания ученых. С 1574 года над Святыми Дарами велись различные опыты и наблюдения, а с начала 1970-х годов они стали проводиться на экспериментальном уровне. Но данные, полученные одними учеными, не удовлетворяли других. Профессор медицинского факультета Сиенского университета Одоардо Линолди, крупный специалист в области анатомии, паталогической гистологии, химии и клинической микроскопии, проводил со своими коллегами исследования в ноябре 1970 и в марте 1971 годов и пришел к следующим выводам. Святые Дары, хранящиеся в Ланчано с VIII века, представляют собой подлинные человеческие Плоть и Кровь. Плоть является фрагментом мышечной ткани сердца, содержит в сечении миокард, эндокард и блуждающий нерв. Возможно, фрагмент плоти содержит также левый желудочек – такой вывод позволяет сделать значительная толщина миокарда, находящаяся в тканях Плоти. И Плоть, и Кровь относятся к единой группе крови: АБ. К ней же относится и Кровь, обнаруженная на Туринской Плащанице. Кровь содержит протеины и минералы в нормальных для человеческой крови процентных соотношениях. Ученые особо подчеркнули: более всего удивительно то, что Плоть и Кровь двенадцать веков сохраняются под воздействием физических, атмосферных и биологических агентов без искусственной защиты и применения специальных консервантов. Кроме того, Кровь, будучи приведена в жидкое состояние, остается пригодной для переливания, обладая всеми свойствами свежей крови. Руджеро Бертелли, профессор нормальной анатомии человека Сиенского университета, проводил исследования параллельно с Одоардо Линоли и получил такие же результаты. В ходе повторных экспериментов, проводившихся в 1981 году с применением более совершенной аппаратуры и с учетом новых достижений науки в области анатомии и паталогии, эти результаты вновь были подтверждены:

По свидетельствам современников чуда, материализовавшаяся Кровь позже свернулась в пять шариков разной формы, затем затвердевших. Интересно, что каждый из этих шариков, взятый отдельно, весит столько же, сколько все пять вместе. Это противоречит элементарным законам физики, но этот факт, объяснить который ученые не могут до сих пор. Помещенная в античную чашу из цельного куска горного хрусталя, чудесная кровь уже двенадцать веков предстает взорам посещающих Ланчано паломников и путешествующих.

V.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский (из книги «Моя жизнь во Христе»):

«Что удивительно, что тебе предлагают в пищу и питие Тело и Кровь Свою Господь?

Кто дал тебе в пищу плоть, созданных Им животных, Тот дал, наконец, в пищу и питание и Самого Себя. Кто питал тебя сосцами матери, Тот, наконец, Сам взялся питать тебя Своею Плотию и Кровью, чтобы, подобно тому как с молоком материнским ты всосал в себя известные свойства матери, дух её, так с Телом и Кровью Христа Спасителя всосал бы в себя Его дух и жизнь.

Или, как прежде в младенчестве ты питался матерью и жил ею, её молоком, так и теперь, выросши и ставши греховным человеком, ты питаешься Кровью своего Жизнодавца, дабы чрез то был жив и возрастал духовно в человека Божия, святого; короче: чтобы как тогда ты был сыном матери, так теперь был бы чадом Божиим, воспитанным, вскормленным Его Плотию И кровию, паче же Духом Его – Плоть и Кровь Его дух суть и живот суть, – и соделался наследником Царства Небесного, для которого ты и сотворен, для которого и живешь».

VI.

Священник Константин Пархоменко:

Почему Спаситель сказал: «…Сие есть Тело Мое… Сие есть Кровь Моя…»? В каком смысле Тело и Кровь? В символическом? В том смысле, что Кровь — символ установления Нового Завета, а преломляемый хлеб — символ страдающего, ломаемого мучителями Тела Богочеловека?

Не только. Если бы это было так, Церковь никогда не говорила бы, что мы причащаемся Истинного, подлинного Тела и Крови. Мы бы, как баптисты, свидетельствовали лишь о вспоминании Христа и Его Жертвы, но не о подлинном единении со Христом.

Значит, Евхаристия — нечто большее. Значит, Спаситель в Таинстве Своем заключил больший смысл, чем тот, до которого мы дошли. Об этом — в настоящей беседе.

Любая трапеза — это питание человека, благодаря вкушению пищи человек живет. Сотворив мир и насадив растения (пшеницу — хлеб, виноград — вино), Бог дает их в пищу человеку (Быт.1:29). Пища — жизнь. «Но смысл, сущность, радость этой жизни не в пище, а в Боге, в общении с Ним» (протопресв. А. Шмеман). И вот от Бога, от подлинной жизни человек отпал, а через человека от Бога отпала и пища, т. е. весь тварный мир. После грехопадения Пища не помогает человеку восходить к Богу: пища — к смерти, к распаду. Где же та пища, которая вернет человека к Богу? Где та пища, которая насытит навсегда, после которой не будет через некоторое время пусто в желудке? Это Иисус Христос: «Иисус же сказал им: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда».

Много раз в Ветхом Завете Бог давал пищу умирающим от голода людям. Это и манна, и перепела, чудесно данные Богом народу после бегства из египетского плена, во время странствования народа по пустыне. Все это до времени, ко всему этому не надо прилепляться… Это лишь прообразует истинную пищу и истинное питие, которые явятся в грядущие мессианские, эсхатологические времена.

И эти времена наступают. Прообразы и чаяния исполняются во Иисусе Христе. Он есть «хлеб жизни», сначала словом Своим провозглашающий вечную жизнь для верующих в Него (Ин.6:26-51 а), а затем — своими Плотию и Кровью, данными в пищу и питие (Ин.6:51б–58).

Свои слова о Евхаристии Спаситель произносит после чудесного насыщения народа в пустыне (Ин.6:1-15), тем самым противопоставляя Хлеб Небесный хлебу физическому, тленному (Ин.6:27).

Толкователи отмечают, что, упоминая об Исходе (из египетского плена), Христос ставит Свои деяния в ряд с этими священными для всякого израильтянина событиями. С одной стороны, Он как бы провозглашает новый Исход (переход к новой жизни, к новой реальности), с другой — Он намекает на мессианский пир, на трапезу, ожидаемую евреями, которая, по учению пророков, наступит, когда сойдет на землю Господь.

И далее, поясняя, что есть на самом деле эти истинные пища и питие, Христос говорит, что это Тело Его и Его Кровь — Он Сам. Он не символизирует хлеб и вино: это есть подобие, образ Тела и Крови Моих. Он сообщает Евхаристическим хлебу и вину новый смысл: «Сие есть Тело Мое…»

Христос умер и Воскрес. Его смерть ведет в истинную Жизнь, которой нет конца (Рим.6:9 сл.). Воскресший Христос теперь вечно восседает одесную Бога Отца, «приобретя нам вечное искупление» (Евр.9:12), «будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за нас» (Евр.7:25).

Вот ключ к пониманию природы христианской Евхаристии. Евхаристия является удивительным фактом: это звено, соединяющее наш, обычный, мир, подверженный законам тления и Смерти, с вечно живым Первосвященником, находящимся в Тайне Пресвятой Троицы. Евхаристия — это мост, перекинутый между миром обычным, тварным (вещество хлеба и вина) и миром Божественным — прославленной плотью Воскресшего Христа. Важно помнить, что мы причащаемся не Тела Христова в Его земном бытийствовании, того Тела Богочеловека, принявшего на Себя образ раба, которое несло Божественность скрытно, как то, что лишь изредка на миг проявляло себя (например, в момент Преображения). Мы причащаемся и не мертвого Тела, лежавшего во Гробе но нового, преображенного, воскресшего, прославленного Тела! Мы причащаемся Тела и Крови, перешедших в новую — прославленную — категорию бытия. Мы причащаемся духоносного Тела Христова «не дематериализованного, но полностью оживотворенного энергиями Духа» (Оливье Клеман).

Еще правильнее сказать, что мы причащаемся Тела, прошедшего путем к Небу, к обожению. Это же Тело лежало в яслях, и ему поклонялись волхвы, это Тело было прободено копьем, умерло и было положено во Гробе. И это же Тело воскресло и вознеслось к Отцу. Его мы и причащаемся.

Причащаться Христа — значит подключаться к Божественной жизни, единственно подлинной вечной жизни, не причащаться — находиться в измерении падшего, преходящего, истлевающего мира. «Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин.6:53). И «ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (56 ст.).

«Что же это за средство ? Не что иное, как это славное Тело, явившее себя сильнейшим, нежели смерть, и ставшее для нас источником жизни. Как малое количество закваски смешивается со всем тестом, так и возведенное Богом к бессмертию Тело, войдя в наше тело, изменяет его и всецело претворяет в Свою собственную Сущность» (св.Григорий Нисский).

Выше указывалось, что Спаситель приурочил совершение Вечери к пасхальному ужину. Смысл пасхальной трапезы — исход из плена к свободе. Но данный переход, ветхозаветная Пасха — лишь образ, тень грядущей мессианской Пасхи — перехода к новой жизни с Богом.

Спаситель Своим шествием на Голгофу, на смерть совершает истинную Пасху — переход к жизни (обретаемой через Воскресение), к новому прославленному существованию. И всех верующих Христос приобщает к этой Пасхе, к новому образу существования. Даруемые Им в Евхаристии Тело и Кровь не образ, не символ новой реальности, они — сама реальность эсхатологического мира, в котором живет Христос. Евхаристия дает человеку, полностью погруженному в наш, физический мир, приобщиться иной, небесной реальности, войти в живой контакт, единство с прославленным воскресшим Телом Господа Иисуса Христа, Телом, сейчас находящимся в Тайне Святой Троицы. Когда ученики, слышавшие проповедь Спасителя о причастии Его Телу и Крови, смутились от слышанного, Иисус, «зная Сам в Себе, что ученики Его ропщут… сказал им: …Что ж, если увидите Сына Человеческого восходящего туда, где был прежде?» (Ин.6:61-62). Туда… Он там, но и здесь, под видом вина и хлеба.

Что же происходит в Тайне Евхаристии, когда человек принимает в себя Истинное Тело и Истинную Кровь пострадавшего за нас, умершего, воскресшего и прославившегося Господа Иисуса Христа?

Современный подвижник архимандрит Софроний (Сахаров), ученик преп. Силуана Афонского, пишет, что через соединение в любви с Божественной Ипостасью (Личностью) Единородного Сына мы становимся подобными Ему, получаем возможность реализовать свою образность и подобие Ему и «усыновляемся Отцом Небесным на бесконечные веки».

На кресте в последний момент Христос воскликнул: «Совершилось». Недоведомы нам глубины мысли Господа, но мы знаем, что тогда произошел великий сдвиг во всем космическом бытии. Сие «Совершилось» относится к предвечному Совету в недрах Святой Троицы, о чем отчасти говорится и в данном нам Откровении. Для нас еще не вполне совершилось то, чего мы ждем в надежде от Бога. Мы продолжаем в тревоге видеть «нынешние небеса и землю, как содержимые творческим словом Божиим, как сберегаемые на день Страшного суда и погибели нечестивых человеков…» (архим. Софроний (Сахаров)).

Для нас этот мир еще идет к концу истории, грядет антихрист, впереди Суд и испепеление сатаны и греха, когда «смерть и ад повержены в озеро огненное» (Откр.20:14). Для нас это впереди, но Божественная литургия, Евхаристия, приобщая нас к блаженной вечности, Царству Небесному, уже все эти события содержит в себе, как бы прошедшие. Именно поэтому за Литургией, молясь, священник от лица верующих произносит таинственные, но прекрасные слова: «Поминающе убо спасительную сию заповедь, и вся яже о нас бывшая: крест, гроб, тридневное Воскресение, на небеса восхождение, одесную седение, второе и славное паки пришествие…»

Что мы можем поминать на самом деле, о чем мы знаем? Крест? — да. Гроб, тридневное Воскресение, восшествие Спасителя на Небо, седение одесную Отца? — это прошло перед глазами тех, кому мы доверяем, можно сказать, что в опыте веры и мы этому свидетели. Но можем ли мы сказать, что мы поминаем как бы прошедшее «второе и славное паки пришествие» Христово? Литургия, которая наш нынешний мир соединяет с вечностью, с Царством Небесным, говорит, что так сказать можно.

Литургия уничтожает наше время. Вернее сказать, что она его преображает. Как преображена, одуховлена воскресшая природа Христа, так и наше время в Евхаристии становится иным.

В момент Евхаристии мы соучастники Тайной Вечери, на которой было установлено Таинство, мы собеседники апостолам («Вечери Твоея Тайныя днесь (т. е. сегодня), причастника мя приими») и одновременно мы свидетели Царства Небесного, наступившего после второго Пришествия Христова. Литургия позволяет нам приобщиться иного, уже неземного, порядка вещей, стать причастниками Божественного течения времени и Божественной жизни. «Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел со Отцом Моим на Престоле Его» (Откр.3:21).

Так вот это совершилось. Евхаристия есть созерцание Бога, причастие Богу, вхождение в общение с Богом — через единение со Христом, Его Телом и Кровью.

И еще об одном аспекте Евхаристического богословия необходимо упомянуть. «Как этот преломляемый хлеб, некогда рассеянный по склонам, был собран, чтобы составить одно, так и Церковь Твоя собирается в Царстве Твоем со всех концов земли», — пишет автор сборника Дидахе во втором столетии по Рождестве Христовом.

«Когда Господь назвал Своим Телом хлеб, состоящий из множества собранных вместе зерен, Он указал тем самым на единство нашего народа. Когда Он назвал Своей Кровью вино, выжатое из множества гроздей и виноградин и составившее единое питье, Он указал на то, что наше стадо состоит из множества собранных воедино овец», — пишет сто лет спустя африканский епископ св. Киприан Карфагенский.

И еще через столетие: «Мужчины, женщины, дети, глубоко разделенные в отношении племени, народности, языка, общественного положения, рода деятельности, учености, достоинства, состояния… — все они претворены Церковью в Духе. Всем им в равной степени Церковь сообщает Божественную форму. Все получают единую природу, неспособную к разделению, — природу, которая позволяет более не считаться с многочисленными и глубокими различиями между людьми» (св. Иоанн Златоуст).

Итак, Евхаристия неким таинственным образом объединяет людей. Объединяет таким образом, что каждый получает в Церкви свое место, каждый выполняет свое служение. И если размышлять о том, чему можно уподобить обретаемое в Церкви единство людей, на ум приходит… — тело, обычное тело, в котором каждый из членов драгоценен, каждый находится на своем месте… И Священное Писание, и Священное Предание единодушно свидетельствуют, что через Евхаристию мы соединяемся во Христе в единое тело, и тело это — Тело Христово. «Через Евхаристию община интегрирована в Тело Христово» (О. Клеман), через Литургию мы все становимся через Христа и во Христе едины.

И это богословское утверждение — не порождение поздних веков, это самое первоначальное утверждение древней Церкви. Ап. Павел, который настаивал, что передает ученикам то, что принял «от Самого Господа» (1Кор.11:23), постоянно возвращается к теме, что Церковь — это Тело Христово. И мы, верующие, составляем это Тело.

Определение Церкви как Тела Христова важно и в том отношении, что оно дает представление о характере внутренней жизни Церкви. Подобно обычному телу с его ростом, питанием, обменом веществ, то же происходит и с Церковью как Телом Христовым: как обыкновенное тело растет, увеличивается, так и Тело Христово созидается (Еф.4:12), творит возращение (Еф.4:16). Как в теле каждый член имеет свое особое назначение, служа целому, так и Тело Церкви составляется и совокупляется при действии в меру каждого члена (Еф.4:16). Как в теле нет распри, а все члены образуют единое целое, здоровый действующий организм, так и в Церкви Христовой мы все примирились в едином Теле (Еф.2:16), образуем единое Тело, одушевляемое единым Духом (Еф.4:4). Как в теле есть свои связи, своя система питания, так существуют они и в Церкви Христовой (Еф.4:16; ср. Кол.2:19). Как писал замечательный мыслитель начала ХХ века профессор С.-Петербургской Духовной Академии Н. Н. Глубоковский:
«Все христиане объединяются в Господе и в Нем связуются до неразрывности… В этом смысле они образуют не внешний союз, а составляют единое целое, где в разных положениях частных членов обнаруживается общая функционирующая стихия благодати Христовой». Церковь — это единство, превышающее все привычное для нашего опыта. Это единство не просто по семейным, клановым, социальным узам; это единство вышеестественное; единство Живого организма. Вот почему ап. Павел так часто использовал метафору: Христос живет в вас, Христос живет во мне (ср. Кол.1:27; Гал.2:20). Как подметил о. П. Флоренский, «раз «привитые к Церкви», верующие не являются чем-то внешним для нее. Они в подлинном смысле ассимилируются Телом Христовым, делаясь его членами». Это единство и сродство Христа с верующими настолько тесное и реальное, что страдания Христа должны быть страданиями Церкви, и страдания Церкви и ее членов (даже самого малого) есть страдания Христа… «Пребудьте во Мне, и Я в вас» (Ин.15:4) — девиз этой новозаветной, даруемой нам по безмерной любви Божией реальности.

Многократно мы убеждаемся, что и радости, и горести у Церкви и у Христа едины. «Вы слышали, — обращается апостол Павел к христианам Галии, — что я жестоко гнал Церковь Божию и опустошал ее» (Гал.1:13). И Спаситель, явившись Павлу, не спросил его: «Почему ты гонишь Моих последователей или Моих учеников?..» Христос спросил: «Савл, Савл, за что ты гонишь Меня…» Вслушайтесь! За что ты гонишь Меня, Меня Самого? Спаситель отождествляет Себя с христианами. Гонение на Его учеников — гонение на Самого Христа. Еще более отчетливо это и лаконично в Евангелии от Матфея, когда Спаситель говорит апостолам: «Принимающий вас принимает Меня…» (Мф.10:40). В том же Евангелии дан другой прекрасный пример, в котором Сам Господь отождествляет Себя с верующими (членами Тела-Церкви):
«Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов — по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне. Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили? когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели? когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне. Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня. Тогда и они скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе? Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне. И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную» (Мф.25:31-46).

Итак, Новый Завет свидетельствует, что Церковь — это не просто община людей, собранная силой Духа Святого, укрепляемая и животворимая благодатью Таинств. Церковь — это сплав людей в единый организм — в Тело Христово; местом, в котором верующие обретают это единство, является Евхаристия. В Нем, во Христе, мы не только входим в общение с Богом, включаемся в Божественную жизнь, но и соединяемся друг с другом.

Гл12. Диалог в розарии сада Омара Хайяма 4-Рок

Висит всегда над нами рок,
Хоть мы клянемся и даем зарок
Не делать зла друг другу в этом мире.
Ему Творец нас заложил в залог.
Г.Л.
4. РОК
Обозначение: цифра со звездочкой -стихи Омара Хайяма,
без звездочки-стихи Георгия Луначарского.
1*
Будь глух к ученому о боге суесловью,
Целуй кумир, к его прильнувши изголовью
Покуда кровь твою не пролил злобный рок,
Свой кубок наполняй бесценных гроздий кровью.
1
От губ прелестных и от вин устав,
Невольно мы цитируем Устав,
Где формула потребности проста:
– Что ждут, скажи, голодного уста?
2*
Твои дары, о жизнь, — унынье и туга;
Хмельная чаша лишь одна нам дорога.
Вино ведь — мира кровь, а мир — наш кровопийца,
Так как же нам не нить кровь кровного врага?
2
Вы миром называете людское море.
Нет. Мы лишь капли разума безбрежного простора.
Иль в чаше мира мы — кровавое вино,
Животворящее и радости, и горе.
3*
Увы, от мудрости нет в нашей жизни прока,
И только круглые глупцы — любимцы рока.
Чтоб ласковей ко мне был рок, подай сюда
Кувшин мутящего наш ум хмельного сока.
3
Мудрец едва ли может быть счастливым.
Живет он в мире подлом и блудливом.
Он знает лучше всех, как неустроен мир,
И горе мудреца — быть молчаливым.
4*
Увы, нас вычеркнет из книги жизни рок,
И смертный час от нас, быть может, недалек.
Не медли же, саки, неси скорее влагу,
Чтоб ею оросить наш прах ты завтра мог.
4
Когда в предчувствии последнего мгновенья
Рождается последней жажды нетерпенье,
Как сохранить нам волю и стремленье,
Не отказаться от надежды исцеленья?
5*
На чьем столе вино, и сладости, и плов?
Сырого неуча. Да, рок — увы — таков!
Турецкие глаза — красивейшие в мире —
Находим у кого? Обычно у рабов.
5
И с высоты сегодняшнего дня
Я эти строки не могу понять:
Кто в мире более, чем ты, свободен,
Кто в сердце более, чем ты, имел огня?!
6*
Напрасно ты винишь в непостоянстве рок;
Что не в накладе ты, тебе и невдомек.
Когда б он в милостях своих был постоянен,
Ты в очереди ждать своей до смерти мог.
6
Кого он мудростью своею вдохновлял:
Священников, горшечников, менял?
А может, нищих милостью утешил?
Иль в изголовье у покойников стоял?
7*
Что б ты ни делал, рок с кинжалом острым — рядом,
Коварен и жесток он к человечьим чадам,
Хотя б тебе в уста им вложен пряник был, —
Смотри, не ешь его, — он, верно, смешан с ядом.
7
Сопротивленье злу — небесный Ваш удел.
И добродетель Ваша не знает, где предел.
Вы говорили: тот был с истиной на ты,
Кто яд в вине прозрачном разглядел.
8*
Мы чистыми пришли, — с клеймом на лбу уходим,
Мы с миром на душе пришли, — в слезах уходим,
Омытую водой очей и кровью жизнь
Пускаем на ветер и снова в прах уходим.
8
Вам опостылел мир, на муки обреченный,
И сил уж нет вздохнуть Вам облегченно.
И нам, увы, через пространства и века
С судьбой такою же быть богом обрученным.
9*
Когда б в желаниях я быть свободным мог
И власть бы надо мной утратил злобный рок,
Я был бы рад на свет не появляться вовсе,
Чтоб не было нужды уйти чрез краткий срок.
9
Свободы жаждал “творческий потенциал”.
Свободу власти он для себя искал.
Но каждый раз, когда он правил миром,
Свободу тут же добровольно он терял.
10*
О сердце, твой удел, — вовек не зная сна,
Из чаши скорби пить, испить ее до дна.
Зачем, душа, в моем ты поселилась теле,
Раз из него уйти гы все равно должна?
10
Страдает сердце, позабыв о сне,
Скорбит душа, что временна во мне.
И кажется мне то, что в прежней жизни
Не только пил. Купался я в вине.
11*
Кого из нас не ждет последний, Страшный суд,
Где мудрый приговор над ним произнесут?
Предстанем же в тот день, сверкая белизною
Ведь будет осужден весь темноликий люд.
11
Какую тайну знал поэт,
В одеждах белых выйдя на Ответ
Перед судом народа темной кожи?
Ответа и сегодня нет.
12*
С тех пор, как отличать я руки стал от ног,
Ты руки мне связал, безмерно подлый рок,
Но взыщешь и за дни, когда мне не сверкали
Ни взор красавицы, ни пьяных гроздий сок.
12
Ты без вины виновных ищешь для себя порой,
Когда преследует тебя тобою созданный герой.
В страданиях, в сомнениях, но в славе
Как тень, твой рок, как вечный спутник за спиной.
13*
Увы, глоток воды хлебнуть не можешь ты,
Чтоб не прибавил рок и хмеля маеты;
Не можешь посолить ломоть ржаного хлеба.
Чтоб не задели ран соленые персты.
13
Если глотком воды после вечернего веселья
Ты хочешь утром утолить похмелье.
Почувствуешь ли соль корой своих мозолей,
Которые давно не ощущают боли?
14*
Цветам и запахам владеть тобой доколе?
Доколь добру и злу твой ум терзать до боли?
Ты хоть Земземом будь, хоть юности ключом, —
В прах должен ты уйти, покорен общей доле.
14
Блуждаешь ты, как все, в орбите странствий
Безропотным ли, правоверным или с душою страстной
Источником святым продлил ли век,
Бессмертья нет. Над временем лишь память властна.
15*
Скудеет в жилах кровь, скудеют наши силы;
Ах, мало ли сердец убил ты, рок постылый!
Кто в дальний путь ушел, тот навсегда исчез,
Нам некого спросить о крае за могилой.
15
Кто может посягнуть на времени закон неумолимый?
Процессы изменений на земле необратимы.
Лишь мысль, оставленная гением в скрижалях,
Позволит нам осмыслить бег реки ретивой.
16*
“Надо жить, — нам внушают, — в постах и труде.
Как живете вы — так и воскреснете-де!”
Я с подругой и с чашей вина неразлучен —
Чтобы так и проснуться на Страшном суде.
16
Будь честен ты с самим собой,
Будь терпелив в беде любой.
И радость разделив с другими,
Не рвись за славой мчаться в бой.
17*
Назовут меня пьяным — воистину так!
Нечестивцем, смутьяном — воистину так!
Я есмь я. И болтайте себе, что хотите:
Я останусь Хайямом. Воистину так!
17
Всегда виднее то, что на поверхности лежит.
Орел лишь тот орел, что над тобой кружит.
Не потому ли пьяницей вас звали и смутьяном
Те, кто был изгнан Мастером Хайямом.
18*
Муж ученый, который мудрее муллы,
Не бахвал и обманщик, —достоин хулы.
Муж, чье слово прочнее гранитной скалы, —
Выше мудрого, выше любой похвалы!
18
Поэт, настроивший лиру на бой,
Увлеченных бойцов уведет за собой.
Но если слукавит, оставшись в тылу.
Будет предан анафеме шлюхой любой.
19*
Миром правят насилие, злоба и месть.
Что еще на земле достоверного есть?
Где счастливые люди в озлобленном мире?
Если есть — то по пальцам легко перечесть.
19
Мы мир насилия разрушили, затем
Насилием надуманных систем
Внедряли веру и надежду в счастье,
Но только худо стало всем.
20*
Жизнь мгновенная, ветром гонима, прошла,
Мимо, мимо, как облако дыма, прошла.
Пусть я горя хлебнул, не хлебнув наслажденья,
Жалко жизни, которая мимо прошла.
20
Хвала ветрам, что жизнь несли твою.
Хвала кострам, что жгли ее в бою.
Ты, как и я, трудился и старел.
Но я – ничто… Ты ж кое-что успел.
21*
Гонит рок нас по жизни битой, как мячи,
Ты то влево, то вправо беги — и молчи!
Тот, кто бешеный гон в этом мире устроил,
Он один знает смысл ею скрытых причин.
21
Откуда взялись биты и прыткие мячи.
О ваших играх в мячики история молчит.
Но если все же были, то весь приоритет
Мы отдадим Хайяму без всяческих причин.
22*
Угнетает людей небосвод-мироед:
Он ссужает их жизнью на несколько лет.
Знал бы я об условиях этих кабальных —
Предпочел бы совсем не родиться на свет!
22
Мы славим неба солнечную синеву.
К нему мы рвемся ввысь во снах и наяву.
К нему несправедлив почтенный наш мудрец, —
Ведь каждый на земле без неба — не жилец.
23*
Если бог не услышит меня в вышине —
Я молитвы свои обращу к сатане.
Если богу желанья мои неугодны —
Значит, дьявол внушает желания мне!
23
То ли дьявол, то ли сатана.
То ли виночерпий твой спьяна
Управляют нашим мирозданьем,
В чем, увы, есть и твоя “вина”.
24*
Стебель свежей травы, что под утренним солнцем блестит,
Волоском был того, кто судьбою так рано убит.
Не топчи своей грубой ногой эту нежную травку,
Ведь она проросла из тюльпановоцветных ланит.
24
Ты навзничь упади на мягкую траву,
Отдайся утреннему торжеству.
Но стерегись колючек и шипов в цветах
И сладких слов, что пляшут на устах.
25*
Сказала роза: “Я Юсуф египетский среди лугов,
Как драгоценный лал в венце из золота и жемчугов”.
Сказал я : “Если ты — Юсуф, примета где?
” А роза мне: “Взгляни на кровь моих одежд —
и все ты сам поймешь без слов”.
25
Юсуф Египетский или в короне — лал, —
Кровавым блеском тот цветок пылал,
И под защитой благострастия и красоты
Он яд шипов припас, чтобы изведал ты.
26*
Рок громоздит такие горы зол,
Их вечный гнет над сердцем так тяжел!
Но если б ты разрыл их! Сколько чудных,
Сияющих алмазов ты б нашел!
26
Хребты возвысились величественно над землей.
Воздвиг создатель их — не добрый и не злой.
Что заставляет в них искать алмазы-жемчуга?
Не красоту ли ищем под горой?
27*
У занимающих посты больших господ
Нет в жизни радостей от множества забот,
А вот, подите же: они полны презренья
Ко всем, чьи души червь стяжанья не грызет.
27
Тот, кто презреньем мудреца обидел,
Увы, не дальше носа собственного видит.
Жизнь — вот мудрец, который не простит
В свой адрес ни насмешек, ни обид.
28*
У тлена смрадного весь этот мир в плену;
Грешно ль, что я влекусь к душистому вину?
Твердят: “Раскаянье пошли тебе всевышний!”
Не надо! Все равно сей дар ему верну.
28
От мира смрадного уйти нам не дано.
Болезни не излечит благородное вино.
Ведь после покаянья следуют грехи,
Но дай нам бог, чтоб смрад ушел на дно.
29*
От безбожья до Бога — мгновенье одно!
От нуля до итога — мгновенье одно.
Береги драгоценное это мгновенье:
Жизнь — ни мало, ни много — мгновенье одно!
29
Мгновенья на мгновенья наложи,
Как график синусоиды души.
Страшись несовпадений линий,
Но где они совпали — покажи.
30*
И я, седобородый, в силок любви попал,
И вот в руке сверкает искрящийся фиал!
Рассудок терпеливый мне сшил халат заслуг,
А рок мой прихотливый все в клочья изорвал.
30
И вижу я, как звезды сыплются с небес
И как луна в улыбке расползлась. И бес
Танцует за твоей спиною пляску смеха,
Чтоб юноша в тебе из праха лет воскрес.
31*
Оплеванный всеми, свой путь продолжаю с трудом
Сквозь хляби и сели, подобною силой ведом.
Рванулась из тела душа. Я спросил: ты уходишь?
«А что же мне делать, коль рушится дом.
31
Если видишь, как рушится дом
И ты неподвижен и дышишь с трудом,
Отдай его нищему без сожаленья
И получишь назад все, что отдано в нем.
32*
Мой друг, утешься. Стоит ли страдать,
Что обошла земная благодать?
Уж лучше сесть на площади с кувшином
И за игрою рока наблюдать.
32
Тебя не обошла земная благодать.
И лучшего тебе не пожелать.
Пророк учил за долго до тебя:
«Будь сам собой». Вот то, что надо знать.
33*
Боюсь, что в этот мир мы вновь не попадем,
И там своих друзей — за гробом — не найдем.
Давайте ж пировать в сей миг, пока мы живы.
Быть может, миг пройдет — мы все навек уйдем.
33
Успеть? Не опоздать? Нас вечно гонит время,
Покуда живы мы. Пока не рвется стремя,
Захватывает дух, натянуты подпруги,
Пусть Рок нас подождет, пока нас ждут подруги.
34*
Вплоть до Сатурна я обрыскал божий свет.
На все загадки в нем сумел найти ответ,
Сумел преодолеть все узы и преграды.
Лишь узел твой, о смерть, мной не распутан, нет!
34
Все, кто хоть как-то устремляют взгляд к Вселенной,
Разгадку смерти ищут непременно.
В ответ взирают звезды холодом молчанья.
Они не понимают людей отчайных.

Иисус Христос дал кровь и тело пей и ешь, но размы

Перед страданием Своим Иисус
Христос сказал ученикам Своим:
очень желал Я есть с вами сию
пасху прежде Моего страдания,
ибо сказываю вам, что уже не
буду есть ее, пока она не
совершится в Царствии Божием.
доколе Я вернусь к вам в Новом
прославленным теле. И взяв чашу
благодарил и сказал: примите ее
и разделите между собою, ибо
сказываю вам, что не буду пить
от плода виноградного, доколе
не придет Царствие Божие в вас
Духом Святым аллилуйя и аминь.
И, взяв хлеб и благодарил,
преломил и подал им, говоря:
сие есть тело Мое, которое за
вас предается; сие творите в
Мое воспоминание. Также и чашу
после вечери, говоря: сия чаша
есть Новый Завет в Моей крови,
которая за вас проливается.
принимая хлеб и вино — смерть
Христа цени — слава Тебе Иисус
Христос! Спаситель мой слава и
аминь. Вот Апостол Павел так же
говорит: Ибо я от Самого Господа
принял то, что и вам передал,
что Господь Иисус в ту ночь, в
которую предан был, взял хлеб и,
возблагодарив, преломил и
сказал: приимите, ядите, сие
есть Тело Мое, за вас ломимое;
сие творите в Мое воспоминание.
Господи Иисусе, слава Тебе за
страдания Твои. за крест Голгофы.
за Твоё избрания — Тебе спасибо.
за смерть Твою и воскресения!
что Ты вместо меня грешника на
крест зашол. и Своею Святою
Кровию меня Себе — Ты приобрёл
я теперь на веки Боже Твой аминь.
я себя на веки Тебе посвящаю.
аллилуйя, аллилуйя и аминь, аминь.
Также и чашу после вечери, и
сказал: сия чаша есть Новый Завет
в Моей Крови; сие творите, когда
только будете пить, в Мое
воспоминание слава Тебе слава….
Ибо всякий раз, когда вы едите
хлеб сей и пьете чашу сию, смерть
Господню возвещаете, доколе Он
придет. Гряди мой Агнец — Божий
мой Господь Иисус Христос аминь,
аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя.
Но если, кто будет есть хлеб сей
или пить чашу Господню недостойно,
виновен будет — против Тела и
Крови Господней. Да испытывает же
себя человек, и таким образом
пусть ест от хлеба сего и пьет из
чаши сей. Ибо, кто ест и пьет
недостойно, тот ест и пьет в
осуждение себе, не рассуждая о
Теле Господнем. От того многие из
вас немощны и больны и немало
умирает. и эта строка для всех:
если ешь и пьёшь не рассуждая или
вообще не ешь и не пьёшь то болен
ты и рано умираешь……………
Прими Иисуса Христа Спасителем и
Господом своим. Им исцелись и долго
долго и счастливо живи. в Нём наше
исцеления в Нём наше благословения.
В Нём наша жизнь здесь сегодня
на земле и в вечности на все века
Аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя и аминь.
Умный — мудрый примет и поймёт а
инакомыслящей, отвергнет и мимо
слово Бога пронесёт. в сердце семя
не упало. пройдёт мимо жизнь твоя.
вы её друг закапали……………
Бог всем людям дал — но ты не взял.
И не говори а почему? А почему? Ты.
Ты. Ты. не взял. Вот потому Ты, ты
несчастный, бедный и больной. в
Иисусе Мудрость вся: а у мудрости
в нас две руки в одной долгоденствие
в правой руке ее, а в левой у нее —
богатство и слава; аллилуйя и аминь.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *