Содержание

Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы!

… Есть такое место на Литургии, когда священник возглашает: «Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы!» В старые времена христиане обнимали в этом месте друг друга в знак любви к ближнему, что сейчас утеряно в традиции приходов. И договорились мы с братом пономарём эту традицию на приходе попробовать восстановить. И вот, подходит момент, смущение напало жуткое. Как-то неудобно. Вроде не прощаемся и не встретились после приезда издалека… А всё таки договор есть договор. И в какой то момент как прорвался барьер. Я от души обнял брата во Христе, хлопнув его по спине ладонью. Сказал тогда что-то вроде: «Спаси тебя Господи, брат!». И оглянулся. Думал будут непонимающие взгляды или усмешки, нет. Растерянные и какие-то грустно-добрые улыбки у людей. Только пара «профессиональных праведниц» что-то пробурчали и стали каждая кутать в платок тот, глаз, что смотрел в нашу сторону. Потом закончилась служба и , конечно, были расспросы о том, что это мы такое посреди храма на службе отчебучили. Ну, мы и рассказали, что рЕвновали о пакисозиждении древлего благочестия :).
Обычай, сразу скажу, восстановить не удалось, зато я получил представление о том, что даже в храме нашего человека не отпускает чувство недоверия, отчуждённости и настороженности. Приходим к Богу, а стоим, как загнанные жизнью в угол зверьки, такие себе ежата. И хотим, наконец, научится доверять ближним и страшимся этого одновременно. А из алтаря чуем на себе душами истерзанными бесконечно добрый родной взгляд Кого-то незримого, но очень близкого и родного.

В четверг страстной седьмицы во время последней трапезы с апостолами Христос установил Таинство Святого Причастия. Сын Божий угощал сотрапезников хлебом и вином. Они символизировали плоть и кровь Христа, его жертву во имя всех грешников, живущих на земле. Эта снедь вскоре превратилась в основу для проведения церковного таинства Причащения.

Во время Божественной Литургии верующие произносят речи раскаяния и прошения Господу. Молитва Вечери Твоея Тайныя перед причастием из покон веков является традиционной для проведения обряда. Сие песнопение помогает очистить душу и обрести покаяние, столь необходимое христианину для проведения таинства Причастия.

В чем помогает молитва Вечери Твоея Тайныя

Православный христианин должен помнить, что Отец Небесный ― это защита и опора в жизни любого мирянина. Не нужно стесняться просить Господа, ибо он милосерден и праведен. Молитва Вечери Твоея Тайныя читается в случаях:

  • В горестях и печалях. Дает возможность поговорить с Богом о жизненных трудностях.
  • В стремлении очиститься от грехопадения и получить прощение Господне.
  • На кухне или в столовой перед совершением трапезы. Благословляет на приготовление и принятие пищи. Выражает благодарность Господу за возможность вкушать яства.

Когда и как молиться

В Чистый четверг в ходе Литургии при участии в церковном таинстве причащения нужно читать молитву Вечери Твоея Тайныя.

Во время пения молитвы перед причастием важно чувствовать умиротворение и гнать от себя любые дурные помыслы. По православным канонам человек пришел в мир для доброты и любви к ближнему своему.

Голос должен идти из глубины сердца верующего, освящая душу христианина светом истины и прощения.

Произнося текст молитвы Вечери Твоея Тайныя нужно вспоминать о заклании Сына Божия, о его муках и чуде воскрешения

При этом следует всей душой стремиться слиться воедино с образом Христа.

Не лишним будет и каждодневное произношение молитвы, ибо дарует она плоды милости Божией. А именно:

  • Осеняет благословлением пищу и потому может использоваться каждый раз перед трапезой.
  • Дает стойкость духа смирения и утверждает верующего в покаянии.

Текст молитвы

Верую, Господи, и исповедаю, якоТы еси воистину Христос, Сын Бога Живаго, пришедший в мир грешные спасти, от них же первый(ая) есмь аз. Еще верую, яко сие есть самое пречистое Тело Твое, и сия самая есть честная Кровь Твоя. Молюся убо тебе: помилуй мя и прости ми прегрешения моя, вольная и невольная, яже словом, яже делом, яже ведением и неведением,и сподоби мя неосужденно причаститися пречистых Твоих Таинств, во оставлене грехов и в жизнь вечную.

Вечери Твоея Тайныя днесь, Сыне Божий причастника (причастницу) мя прими: не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобызания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во царствии твоем.

Да не во суд или во осуждение будет мне причащение Святых Твоих Таин, Господи, но во исцеление души и тела. Аминь.

Перевод текста молитвы на русский язык

Верую, Господи, открыто признаю, объявляю, что Ты поистине Христос, пришедший в мир грешных спасти, из которых первый (ая) , то есть самый(ая) большой(ая) есть я. Еще верую, что это есть самое пречистое Тело Твое, и эта самая есть честная Кровь Твоя. Поэтому молюсь тебе: помилуй меня и прости мне прегрешения, сделанные по собственной воле и сделанные против моего желания, которые сделал(а) словом или делом, знавши или не знавши, что это грешно.Удостой меня безнаказанно причаститься пречистых Таинств Твоих, для прощения грехов и получения вечной жизни.

Сын Божий, сделай меня участником (участницей) Твоей Тайной Вечери: я врагам Твоим не открою тайны, и не дам Тебе такого поцелуя, как Иуда, но как разбойник (покаявшийся на кресте) верую в Тебя и говорю Тебе: вспомни меня, Господи, в царстве твоем.

Господи! Пусть будет мне причащение Святых Твоих Таин не в осуждение или наказание, но во исцеление души и тела. Аминь.

Вечеря Господня

Необходимо, чтобы всякий верующий составил себе вполне ясное представление о цели и значении Вечери Господней. Он этого может достичь, изучив описание последней тремя евангелистами и то, что о ней говорит апостол Павел в 1 Кор. 11 гл.

Матфей — 26, 26 — 28:

«И когда они ели, Иисус взял хлеб и благословив преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, идите: сие есть Тело Мое. И взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов».

Марк — 14, 22 — 26:

Лука — 22, 19 — 20:

«И взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть Тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша есть новый завет в Моей Крови, которая за вас проливается».

Апостол Павел — 1 Кор. И, 23 — 26:

«Я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: «приимите, едите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: «сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание». Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет».

По словам евангелиста Луки и апостола Павла, Вечеря Господня является Вечерею воспоминания о Господе, причем апостол Павел называет ее возвещением смерти Господней. Но это воспоминание и это возвещение не заключается только в произнесении слов, всегда выражающих известную мысль, но главным образом, в совершении действия, а именно: во вкушении хлеба и в питии из чаши. В Евангелии ясно говорится: «приимите», «едите», «пейте», «сие творите».

Здесь речь идет, конечно, не о возвещении исторического факта смерти Христовой вообще, но о возвещении неизмеримой спасительной силы этой смерти. Смерть Христа, принесение в жертву Его тела и крови, то есть Его жизни, согласно всем вышеприведенным новозаветным повествованиям, является жертвою за нас, смертью ради нас. Тело было принесено в жертву за нас, кровь пролилась за нас.

Возникает вопрос: почему жертвой за нас могла явиться только драгоценная жизнь Иисуса Христа?

Смысл ветхозаветных жертв, особенно пасхального агнца, может дать нам на это определенный ответ.

Пасха Господня была праздником избавления от суда Божия (Исх. 12, 12 — 13; Ис. 31, 5), праздником спасения от губителя, не касавшегося домов тех израильтян, которые заклали непорочного агнца и его кровью помазали оба косяка и перекладину своих дверей (Исх. 12, |7). Израильтяне могли воздавать хвалу пощадившему их милосердию Божию. Принесение в жертву прообразного агнца и кропление его кровью домов, предохраняли верующих израильтян от судов Божиих. Сохраненные Богом верующие израильтяне должны были в первый день созвать «священное собрание» (Исх. 12, 16). Праздник продолжался затем семь дней, то есть целую неделю. И во все эго время израильтяне не должны были держать что-либо квасное в своих домах (удаление квасного — прообраз очищения и отделения от нечистого). Нарушение этого предписания наказывалось смертью (Исх. 12, 15). Пасха являлась для Израиля днем «памятным», праздником Господу (Исх. 12, 14).

С того времени придается особенно важное значение крови агнца и жертвенных животных вообще в богослужении, установленном Самим Богом для Израиля, которого Он сделал Своим избранным народом и с которым вступил в торжественный завет. При празднично обставленном заключении завета, описанном в книге Исход (24 глава), половиной жертвенной крови был окроплен жертвенник. Затем, по прочтении народу Моисеем книги завета, народ также был окроплен кровью, при словах: «Вот кровь завета, который Господь заключил с вами о всех словах сих» (Исх. 24, 8). Далее Бог повелел Моисею, Аарону, Надаву, Авиуду и семидесяти старейшинам израилевым взойти на гору, и они «видели Бога израилева». «Под ногами Его нечто подобное работе из чистого сапфира и, как самое небо, ясное. И Он не простер руки Своей на избранных из сынов израилевых. Они видели Бога, и ели, и пили» (Исх. 24, 9 — 11).

Здесь мы видим смертных и грешных людей очищенными и освященными жертвенной кровью, что дало им возможность предстать пред лицо Бога Святого и не умереть. Они ели и пили в присутствии Его. Так проявилось на них действие крови завета. И когда впоследствии священник входил в священные покои скинии собрания или когда однажды в год первосвященник входил во святое святых, всегда употреблялась снова примирявшая с Богом и очищавшая жертвенная кровь (Евр. 9, 6 — 12). «Да и все почти по закону очищается кровью, и без пролития крови не бывает прощения» (Евр. 9, 22).

Итак, собираясь, как верующие, вокруг Трапезы Господней, чтобы с особенным благоговением вспоминать и возвещать смерть Господню, мы это делаем с исполненными благодарения сердцами. Мы вновь и вновь свидетельствуем тот факт, что мы примирены с Богом через смерть Сына Его, что благодаря этой, Им раз навсегда принесенной жертве, получили прощение грехов. Ничто не отделяет нас от Бога: вина наша прощена, совесть очищена, общение сделано доступным, наследие даровано. Все это получили мы на основании совершенного на кресте искупительного дела. Мы предопределены послужить в похвалу славы благодати Его, «которою Он облагодатствовал нас в Возлюбленном, в Котором мы имеем искупление Кровию Его, прощение грехов» (Еф. 1, 6 — 7; сравните Матф. 26, 28).

Если таково значение Вечери Господней, то и цель и смысл ее заключается также в воспоминании Самого Господа, ее установившего словами: «Сие творите в Мое воспоминание». Он за нас умер и Он жив. Ему дана вся власть на небе и на земле. Он также снова придет во славе. Этого дня Его возвращения ждут Его избранные, жаждущие увидеть Его, «как Он есть» (I Иоанн. 3, 2), и всегда быть с Ним (I Фес. 4, 17). Это живое упование уже теперь наполняет ликованием сердца верующих. Они обрели всю полноту благодати от Бога, жертвою Христа даровавшего им чудное положение, так что они радостно могут восклицать: «Если Бог за нас, кто против нас? Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего?» (Римл. 8, 31 — 32). Поэтому всякий раз, когда верующие собираются, чтобы особенно вспомнить Господа и Им. Самим установленным способом возвестить Его смерть, сердца их полны хвалы и благодарности, полны небесного благоговения и радости.

Уже в евангельских повествованиях о первой Вечере Господней мы встречаем выражение «возблагодарить» или «восхвалить». Знаменательно то, что в первые времена христианства Вечеря Господня часто называлась «восхвалением», «вознесением хвалы». Вознесение хвалы и благодарения за искупление составляло, как видим мы, главную суть этого духовного торжества. Вечеря Господня признавалась, прежде всего, собранием хвалы и благодарения.

Конечно, Вечеря Господня возвещает нам еще и другие истины. Она свидетельствует о фактах общения верующих с Господом и общения их друг с другом. Вкушение Трапезы Господней показывает соучастие наше в ней Самого Господа, смерть Которого есть и смерть наша и жизнь Которого есть и жизнь наша. Вкушением хлеба и вина в Трапезе Господней мы символически свидетельствуем о нашем участии в смерти и воскресении Господа, умершего, но и воскресшего. Собираясь на Трапезу Господню, верующие свидетельствуют также и о своем общении друг с другом: «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (I Кор. 10, 17).

Отсюда, между прочим, древнее греческое слово «коинонина», обозначавшее «общение», по-латински «коммунио».

Многим верующим особенно трудно отказаться от перешедшей из так называемых исторических церквей, а отчасти присущей и многим протестантам, мысли о так называемом «пресуществлении», или «претворении» видимого хлеба и вина в тело и кровь Христа («таинство евхаристии»). По учению западной и восточной церквей хлеб и вино фактически, при произношении на литургии известных слов и молитвы, становятся истинным телом и истинной кровью Христа.

Лютер отрицал зависимость «пресуществления» от тех или иных священнодействий служителя алтаря (священника), но все-таки в своем учении о Вечере Господней он еще не мог вполне освободиться от твердо установившегося взгляда западной, католической, церкви. Лютер также утверждал, что вкушающий хлеб и пьющий вино Вечери Господней, под видом хлеба и вина, вкушает тело и кровь Господа.

Великий реформатор, между прочим, обосновал свою мысль словами: «Сие есть тело Мое». Он утверждал, что слово «есть» не значит «представляет» или «изображает». Но почему же нет? — спросим мы. Именно такие образные выражения особенно часто встречаются в Священном Писании.

Другой известный реформатор Кальвин не отрицает благодатного воздействия жизненных сил Христовых, но он опровергает лишь то, что это воздействие тесно связано с вкушением именно хлеба и вина. Только личною, живою верою получает душа то, что они — хлеб и вино — собою прообразно изображают. Силы исходят не от них, но непосредственно от Христа распятого, через Духа Святого, и поэтому только для человека верующего. Действительно, нигде в Священном Писании не говорится, что с вкушением хлеба и вина связано дарование Богом особенных благодатных сил, как для души, так и для самого тела.

Мы не будем здесь рассматривать разницу, которая имеется по этому вопросу в учениях лютеран, последователей Цвингли и Кальвина, обычно ведущую к бесплодным и бесконечным спорам.

Мы не упоминаем о словах Христа, записанных апостолом Иоанном (6, 51 — 58), так как в этом случае Христос говорит не о Вечере, а о Самом Себе, с чем вполне согласен и Лютер. Усвоение жизненосных сил Христа умершего, воскресшего и прославленного необходимо для всякого верующего (Иоан. 6, 53 — 54). Но это совершается через веру (Иоан. 6, 40 и 47 — 50). Если бы это совершалось через участие в Вечере Господней, то всякий, в ней не участвовавший, был бы обречен на гибель (Иоанн. 6, 53). Сам Господь предупреждает «ас, что мы не должны понимать эти слова в буквальном, внешнем смысле. «Дух животворит, плоть не пользует ни мало; слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь» (Иоан. 6, 63). В шестой главе Евангелия от Иоанна Господь говорит не о Вечере Господней, но о духовном восприятии, усвоении жизни Его, всех заслуг и духовных благ, с Ним связанных. Конечно, можно установить известное отношение этого описания евангелиста Иоанна к Вечере Господней в том смысле, что и вкушение хлеба и питие из чаши есть также прообразное изображение через веру совершающегося духовного усвоения нами сил Господа воскресшего, явленных в смерти и жизни Его.

Следует дать себе отчет в том, что Писание совершенно не приписывает хлебу и вину каких-либо особенных сил, якобы приобретаемых ими при совершении Вечери Господней. Великое благословение, однако, получает участвующий в ней верующий, если он находится в правильном отношении к Богу и людям. Другими словами, если он имеет живое упование на своего Искупителя, любовь ко всем святым, твердую, непоколебимую надежду на возвращение Господа и горячую благодарность от всего сердца. Этого особенного благословения лишает себя тот, кто не выполняет установленных Господом священных актов — крещения и Вечери Господней преломления хлеба). Благословение это, однако же, не заключается ни в воде, ни в хлебе, ни в вине, но всецело в радостном послушании верующего Самому Господу.

Полностью читать в PDF формате — Журнал «Братский вестник» 1947, № 3

Тропарь Великого четверга: между Причастием и предательством

До конца времен остаются связанными темы Тайной Вечери и предательства. Предательство остается возможным и для того, кто получил дар участия в Трапезе Божией и кому омыл ноги и назвал своим «другом» Сам Господь. Тропарь Великого четверга комментируют священник Федор ЛЮДОГОВСКИЙ и поэт Ольга СЕДАКОВА. Омовение ног, из Праздничного чина иконостаса. 1520 — 1530-е годы. Псков. Фото сайта: russikona.ru
Тропарь Великого четверга:
Греческий оригинал
Ὅτε οἱ ἔνδοξοι Μαθηταί, ἐν τῷ νιπτῆρι τοῦ Δείπνου ἐφωτίζοντο,
τότε Ἰούδας ὁ δυσσεβής, φιλαργυρίαν νοσήσας ἐσκοτίζετο,
καὶ ἀνόμοις κριταῖς,σὲ τὸν δίκαιον Κριτὴν παραδίδωσι.
Βλέπε χρημάτων ἐραστά, τὸν διὰ ταῦτα ἀγχόνῃ χρησάμενον,
φεῦγε ἀκόρεστον ψυχὴν τὴν Διδασκάλῳ τοιαῦτα τολμήσασαν.
Ὁ περὶ πάντας ἀγαθός, Κύριε δόξα σοι.
Церковнославянский перевод
Егда славнии ученицы на умовении Вечери просвещахуся,
тогда Иуда злочестивый сребролюбием недуговав омрачашеся,
и беззаконным судиям Тебе праведнаго Судию предает.
Виждь имений рачителю, сих ради удавление употребивша!
Бежи несытыя души, Учителю таковая дерзнувшия:
Иже о всех благий, Господи слава Тебе.
Перевод (Ольги Седаковой):
Когда славных учеников омовение ног на Вечери просвещало,
Тогда Иуду нечестивого недуг сребролюбия помрачал;
И беззаконным судьям он Тебя, праведного Судию, предает.
Смотри же, искатель наживы, как наживы ради пришлось повеситься!
Беги от алчной души, осмелившейся такое (сделать) Учителю:
Ты же, ко всем благой Господи, слава Тебе!
Священник Федор Людоговский: Тропарь перед Евангелием
Песнопение «Егда славнии ученицы…» представляет собой тропарь Великого четверга, который поется также и на утрене Великой пятницы. Но обычно мы встречаемся с этими словами задолго до Страстной седмицы: в последовании к причащению указано читать их в течение Великого поста.
На утрене Великого четверга тропарь «Егда славнии ученицы…» поется после шестопсалмия, великой ектеньи и «Аллилуия». Поется он трижды, после чего открываются царские врата и читается Евангелие (Лк. 22:1–39 – о тайной вечере).
Второй раз тропарь звучит во время последования Двенадцати евангелий – на утрене Великой пятницы (она обычно служится вечером в четверг). Тропарь поется в том же самом месте службы – после великой ектеньи и «Аллилуия», также три раза, но с большей торжественностью: при открытых царских вратах, «косно (т. е. медленно) и со сладкопением», как указано в Триоди. Во время пения тропаря совершается каждение алтаря и всего храма, затем возглашается малая ектенья – и читается первое из двенадцати евангелий, «самое длинное, самое красивое» (Чехов).
Ольга Седакова. Подсудимый Христос
Sub specie poeticae
Мы уже говорили о том значении, которое сообщает литургическому песнопению место, на какое оно помещено в богослужении, и способ его исполнения, и распев. Место нашего тропаря очень выделено в богослужениях утрени Великого Четверга и Великой Пятницы, да и всего постного времени (см. комментарий о.Федора Людоговского). Каждое из его немногих слов приобретает, таким образом, необычайный вес. То исполнение, к которому мы привыкли, впечатляет своим видимым контрастом к крайне драматичному моменту евангельского сюжета, о котором повествует тропарь. Этот распев несет сдержанное, печальное и почти колыбельное настроение, ощущение полумрака, надвигающейся тьмы. В тексте же тропаря речь идет о двух противоположных движениях света: ученики «просвещаются» (в этом слове соединены два значения — обретения знания и освещения; на них падает свет мудрости), Иуда «омрачается», наполняется последней темнотой. Это просветление и это помрачение происходит одновременно, как с удивлением отмечено в тропаре: «когда» — «тогда». В каком-то смысле можно сказать, что общий тон тропаря — настроение «погребения Иуды».
Тема Иуды неотделима – трагически неотделима — от учреждения Евхаристии и причастия. Иуду — как остерегающий пример – вспоминают каждый раз в молитве перед причастием:
Вечери Твоея Тайныя
Днесь, Сыне Божий, причастника мя прими:
Не бо врагом Твоим тайну повем,
Ни лобзания Ти дам, яко Иуда,
Но яко разбойник, исповедаю Тебя:
Помяни мя, Господи, во царствии Твоем.
(Трапезы Твоей таинственной сегодня, Сын Божий, прими меня участником: ибо я не открою тайну врагам Твоим, не поцелую Тебя, как Иуда. Но как разбойник (благочестивый), исповедаю Тебя: Вспомни меня, Господи, в Царстве Твоем).
Эту молитву (которую обычно читают, а не поют — миряне дома, а священник перед тем, как подавать причастие) Великая Седьмица выносит на особую высоту: в Великий Четверг — единственный раз в году — она поется на месте песни Входа («Херувимской», «Ныне Силы небесные» на преждеосвященной и «Да молчит всякая плоть» в Великую Субботу).
И тот тропарь, о котором мы говорим, и это уникальное использование причастной молитвы в качестве песни Входа напоминают о том, как до конца времен остаются связанными тема Причастия – и тема предательства. Предательство, и самое страшное, за которым следует гибель души, остается возможным и для того, кто получил дар участия в Трапезе Божией и кому омыл ноги и назвал своим «другом» Сам Господь.
Тропарь, о котором мы говорим сегодня, разделен на две симметричные части: первые три стиха повествуют о событии умовения ног перед совершением Вечери; другие три стиха обращены к слушателю (предостережение о сребролюбии) и к Господу (горестная хвала последнего стиха).
Если писатели последнего столетия, предлагая разнообразные апологии Иуды, ищут в его образе какой-то особой сложности и глубины (эта традиция, впрочем, восходит к древним апокрифам), то литургическая поэзия ничего интересного и сложного в Иуде не видит. Здесь он – не более чем жертва сребролюбия, жадный до денег и неблагодарный человек, и не более. Единственно, что вызывает постоянное изумление песнописцев, так это совместимость этой страсти с близостью Самого Христа. «Недуг сребролюбия» она, исцелявшая прокаженных и слепорожденных, воскрешающая умерших, не излечивает! Неужели любовь к земным приобретениям сильнее проказы и даже смерти?
Итак, первые стихи говорят об одновременном прибавлении света у «славных учеников» и погружении во тьму Иуды. Мне хотелось бы остановиться на третьем стихе, на который обычно не обращают особого внимания, когда комментируют этот тропарь:
и беззаконным судиям Тебе праведнаго Судию предает.
Иуда не убивает прямо своего Учителя: он предает Его на суд. Справедливый суд должен был бы оправдать невинного. Но Иуда знает, какие судьи ждут Христа. Он предает Его не на «рассмотрение дела», а на неизбежное осуждение.
В этом стихе, по обыкновению гимнографической мысли, сопоставлены несопоставимые, невообразимые вещи: вечного Судью, Судию мира, отдают на земной суд: на суд беззаконных судей. Каждое сопоставление такого рода дает еще один пример того, что «паче ума вся, и выше ведения» («все это за пределами ума и выше понимания»), как говорит другое песнопение Страстной. Но почему Христос представлен здесь как Судья?
Тема суда (и Божьего Суда, и человеческого суда) и закона, по которому производится суд, – важнейшая тема Ветхого Завета. Собственно, и властитель, царь (исторически сменивший управление народа судьями) предстает здесь прежде всего как судья своих подданных. Библейский мудрец – тоже, прежде всего, справедливый судья человеческих дел. Требование справедливости суда «невзирая на лица» и в особенности суда для бедных и униженных (то есть, для тех, кто не может себя обеспечить надежной защитой на суде, чьи иски не принимаются; но при этом, заметим, «подсуживание» бедным и убогим только за то, что они бедные, тоже определяется как нарушение справедливости) – это постоянная тема псалмов и пророческих книг. В случае обиды бедных на суде Бог обещает быть их защитником, адвокатом. Об этом говорит, среди другого, воскресный прокимен 1 гласа (Пс.11,6):
«Страсти ради нищих и воздыхания убогих ныне воскресну, глаголет Господь, положуся во спасение, не обинюся о нем». – «Из-за страдания нищих и скорби убогих ныне восстану, говорит Господь, стану ему (нищему) защитником, не отрекусь от него». Защитником бедных перед богатыми на суде – и судьей над несправедливыми судьями предстает Бог. То, о чем и намека нет в Ветхом Завете, это та юридическая ситуация, когда Бог оказывается на месте подсудимого. Единственное исключение – «иск» праведного страдальца Иова. Неслучайно паремии из Книги Иова звучат на богослужениях Страстной Седмицы.
Итак, Христос становится подсудимым на земном — и вопиюще несправедливом — суде. Причем суд этот не только «профессиональный» (суд первосвященников и римский суд Пилата: на двух этих судах предъявляются два разных, но одинаково предполагающих смертную казнь обвинения; на Кресте, по воле Пилата, запечатлевается «римский» приговор, провозглашение Себя Царем Иудейским). Это еще и всенародный суд. Невообразимую ситуацию единодушного суда людей над Богом прекрасно передал французский поэт Поль Клодель в своем «Крестном пути»:
«Кончено. Мы судили Бога и постановили Его казнить.
Мы не желаем больше иметь Христа среди нас, ибо он не дает нам жить».
(«Первая остановка»)
В евангельском повествовании Христос не раз отказывается быть судьей в земных делах, неоднократно говорит о том, что пришел «не судить мир, а спасти мир» (Ин 12, 47). И в своих последних словах Он вновь выступает в роли адвоката на Суде Отца: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лк 23, 34), – адвоката тех, кто выносит Ему смертный приговор и исполняет его! К этому моменту обращен последний стих тропаря:
Иже о всех благий, Господи, слава Тебе.
Но, Подсудимому и Защитнику в земной жизни, Ему принадлежит тот Последний Суд, который мы вспоминаем перед началом Великого поста.

Священник Феодор ЛЮДОГОВСКИЙ, Ольга СЕДАКОВА

Версия для печати

Тэги: Богослужение Страстная седмица Язык богослужения

Великий Четверг: Тайная Вечеря Христова (богослужение, аудио, проповеди)

В Великий Четверг Страстной седмицы Церковь вспоминает Тайную Вечерю — последнюю трапезу Господа Иисуса Христа с апостолами накануне Его страданий. Именно тогда Спаситель установил главное Таинство Церкви — Таинство Святого Причащения, Евхаристию.

Тайная Вечеря. Прп. Андрей Рублев

После Тайной Вечери Христос, показывая Свое смирение, омыл ноги ученикам, что также нашло отражение в богослужебной практике Церкви в Великий Четверг.

Чин омовения ног совершается архиереем после Литургии Великого Четверга. Он во образ Христа омывает ноги двенадцати священнослужителям.

В ХХ веке в Русской Церкви обряд не совершался. Был восстановлен только в 2009 году Патриархом Кириллом.

Чин омовения ног

Богослужение Великого Четверга

Тема Тайной Вечери в богослужении Великого Четверга соединяется с темой Страстей Христовых. Тем не менее, Великий Четверг считается днем праздничным, богослужение совершается в зеленых облачениях (а не темно-фиолетовых, как принято в период Великого поста), а по некоторым уставам даже ослабевается пост и на трапезе разрешается вино и елей.

Одна из главных тем богослужения Великого Четверга — падение Иуды.

Тропарь Великого Четверга

Егда славнии ученицы на умовении Вечери просвещахуся, тогда Иуда злочестивый сребролюбием недуговав омрачашеся, и беззаконным судиям Тебе праведнаго Судию предает. Виждь имений рачителю, сих ради удавление употребивша! Бежи несытыя души, Учителю таковая дерзнувшия: Иже о всех благий, Господи слава Тебе.

Когда славные ученики просвещались при умовении на Вечере, тогда злочестивый Иуда, больной сребролюбием, омрачался и предавал Тебя, Праведного Судию, беззаконным судиям. Посмотри на стяжателя богатства, из-за этого удавившегося. Беги от несытой души дерзнувшего так приступить к Учителю. Благий о всех, Господи, слава Тебе.

Омовение ног. Джотто

Канон утрени Великого Четверга

На утрене Великого Четверга, совершаемой по традиции вечером в среду, читается проникновенный канон, называемый по первой строке ирмоса «Сеченое сечется». Ирмос 9-й песни «Странствия владычня…» повторяется на Литургии вместо «Достойно есть».

Песнь 1, ирмос: Сеченое, сечется море Чермное, волнопитаемая же изсушается глубина, таяжде купно безоружным бывши проходима и всеоружным гроб. Песнь же Богокрасная воспевашеся: славно прославися Христос, Бог наш.

Ударом рассекается Красное море, и иссушается вздымающаяся волнами глубина: то же самое одновременно сделалось для безоружных удобопроходимым, а для вооруженных могилой; и песнь богоугодная воспевалась: «Славно прославился Христос, Бог наш!»

Песнь 9, ирмос: Странствия Владычня, и безсмертныя Трапезы на горнем месте высокими умы, вернии, приидите, насладимся, возшедша Слова, от Слова научившеся, Егоже величаем.

Гостеприимством Владыки и бессмертной трапезой на высоком месте с возвышенными мыслями давайте, верные, насладимся, высочайшее слово услышав от Слова, Которое мы величаем.

Вместо Херувимской в Великий Четверг

Вместо Херувимской песни на совершаемой в Великий Четверг Литургии свт. Василия Великого, соединенной с Вечерней, поется молитва перед Причащением «Вечери Твоея Тайныя»:

Вечери Твоея Тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими: не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем.

Вечери Твоей таинственной участником в сей день, Сын Божий, меня прими. Не поведаю я тайны врагам Твоим, не дам Тебе поцелуя такого, как Иуда. Но как разбойник исповедаю Тебя: «Помяни меня, Господи, в Царстве Твоем».

Ирмос Великого Четверга (Женский хор. Диск «Время поста и молитвы»)

https://media.pravmir.ru/mp3/vpost/14_Irmos_Velikogo_CHetverga_1.mp3

Благословен еси, Господи, научи мя оправданием Твоим. Блажени непорочнии в путь, ходящии в законе Господни. Жизнь во гробе положился еси, Христе, и Ангельская воинства ужасахуся, снизхождение славяще Твое. Блажени испытающии свидения Его, всем сердцем взыщут Его. Жизнь, како умираеши? Како и во гробе обитаеши, смерти же царство разрушаеши и от ада мертвыя возставляеши?

Вечери Твоея (Хор свято-Ионинского монастыря) в Великий Четверг

https://media.pravmir.ru/mp3/vpost/12_Vecheri_Tvoeya.mp3

Вечери Твоея тайныя днесь Сыне Божий, причастника мя приими; не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам яко Иуда, но яко разбойник исповедую Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем.

«Сын Божий! Сделай меня ныне участником Твоей Тайной Вечери (удостой причаститься), потому что я не расскажу тайны врагам Твоим, не дам такого Тебе целования, как Иуда (не буду изменять Тебе худою жизнью), но, как разбойник, исповедаю Тебя: помяни меня, Господи, во Царствии Твоем».

Тайная Вечеря. Леонардо да Винчи

Проповеди на Великий Четверг

Святейший Патриарх Кирилл. Проповедь в Великий Четверг

Святитель Иннокентий Херсонский. Проповедь в Великий Четверг

Святитель Иннокентий Херсонский

Как приступить к сей трапезе? — Как вкусить Тело? Как пить Кровь? — Это — не по природе нашей. Ведал сие все Учитель и позаботился о нашей слабости.

Вкушаемое есть Тело, но вид у него тот же, хлеба; пиемое — Кровь, но образ и вкус его тот же, — вина. Таким образом снисходится к нашей природе, что вместо единого чуда каждый раз делается два: и хлеб и вино обращаются в Тело и Кровь и, обращенные, удерживают свой прежний вид, дабы таким образом было с нашей стороны место и вере.

Подлинно, не низкий ум надобно иметь, дабы насладиться сей трапезы. Надобно сим умом возлететь на высоту любви Спасителя к нам, полагающего за нас душу Свою. Но этот высокий ум — на сей случай — дает не ученость, а вера.

От человек это невозможно, а от нашего Спасителя, Который есть Бог и человек, вся возможна. Напротив, недостойно Его было преподать один хлеб и одно вино: ибо это может сто раз сделать каждый из людей. Ему, яко Богу, предлежало сделать большее; и Он соделал самое большее; ибо никтоже больше любви имать, да аще кто душу положит за други своя.

Протоиерей Родион Путятин. Проповедь в Великий Четверг

Иисус Христос знал мысли Своих учеников о смирении, часто и словом, и делом поучал их смирению, наконец, Он благоволил торжественно показать им высоту смирения.

Это было на той вечери, на которой установлено Таинство Святой Евхаристии. Иисус Христос со Своими учениками возлежал, вечеря только что началась, ноги у учеников еще не были умыты, как этого требовало обыкновение. И вот Иисус Христос встает со Своего места, снимает с Себя верхнюю одежду, берет полотенце и препоясывается им, потом вливает воду в умывальницу и таким образом всем по порядку умывает ноги, отирая полотенцем. Когда же умыл им ноги и надел на Себя одежду Свою, то возлег опять и сказал им: знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом и правильно говорите, ибо Я точно Господь и Учитель. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Вот видите: для Меня не унизительно, что Я смирил Себя пред вами; и вы не унизите себя, когда будете смиряться друг пред другом (см.: Ин. 13, 4–5, 12–15).

И никого смирение не унизит, слушатели благочестивые; оно, напротив, возвышает всякого человека. Да, смирение только представляется нам унижением и слабостью, а в самом деле оно есть обнаружение силы духа и высоты чувствований. Только при смирении высок и силен человек, а без смирения он слаб и низок. Правда, низкие и слабые люди тоже иногда смиряются, но как они смиряются? Их смирение не лучше гордости. Пред кем смиряются низкие люди? Только пред высшими. Для чего смиряются? Чтобы удобнее возвыситься. В каких слабостях признаются слабые люди? В самых ничтожных, маловажных. Для чего признаются? Чтобы дать знать другим, как маловажны слабости, которым они подвержены. Таким образом, у низких и смирение всегда низко – истинное смирение для них слишком высоко, оно не по их духу. Истинно смиренный потому и смиряется, что он смирен душой, потому и не возносятся его очи, что не надмевается его сердце; у него сердце, как невинное, покорное, простосердечное дитя. Оттого-то истинно смиренными всегда бывают только люди с совершенствами, люди великие и святые, только у таких людей достанет духу говорить о себе: я земля и пепел, я червь, а не человек.

Господи Боже наш, показавый меру смирения в Твоем крайнем снисхождении, облагодати нас в услужении друг другу и вознеси божественным смирением. Аминь.

Архиепископ Серафим (Соболев). Проповедь в Великий Четверг

Архиепископ Серафим (Соболев)

Знаменательно, что прежде чем совершиться сему Таинству, Спаситель умыл ноги Своих учеников и сказал им: аще убо Аз умых ваши нозе, Господь и Учитель, и вы должны есте друг другу умывати нозе. Образ бо дах вам, да, якоже Аз сотворих вам, и вы творите (Ин. 13:14-15). Таким образом Господь показывает всем Своим истинным последователям, что они должны делать перед Св. Причащением. Мы должны являть друг другу трогательное смирение, проникнутое истинною христианскою любовью.

Впрочем, Господу угодно, чтобы мы не только перед Св. Причащением, но и всегда, в течение всей жизни являли друг другу истинное смирение Христово. Обратите внимание на отпуст Великого Четверга. Здесь говорится: иже за превосходящую благость путь добрейший смирения показавый, внегда умыти ноги учеников… Ясно, что смирение есть направление всей христианской жизни нашей, или ее основа. За смирение Господь дает нам благодать. А благодать дает нам силу неуклонно соблюдать Божественные заповеди. Исполнение же заповедей делает нас участниками Христовой радости и здесь, и в будущей жизни.

О, если бы мы сознавали все спасительное для нас значение смирения, которое Господь явил нам, как пример, на Тайной Вечери! Да, иметь смирение в смысле сознания своей греховности не трудно. Легко нам смиряться и перед Богом, сознавая все свои немощи и все свое ничтожество. Но очень трудно нам смиряться перед нашими ближними. Этому препятствует сознание нашего будто бы превосходства перед ними, ибо мы считаем себя лучше других даже в том случае, когда имеем очень большие недостатки. Эти недостатки мы всегда оправдываем, всегда себя обеляем. Зато редко когда мы извиняем недостатки своих ближних. Почти всегда мы их обвиняем и осуждаем даже за такие грехи, которые в их жизни не существуют и которые существуют только в нашем греховном, гордом воображении. При таком отношении нашем к ближним у нас никогда не будет того трогательного истинного смирения, которое явил Господь на Тайной Вечери и которого Он требует от нас, если мы хотим быть в единении с Ним, если мы не хотим быть отверженными Им и здесь, и в будущей жизни от вечного спасения за наше сознание своего мнимого превосходства перед ближними.

Как бы следовало нам, возлюбленные, помнить весьма поучительное для нас повествование великого старца Оптиной пустыни иеросхимонаха о. Амвросия об одной женщине. Она отличалась внешнею благочестивою жизнью и благотворением в отношении к бедным, но всегда сознавала себя лучше других. Очевидно, ради этой милостыни Господу угодно было вразумить ее через сонное видение. Она видела Иисуса Христа, стоящего перед большой толпой людей. Спаситель начал звать к Себе по преимуществу простых людей. Каждого, кто подходил ко Христу, Он оделял ласкою Своей Божественной любви и возлагал на него Свои пречистые руки. Женщина все ожидала, что Господь и ее позовет к Себе. Но каков же был ее ужас, когда она увидела, что он перестал уже звать к Себе, а на нее ни разу не посмотрел и даже отвернулся от нее. Тогда она осознала свой грех, поняла, что не она лучше других, а другие лучше нее и достойнее в очах Божиих. Она подбежала ко Христу, упала к Его ногам, зарыдала и стала умолять Его простить ее грех. Господь поднял ее, с великой любовью возложил на нее Свои руки и сказал: «Вот с таким-то покаянием, с такими-то слезами и смирением надо всегда приходить ко Мне».

Будем, возлюбленные о Христе чада мои, смиряться перед своими ближними до рабского угождения им не из-за страха, а по любви к ним, как заповедал нам Господь на Тайной Своей Вечери с учениками. А для этого не будем считать себя выше и лучше других по своему нравственному состоянию. Будем обращать внимание своего сердца и ума только на свои собственные грехи, а не на грехи своих ближних.

Протоиерей Александр Геронимус. Проповедь в Великий Четверг

Протоиерей Александр Геронимус

Тайна Иуды едва ли нам будет понятна, потому что, например, в Евангелии сказано, что Иуда имел при себе денежный ящик, был вором и воровал, что туда клали. Вряд ли речь идет только о том, что Иуда был настолько зафиксирован на своей прибыли, что это определило его предательство. Тем более, по словам Иуды, что лучше было бы продать миро и отдать нищим, видно отношение ко Христу как к тому, кто устроит мир и благополучие в земной жизни: станет царем, уничтожит римское владычество, сделает жизнь на земле более справедливой. Но когда для Иуды окончательно стало ясно, что Христос идет совсем не этим путем и не к этому пути призывает, когда уже Иуда стал понимать, что может произойти, он отрекся от Христа и решился на предательство.

Прп. Серафим Саровский, говоря об Иуде, касается такой темы, как мужество и отчаяние. Он говорит о том, что в общем-то можно соотнести отречение апостола Петра, когда он трижды сказал: «Не знаю человека сего» (Мк. 14:71), с отречением Иуды. А различие, по мнению прп. Серафима, состоит в том, что Петр нашел в себе силы покаяться, и покаялся, и возвратился в число апостолов, и был первоверховным апостолом. А Иуда такого мужества в себе не нашел, отчаялся и покончил жизнь самоубийством.

Священник Георгий Чистяков. Проповедь в Великий Четверг

Священник Георгий Чистяков

Важно иметь в виду, что евхаристическая мистика — это не мистика для элиты, узкого круга посвященных, это мистика, доступная каждому. Потому что даже тот, кто в силу каких-то причин не может поверить в пресуществление, преложение Святых Даров, приступает к Святым Тайнам, причащается по слову Иисуса: «Сие творите в Мое воспоминание». И каждый, кто любит Христа, становится подлинным участником Тайной Вечери, творя сие в воспоминание об Иисусе, даже если не понимает до конца, в чем смысл Евхаристии.

«Дидахе» — учение двенадцати апостолов — древний христианский текст, датируемый примерно концом I в., когда еще были живы непосредственные ученики апостолов, дает нам замечательный литургический текст, молитву: «Подобно тому, как этот хлеб был разбросан по горам, а затем собран воедино, так даруй, Господи, чтобы Церковь собралась воедино со всех концов земли в единое Царство». Апостол Павел говорит: «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор 10: 17).

Это мистическое единение всех в единое тело очень непохоже на нехристианские мистические системы, где человек, восстанавливая связь с Богом, наоборот, рвет связи с окружающими его людьми; оставаясь наедине с Богом, он уходит, отрывается от людей, противопоставляет себя им. В христианстве, в православии этого нет, никогда не было и, будем надеяться, не будет — иначе это уже будет не православие.

В христианстве чем мы ближе к Богу, тем ближе к людям. Христианин не может быть равнодушным к тому, что творится вокруг него. Наше мистическое единение с Богом направлено не на разрывание связей с миром, а, наоборот, на укрепление этих связей. Поэтому таинству Евхаристии предшествует «поцелуй мира», когда диакон, обращаясь к молящимся, восклицает:

«Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы».

Почему для совершения Тайной Вечери Спаситель использует именно хлеб? Во-первых, наверное, потому, что именно хлеб занимает центральное место в пасхальной трапезе у иудеев. Но кроме всего прочего — это продукт, над получением которого люди трудятся вместе. Одни пашут поле и сажают зерна в землю, затем их собирают и везут на мельницу. Другие мелют муку, третьи пекут хлеб и т.д. Таким образом, уже сам хлеб объединяет нас. Поэтому Господь именно его прелагает Духом Своим Святым в Свое Тело. И поэтому в евхаристическом хлебе Христос и скрыт, и открыт одновременно. Он и материален, видим, ощутим, входит в нас именно физически — и в то же время скрыт, мы не видим Его. Это момент, который нужно молитвенно принять в свое сердце.

Протопресвитер Александр Шмеман. Проповедь в Великий Четверг

Протопресвитер Александр Шмеман

«И Я завещаю вам, как завещал Мне Отец Мой, Царство, да ядите и пиете за трапезой Моею в Царстве Моем» (Лк. 22, 29—30). В ночи падшего, греху и смерти порабощенного мiра Тайная Вечерь явила неотмирный, Божественный свет Царства Божьего: вот вечный смысл и вечная реальность этого единственного, ни с каким другим несравнимого, ни к какому другому несводимого события.

И именно этот смысл Тайной Вечери раскрывается в евхаристическом опыте Церкви, его познает она самим своим восхождением в ту небесную реальность, которую на земле, единожды и навсегда, явил и даровал Христос на Тайной Вечери. И когда, подходя к причастию, мы молимся: «Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими», — это отождествление того, что совершается днесь, с тем, что совершилось тогда, именно и в полном смысле слова реально, ибо днесь мы собраны в том же Царстве, за той же трапезой, которую тогда, в ту праздничную ночь, Христос совершил с теми, кого «до конца возлюбил».

«До конца возлюбил» (Ин. 13, 1). И в евхаристическом опыте и в Евангелии Тайная Вечерь есть конец (τ ελος), то есть завершение, увенчание, исполнение любви Христовой. Той любви, что составляет сущность всего Его служения, проповеди, чудес и которою теперь Он отдает Сам Себя, Себя как Саму любовь. От начальных слов — «желанием возжелал Я есть пасху эту с вами» (Лк. 22, 15) — до исхода в Гефсиманский сад, все на Тайной Вечери — и умовение ног, и раздаяние ученикам хлеба и чаши, и последняя беседа — не только о любви, но сама Любовь. И потому Тайная Вечерь есть τ ελος, завершение, исполнение конца, ибо явление того Царства Любви, ради которого мiр был создан и в котором имеет свой τ ελος, свое исполнение. Любовью создал Бог мiр. Любовью не оставил его, когда отпал он в грех и смерть. Любовью послал в мiр Сына Своего Единородного, Свою Любовь. И вот теперь, за этой трапезой, являет и дарует эту Любовь как Царство Свое, а Царство Свое как «пребывание» в Любви: «Как возлюбил Меня Отец, и Я возлюбил вас, пребудьте в любви Моей» (Ин. 15, 9).

Схиархимандрит Авраам (Рейдман). Проповедь в Великий Четверг

Схиархимандрит Авраам (Рейдман)

Архимандрит Софроний (Сахаров) говорит, что литургия — это та же самая Тайная Вечеря, которая в древности была совершена Господом Иисусом Христом. Мы по своей немощи, маловерию и, как следствие, малой благодати не осознаем этого. Тем не менее и мы так же участвуем в Тайной Вечере, как участвовали в ней и апостолы. Нам кажется удивительным и странным то, что иногда даже во время литургии нас искушают всевозможные, иногда самые отвратительные, греховные помыслы, и, может быть, сильнее, чем в другое время (бывает и такая брань).

Но вспомним, что говорит евангелист Иоанн: когда Господь Иисус Христос дал Иуде Искариотскому хлеб, омоченный в солило, то в него вошел диавол. Он уже и до этого искушал Иуду, который действовал по его наущению, а здесь совершенно им овладел. Мы видим, что рядом со Спасителем и Его учениками (не каким-либо священником или архиереем, но Самим Сыном Божиим) во время совершения Им столь великого Таинства дерзает присутствовать диавол. И того, кто невнимателен к себе, неискрен, скрытен (в этом, с аскетической точки зрения, состояла ошибка апостола Иуды Искариотского), он искушает и губит. Другие же непостижимым образом освящаются, хотя понятно, что и они недостойны сего Таинства. Конечно, кто дерзнет сказать, что он достоин принять в себя Сына Божия? Только человек безумный. Однако, ощущая свое недостоинство, сохраняя веру, благоговение, преданность Спасителю, все истинные христиане во все времена, как когда-то апостолы, освящаются настолько, что становятся христоподобными.

Читайте также о Великом Четверге:

  • Великий Четверг. Тайная Вечеря. Что поется в этот день в храме
  • Великий Четверг. Когда у христиан самые добрые лица
  • Великий Четверг: почему целый год стоит ждать этот день

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *