Школу «Колумбайн» хотят снести

Власти округа Джефферсон в Колорадо предложили снести школу «Колумбайн», где 20 лет назад произошла стрельба, шокировавшая весь мир. Преступники, идущие на стрельбу в школах, до сих пор вдохновляются нападением на «Колумбайн», считают чиновники.

Двое подростков убили 12 учеников и учителя в «Колумбайне» в апреле 1999 года.

Суперинтендант округа Джефферсон Джейсон Гласс обратился к родителям школьников с предложением снести здание «Колумбайна» и выстроить заново, чтобы пресечь это «отвратительное увлечение» массовым убийством.

«Трагедия, которая произошла в 1999 году в средней школе «Колумбайн» служит отправной точкой в эпидемии случаев школьной стрельбы. Стрелки изучают случай «Колумбайна» и говорят о нем как об извращенном источнике вдохновения. Эти люди живут по всему миру и называют себя «колумбайнерами». Они помешаны на стрельбе в школе «Колумбайн».

Гласс утверждает, что 18-летняя Сол Паис, приехавшая в Колорадо в апреле и угрожавшая устроить стрельбу в местной школе, была одной из «колумбайнеров». По официальной версии, Паис совершила самоубийство — ее нашли мертвой 17 апреля.

По словам Гласса, каждый год в школу пытаются пройти несколько сотен человек, чтобы посмотреть на место преступления. За последние 11 месяцев количество таких людей возросло до рекордного уровня, утверждает чиновник.

«В 1999 году не существовало никаких руководств, как поступать с такими зданиями, как «Колумбайн», — говорится в обращении. — Сейчас эксперты по безопасности рекомендуют сносить здания школ, где была стрельба».

Школа «Колумбайн» была частично перестроена после нападения. Согласно новым предложениям, здание школы стоит снести и выстроить заново. Название и символика школы останутся прежними.

Мемориальное здание библиотеки, построенное после нападения, предлагается оставить, а на месте старой школы появится засаженное травой поле.

Что случилось в «Колумбайн»

20 апреля 1999 года двое учеников школы «Колумбайн», 17 и 18 лет, совершили нападение на школу, убив 12 учеников и преподавателя, после чего покончили с собой.

Нападение на «Колумбайн» до 2012 года оставалось самым кровавым в американской истории. Рекорд был побит в 2012 году в школе Сэнди Хук погибли 20 детей в возрасте от 6 до 7 лет и шесть женщин. Подозреваемый 20-летний Адам Ланза, убивший собственную мать перед тем, как отправиться в школу, покончил с собой.

С тех пор в США произошло несколько десятков случаев школьной стрельбы. В ряде случаев стрелки делали отсылки к преступлению в школе «Колумбайн».

В 2007 году в школе открыли мемориал погибшим. В этом году провели траурные мероприятия по случаю 20-летия стрельбы.

Источник: Би-би-си.

Обновлено 20/08/19 18:19:

Стрельба в школе «Колумбайн» 1999 год

История приобретения ими полуавтоматического пистолета Intratec TEC-DC9 выглядит весьма длинной. Известно, что изготовитель этого оружия сначала продал его находящейся в Майами «Navegar Incorporated», откуда позже в 1994 было так же продано «Спортивным Товарам Заднера» в Болдуине, Иллинойс. Затем оно попало во Фронтон в Колорадо к продавцу огнестрельного оружия Ларри Расселу. Нарушая федеральный закон, Ларри не вёл никаких записей и учётов продаж оружия, и поэтому затруднялся сказать, кому именно продал те пистолеты. Он лишь помнил, что покупатели тянули на возраст в 21 год, или даже больше. В отличие от Филиппа Дюрана и Марка Мэйнса Рассела не привлекли к суду, потому что он не смог опознать на фото ни Харриса с Клиболдом, ни Робин Андерсон.

Бомбы, которые подростки хотели взорвать в школе, были грубо сделанными устройствами из канистр углекислого газа, гальванизированных труб и металлических бутылок пропана, которые на последних перед терактом выходных Харрис и Клиболд купили за несколько сотен долларов в хозяйственном магазине. Бомбы были самовозгорающимися. Утром перед нападением Харрис купил ещё несколько бутылок пропана. Бомбы, которые Эрик и Дилан установили в кафетерии, имели что-то вроде таймеров, но последние были собраны в спешке и в итоге не сработали правильно. Позже было установлено, что если бы одна из этих двух бомб взорвалась должным образом, в «Колумбайн» тогда случился бы обвал, и число жертв исчислялось бы сотнями.

Мотивация

В своих дневниках Харрис и Клиболд написали очень много о том, как они совершат теракт, но гораздо меньше они написали о причинах того, почему хотят его устроить. Дневник, найденный в комнате Харриса, содержал детали, которыми день 20 апреля ребята распланировали ещё с пяти утра. В записях юноши часто писали о таких событиях, как Теракт в Оклахома-Сити, Осада »Маунт Кармел» и другие аналогичные случаи. Записи об этом большей частью походили на рекламу тех событий, так как в них Харрис и Клиболд высказывали желание «превзойти» эти теракты. Особенно они сосредотачивали своё внимание на том, что Тимоти Маквей устроил в Оклахома-Сити. Ребята напрямую высказывали в дневниках желание оставить об этих событиях миру длительное впечатление путём такого вида насилия, как террористический акт.

В своём дневнике Харрис написал о своём видении и восхищении того, что он представлял в качестве естественного отбора, и что как бы ему хотелось поместить всех внутрь игры «Doom» и проследить, чтобы все слабые умерли, а сильные выжили. Наверное поэтому в день теракта Харрис был одет в белую футболку, на которой чёрным было написано «NATURAL SELECTION. В целом, эта версия подтверждается тем, что позже следствие пришло к выводу, что никто из убитых жертв не был выбран Харрисом или Клиболдом, как конкретный объект для мести.

Очень много споров вызвала дата теракта, так как, согласно записям, первоначально нападение планировалось в понедельник 19 апреля. Причины, по которым ребята перенесли её на день позже, так и остались невыясненными. Единственное объяснение — 19 апреля 1999 года Эрик уговорил Марка Мэйнса купить за 25$ ещё дополнительных патронов к Tec. Тот спросил его, зачем они ему, но Эрик лишь отмахнулся и сказал, что они «нужны ему на завтра». Мэйнс не смог достать эти патроны раньше вечера, и, возможно, поэтому дата теракта была перенесена на день. В СМИ высказывалась также версия, что дата теракта была подогнана под день рождения Адольфа Гитлера, однако люди, хорошо знавшие пару, такие, как Робин Андерсон, сначала сказали, что Харрис и Клиболд никогда не были одержимы нацизмом или вообще как-то восхищались или поклонялись Гитлеру, но под конец Андерсон призналась, что у пары явно наблюдались секреты, о которых они не говорили даже близким друзьям.

Харрис собирался завербоваться в Корпус морской пехоты США, но незадолго до перестрелки его заявление было отклонено, потому что он принимал антидепрессант лювокс, который являлся частью предписанной ему судом терапии. Вполне вероятно, что это могло стать хотя бы частично причиной его агрессии, вылившейся в теракт, однако, как обнаружило следствие, Харрис ничего не знал об отклонении заявления. Высказывалось предположение, что причиной ярости также могло послужить прекращение приёма лювокса, но вскрытие показало, что в момент смерти в его организме количество лювокса было на терапевтическом уровне. Несмотря на представление о том, что именно резкое прекращение приёма антидепрессанта может нарушить социальное функционирование человека, после трагедии в школе «Колумбайн» противники современной психиатрии, в том числе Питер Бреггин, заявили, что психотропные средства, которые были прописаны Эрику Харрису для подавления его агрессии, усилили его агрессивность.

Проблемы с психикой у Эрика в конечном итоге привели даже к тому, что в отношениях с Диланом у него начались трения. Незадолго до теракта Дилан несколько раз сказал своей матери, что считает Эрика сумасшедшим и хочет прекратить с ним дружбу, но сделать это в открытую он побаивался.

Дневники и исследования

Харрис начал вести свой дневник через некоторое время после истории с грузовиком в Литтлтоне, в апреле 1998. Тогда же, согласно записям, и начал разрабатываться план теракта. Время нападения было чётко запланировано: 11:17 утра, так как по мнению Харриса именно в этот момент в школьном кафетерии было большее число учеников.

Профиль индивидуальности Эрика Харриса, который был основан на его записях в дневнике и на свидетельских показаниях близких, охарактеризовал его поведение, как «злокачественная самовлюбленность… (с) патологической самовлюбленностью, антиобщественными особенностями, параноидальными характеристиками и добровольной агрессией». Между тем, такой профиль нельзя рассматривать как настоящий психиатрический диагноз, потому что такие, как правило, должны обычно заключаться при общении лицом к лицу с пациентом, а также основываясь на его формальном психологическом тестировании и сборах о нём сопутствующей информации.

Роль Дилана Клиболда в перестрелке в течение некоторого времени была окружена тайной. В своём дневнике Клиболд написал, что он и Харрис являются богоподобными людьми и куда более развитыми, чем другие люди. Тем не менее секретный дневник Клиболда содержал настоящую самоненависть и суицидальные намерения. Хотя у обоих юношей были трудности в совладании с их гневом, именно у Клиболда припадки гнева были настолько велики, что он относился к проблемам гораздо серьёзнее, чем Харрис. Было установлено, что Клиболд любил спорить с учителями и ругаться со своим начальником в «Блэкджек Пицца». Согласно их видеозаписям арест в январе 98-го был для них своего рода очень травмирующим. Где-то в этот период Клиболд написал Харрису письмо, в котором высказал желание устроить месть в виде забавы и убийства полицейских. В день теракта на Клиболде была надета чёрная футболка с красной надписью «WRATH» (рус. гнев), что породило версию, что теракт был устроен именно с целью мести за тот самый арест, и что ребята явно планировали устроить вместе с терактом и крупную перестрелку с полицией. В дневнике Клиболда была найдена запись, согласно которой он считал, что «жизнь не была бы забавной без небольшого количества смертей», и что ему хотелось бы, чтобы многие моменты его прошлого прошли в разрушающих нервы завихрениях убийств и кровопролитии. В заключении он написал, что позже убьёт себя, чтобы «уйти в лучшее место из мира, который он ненавидит».

Официально была высказана версия, что Клиболд и Харрис просто от природы были психически больными и именно это было причиной теракта. От этой версии была образована другая, согласно которой, все причины и мотивы, что ребята перечислили в своих дневниках, были на самом деле ими выдуманы, дабы быть мотивированными убийцами.

Хотя на сегодняшний день в распоряжении общественности и Интернета уже давно доступны дневники и любительские видеофильмы Харриса и Клиболда (которые названы как «Подвальные ленты»), тем не менее, существует несколько видеозаписей, которые полиция до сих пор не показывает общественности. Согласно сообщениям, на этих записях Харрис и Клиболд как раз обсуждают мотивы теракта, а также дают небольшие инструкции по созданию самодельных бомб. Полиция не показывает эти плёнки, мотивируя свой отказ тем, что их содержание является «призывом к оружию» и «практическими рекомендациями», которые вполне могут развить подражание.

Беспорядок в СМИ

Первоначально предполагалось, что Харрис и Клиболд были, как уже говорилось, членами группы «Trenchcoat Mafia». «Trenchcoat Mafia» была небольшой группой аутсайдеров «Колумбайн», которые носили длинные чёрные тренчкоты. Изначально группа была лишь маленьким сообществом геймеров, которые всегда ходили вместе и начали носить тренчкоты, после того, как одному из их членов на Рождество подарили ковбойский плащ. Название «Trenchcoat Mafia» дали группе спортсмены «Колумбайн». Хотя и было установлено, что Харрис и Клиболд входили в состав группы, расследования показали, что дружеские отношения в группе ребята поддерживали только с Крисом Моррисом, и что большинство первичных членов группы на момент теракта уже покинули школу. Большая часть членов группы и вовсе знала ребят только из-за их знакомства с Моррисом и поэтому в дальнейшем никто из них не был арестован по подозрению в пособничестве теракта.

Было проведено социологическое расследование в субкультуре Старших школ, с целью выявить предотвращение факторов, которые могли привести к такой ситуации в других школах. После теракта некоторые ученики североамериканских Старших школ посетили специальные семинары, на которых поощрялась терпимость и осуждалось задирание. Тем не менее эффективность этих семинаров, как предотвращение запугиваний, вышла не совсем чёткой, поскольку дальнейшие расследования показали, что запугивание было не единственной причиной теракта.

Случай с Харрисом и Клиболдом умудрился затронуть даже американскую культуру. В частности известный певец Мэрлин Мэнсон в 2000 году выпустил альбом «Holy Wood», в котором есть песня «The Nobodies». В этой песне есть такие строки:

Что переводится, как:

«На следующий день умерло несколько детей / Мы выкармливали машины и мы молились / Нас стошнило и мы погрязли в болезненной вере / Видели бы вы телерейтинги в тот день.

Мэрлин Мэнсон остался не единственным певцом, которого заинтересовал данный случай. Менее известный, чем сам Мэнсон, но известный в кругах рэпперов исполнитель под псевдонимом Bones в 2014 году выпустил альбом под названием TEENWITCH, в песнях которого он раскрывает мотивы Эрика и Дилана. В одном из треков под названием «TheCafeteria» он проводит сравнение между собой и ими:

«I’m feelin somethin like Eric.

But im lookin just like Dylan.

Что переводится, как:

«Я ощущаю себя Эриком.

Но выгляжу как Дилан.»

После стрельбы в большинстве СМИ мелькала информация о том, что прослушивание музыки «Marilyn Manson» было одним из факторов, который спровоцировал юношей на убийства, хотя на самом деле ни Харрис, ни Клиболд не являлись фанатами группы. В фильме Майкла Мура «Боулинг для Колумбины» представлено интервью о перестрелке с самим Мэнсоном, где Мур спросил Мэнсона, что бы тот сказал детям и людям из Колумбайн. Мэнсон ответил на это: «Я бы не сказал им ни слова. Я бы выслушал, что им самим нужно было бы сказать. Так бы не сделал никто». Также в фильме звучит акустическая версия песни, которую на этот раз исполнил Kurt Engfehr, во время просмотра видеокамер слежения и вызовов в службы экстренной помощи.

Много противоречий вызвал спор о том, стоит ли увековечивать память Харриса и Клиболда. Одни утверждали, что это будет прославлять их, как убийц, другие же считали, что Харрис и Клиболд сами были жертвами. Тем не менее, плотник из Иллинойса Грэг Зэйнис изготовил ровно пятнадцать крестов, которые потом были установлены на Ребел Хилл в Клемент Парк, что расположен через улицу от «Колумбайн». Известие о том, что вместе с крестами жертв стоят и кресты Харриса и Клиболда, вызвало волну ещё одного протеста со стороны общественности. За всё то время, что кресты стрелков там простояли, на них появились надписи «Ненависть порождает ненависть» и «Я прощаю тебя». На кресте Клиболда даже стояла простая надпись «Зачем?» Тем не менее нельзя сказать, что самих Харриса и Клиболда считали именно убийцами. 79-летний житель Денвера Джин Карни написал на кресте Клиболда: «Может, Бог пощадит твою душу. Сожалею, что мы все тебя подвели», а 29-летняя Мелисса Мак-Брайд написала на кресте Харриса: «Он — всё ещё ребёнок Бога и любви». Отец убитого Дэниела Рорбофа постоянно удалял эти два креста, считая, что убийцы, какими жертвами они сами бы не были, не должны увековечивать свою память рядом с теми, кого же они сами и убили. В конечном итоге кресты Харриса и Клиболда под давлением общественности были убраны навсегда.

Первое время множество должностных лиц ошибочно считали причиной теракта плохое воспитание и обвиняли в этом семьи Клиболда и Харриса, так как выяснилось, что и те, и другие даже не подозревали о том, чем занимаются их сыновья. Тем не менее моральную и психологическую поддержку семья Клиболд получила в первую очередь от родственников погибших, конфиденциальные встречи с которыми помогли им восстановиться.

Родители Дилана Клиболда

В октябре 1999 семья Клиболд объявила о намерении подать судебный иск против полицейского управления Округа Джефферсона. Основанием их решения было то, что если полиция зафиксировала сигнал от семьи Брукса Брауна, когда Эрик на своём веб-сайте угрожал Бруксу, то почему-то не предприняла никаких соответствующих мер, которые вполне возможно не дали бы в дальнейшем случиться тому, что случилось. Несколько семей тех жертв, что не выжили, включая семью Дэниела Рорбофа, выразили поддержку этого намерения. 15 апреля 2000 года Клиболды написали открытое письмо, в котором выражали скорбь вместе со всеми семьями погибших и благодарили тех, кто оказал им в этот тяжёлый период поддержку. В заключении они пришли к выводу, что «единственный способ почтить всех жертв, это пытаться выявить причины того, почему произошла эта трагедия».

13 октября 2009 года в журнале «O, The Oprah Magazine» было напечатано письмо Сьюзен Клиболд под заголовком «Я никогда не узнаю почему» (англ. I Will Never Know Why). В нём она рассказывает, что ещё до теракта обратила внимание на то, что её младший сын стал очень тихим и задумчивым, и когда она спросила его, что с ним, он ответил, что просто очень устаёт. Чуть позже Сьюзен завела с ним разговор про его отъезд в колледж, так как по её мнению Дилан выглядел явно не готовым к расставанию с семьёй, и поэтому она сказала ему, что если это так, то он может пойти в местный колледж, на что Дилан ответил: «Я точно хочу уехать». Утром 20 апреля Сьюзен Клиболд обратила внимание на то, что Дилан проснулся на 20 минут раньше обычного и тут же выбежал из дома. «Пока», — это были последние его слова, сказанные ей (причём, Сьюзен обратила внимание на то, что его голос был каким-то возбуждённым), после чего он сел в машину и уехал. О теракте Сьюзен узнала после полудня, когда ей на работу позвонил Томас. Самому Томасу в свою очередь позвонил один из друзей Клиболда, из сбивчивых объяснений которого Томас в основном понял то, что в школе двое молодых людей в длинных чёрных плащах открыли стрельбу, и что Дилан и Эрик в то утро не присутствовали на первых уроках. К тому моменту, как он позвонил жене, Томас обыскал весь дом, надеясь найти плащ Дилана, но так и не нашёл его. О смерти своего младшего сына Томас и Сьюзен узнали только вечером 20 апреля, а на следующий день они узнали и о количестве его жертв. К тому моменту семья Клиболд была задержана SWAT, которая велела им покинуть дом, так как было подозрение, что в доме могли остаться самодельные бомбы. «Всю оставшуюся часть моей жизни я буду часто охвачена ужасом и мучением от того, что сделал Дилан» — написала в этом письме Сьюзен, — «Дилан изменил всё, во что я верила: в себя, в Бога, в семью, в любовь. … Я не могла понять участие Дилана в теракте до тех пор, пока не связала это с тем, что Дилан в завершение совершил суицид». С её слов, когда она наконец получила доступ к дневникам сына, то, по её собственным словам, поняла, что «Дилан вошёл в школу с намерением умереть там». Спустя 13 лет в 2012 году в книге Эндрю Соломона «Далеко от дерева: родители, дети и поиск идентичности» (англ. Far From the Tree: Parents, Children and the Search for Identity) Сьюзен сделала шокирующее признание, сказав автору, что когда 20 апреля она узнала, что это Дилан может быть тем террористом, то начала молиться, чтобы он убил себя прежде, чем убил ещё кого-нибудь.

Семья Харрис уехала из Литтлтона в 2005 году, Клиболды — в апреле 2014 года. 15 апреля 2000 года обе семьи написали своё открытое письмо:

Мы до сих пор опечалены страданиями, которое последовали из действий нашего сына. Мы любили нашего сына нежно и ежедневно ищем в наших душах хотя бы слабые причины того, почему он сделал такую ужасную вещь. То, что он сделал, было непростительно и находится вне нашего понимания. Течение времени должно всё же уменьшить боль.

В заключении они так же благодарят всех, кто оказал им в этот период поддержку.

Брат Эрика Кевин женился в 2005 году, брат Дилана Байрон — в 2006.

Иски

В апреле 2001 года более 30 человек предъявили Харрисам, Клиболдам, Марку Мэйнсу и Филипу Дюрану иски в размере 2,538,000 долларов. Харрисы и Клиболды, используя свои страховки, в конечном итоге выплатили 1,568,000 долларов, Мэйнс — 720,000 долларов и Дюран — 250,000 долларов. Заодно обеим семьям было приказано держать наготове 32 тысячи долларов на случай будущих претензий, Мэйнсу — 80 тысяч и Дюрану — 50 тысяч. Одна семья подала против Харрисов и Клиболдов иск в размере 250 миллионов долларов и не приняла условия расчёта в 2001 году.

Видеоигры

Ребята создавали собственные уровни для таких игр, как «Doom», а также всякие графические модификации. Одной из функций таких уровней были множество монстров и бесконечный поток патронов и оружия. Вопреки ранним слухам, которые появились сразу после перестрелки, ни один из этих уровней и близко не напоминает школу «Колумбайн».

Кино

Керченский политехнический колледж — это русский «Колумбайн». Полностью восстановленная картина произошедшего в Крыму не оставляет сомнений: студент-химик Владислав Росляков копировал печально известных Эрика Харриса и Дилана Клиболда — двух тинейджеров, которые 20 апреля 1999 года идентичным образом расстреляли школу «Колумбайн» в штате Колорадо.

Вот факты.

Возраст

Рослякову на момент преступления исполнилось 18 лет, как и Эрику Харрису (Клиболду было 17).

Поделиться видео </> xHTML-код

Владислав Росляков. Что известно о керченском стрелке.Студент, расстрелявший 19 человек, три года ходил в колледж со штык-ножом. Все об этом знали.

Время преступления

И в «Колумбайне», и в Керчи массовые убийства произошли во время уроков, в будний день, с 11 до 12 утра.

Одежда

Эрик Харрис пришел на убийство в темном плаще, но уже в школе снял его, оставшись в черных брюках и белой футболке с надписью «Natural Selection» («Естественный отбор»). На нем также были черные тактические перчатки (с открытыми пальцами).

Росляков пришел в темной куртке, но в колледже снял ее и остался в черных брюках и белой футболке с надписью «Ненависть» . На одну из его рук была надета черная тактическая перчатка.

Росляков состоял в соцсетях в тематических группах, посвященных событиям в школе «Колумбайн». В день трагедии в керченском колледже он даже оделся, как один из американскмх стрелков

Помповое ружье

Эрик Харрис при расстреле использовал обрез помпового ружья и самозарядный карабин.

Росляков стрелял из короткого помпового ружья, которое можно купить в России для охоты.

Взрывные устройства в столовой

Харриси Клиболд собирали самодельные бомбы. До начала своего нападения они пронесли их в сумках в школьный буфет и заложили там, и лишь, по счастливой случайности, они не сработали.

Росляков тоже заложил самодельные взрывные устройства в столовой колледжа, но в отличие от американского случая одно из них сработало. Вторую несработавшую бомбу нашли при разминирования керченского колледжа.

Зажигательная смесь

У Харриса и Клиболда при себе были бутылки с зажигательной смесью. Одну из них они успели подорвать перед смертью.

После смерти Рослякова в его рюкзаке были обнаружены бутылки с зажигательной смесью и коктейль Молотова. Привести их в действие не успел.

Жертвы

Колумбайн: 13 убитых, 23 раненых

Керченский политехнический колледж: 20 убитых, около 50 раненых.

Эрик Харрис и Дилан Клиболд

Поделиться видео </> xHTML-код

«Пацаны падали и их кровь разлеталась».»Я видела, как пацаны просто падали. И их кровь разлеталась. Это у меня всё перед глазами». От рассказов очевидцев о взрыве в политехническом колледже в Керчи кровь стынет в жилах…

Самоубийство в библиотеке

При расстреле в «Колумбайне» больше всего жертв было в школьной библиотеке. Харрис и Клиболд убили там 13 человек и еще 23 ранили. Вскоре после этого совершили самоубийство.

Маршрут Рослякова по колледжу закончился в библиотеке, где он совершил самоубийство абсолютно тем же способом, что и Эрик Харрис.

Остается добавить, что феномен «колумбайнеров»-подражателей хорошо известен в США. В 2015 году вышло научное исследование, где подсчитали: за полтора десятилетия на американские школы было совершено 74 нападения, которые по тем или иным признакам копировали бойню в «Колумбайне».

Трагедии в Колорадо и в Крыму

НАШИ ТРАГЕДИИ

3 февраля 2014 года. Десятиклассник Сергей Гордеев прогулял первые уроки, а потом явился в школу с двумя отцовскими винтовками. Увидев направленный на него ствол, охранник пропустил подростка в здание. Класс Гордеева сидел на уроке географии. Школьник застрелил учителя, Андрея Кирилова, а когда в школу примчался ближайший полицейский патруль, начал стрелять и по людям в форме. Один полицейский погиб на месте, другой получил тяжелое ранение и чудом выжил. Гордеева уговорил сдаться родной отец, который последние годы часто вывозил сына на стрельбище и учил управляться с оружием. На суде Сергей Гордеев был признан невменяемым, в феврале 2016 года его направили на принудительное лечение.

На суде Сергей Гордеев был признан невменяемым

5 сентября 2017-го в подмосковном городе Ивантеевка 15-летний Михаил Пивнев открыл стрельбу в одноклассников из пневматического пистолета, потом несколько раз ударил учительницу информатики кухонным топориком. Он пытался взорвать самодельную бомбу, но та не сработала. Дети выпрыгивали из класса через окна со второго этажа. Двое школьников попали в больницу с переломами ног. Расследование еще не завершено. Известно, что подросток состоял в соцсетях в тематических группах, посвященных событиям в американской школе «Колумбайн».

Александр РОГОЗА

В ТЕМУ

Что такое «Колумбайн»: расстрелянная американская мечта

«Комсомолка» вспоминает самые резонансные бойни в учебных заведениях США

— Это (случившееся в Керчи. — Ред.) в том числе, судя по всему, результат глобализации, как ни странно. Вот в соцсетях, в интернете мы видим, что там целые сообщества созданы. Все началось с известных трагических событий в школах США, — прокомментировал трагедию Владимир Путин, выступая на валдайском форуме. О каких же событиях говорил российский президент? «Комсомолка» вспоминает наиболее кровавые бойни в американских колледжах, которые там называются «шутингами» (расстрелами). (подробности)

«Круто было бы устроить бойню»: керченский стрелок рассказывал друзьям о своих планах атаки на колледж

Владислав Росляков скрывал в соцсетях свое настоящее имя, но иногда делился с друзьями своими мыслями

Владислав Росляков, устроивший взрыв и открывший стрельбу в Керченском политехническом колледже, рассказывал друзьям о своих планах. В подробности задуманного не посвящал, но одной подруге заявил, что «круто было бы устроить бойню». (подробности)

Владимир Путин о трагедии в Керчи: молодые люди создают себе лжегероев

По мнению главы нашего государства, массовое убийство в Керченском политехническом колледже является «результатом глобализации». По его словам, из-за того, что в интернете недостаточно полезного контента для молодежи, подростки создают себе лжегероев.

moloko vellocet


Сегодня многие вспомнят про день рождения Гитлера, многие отметят 4/20, а я напишу про двух странных подростков из штата Колорадо, Дилана Клиболда и Эрика Харриса, которые 20 апреля 1999 года вошли в историю как организаторы одной из самых кровавых и бессмысленных трагедий в США.
20 апреля 1999 года Дилан Клиболд, семнадцатилетний ученик школы Колумбайн, проснулся очень рано, ещё затемно. Быстро собравшись, он спустился в холл дома, крикнул «Пока!» своим родителям, хлопнул дверью, завёл старый чёрный БМВ 1982 года выпуска, который они вместе с отцом починили и перекрасили, и отправился к дому друга, Эрика Харриса, которому 11 дней назад исполнилось 18 лет.
Этот день они планировали около года. Несколько месяцев, с декабря 1998го, Рэб и ВоДКа, как Эрик Харрис и Дилан Клиболд называли друг друга между собой, заготавливали так называемые «трубные» бомбы. Для этого они брали короткие водопроводные трубы, закрученные колпаками с обоих концов (в одном из колпаков заранее была просверлена дырка для фитиля), и наполняли их порохом, извлечённым из фейерверков – получалась самодельная граната, которая могла сильно ранить при взрыве. В качестве дополнительной шрапнели к бомбам изолентой были прикручены гвозди. В дополнение к «трубным бомбам», Эрик и Дилан делали также «сверчки»: наполненные порохом пустые баллончики из-под сжатого углекислого газа – такие используют в пневматических винтовках, для зарядки сифонов и тому подобного. Наполненный взрывчатым веществом, такой снаряд может разлететься в случайных направлениях в виде кусков свинца на небольшое расстояние, тоже нанося чувствительные повреждения, не говоря о громком звуке. Для зажигательных бомб была запасена большая канистра горючей смеси – классический рецепт «коктейля молотова», бензин с машинным маслом.
Незадолго до этого, несмотря на несовершеннолетие, Эрик и Дилан смогли также приобрести 4 ствола: помповый дробовик, двустволку, девятимиллиметровый карабин и полуавтоматический пистолет ТЭК-9 фирмы «Интратек», напоминавший скорее маленький автомат с длинным магазином на 30 патронов. Ружья были куплены на выставке оружия в декабре прошлого года. Пистолет для Дилана был раздобыт через знакомого знакомых по имени Марк Мейнз, типичного металлиста в косухе с длинным понитейлом, который приторговывал травой и оружием в округе. Подростки вышли на него через коллегу по пиццерии «Блэкджек», где они работали – большая часть заработанных Эриком и Диланом денег пошла на финансирование 20 апреля. Позднее, вместе с Марком и его подругой Джессикой они ездили в горы, чтобы попрактиковаться в стрельбе на безлюдном лесном склоне, где могли спокойно стрелять по толстым соснам, бутылкам и кеглям для боулинга. Когда имя Марка стало известно после трагедии, он был приговорён к 6 годам за продажу оружия несовершеннолетнему, однако вышел спустя 18 месяцев.
Эрик и Дилан называли этот день NBK – сокращение от фильма Оливера Стоуна “Natural Born Killers”, который они обожали. Центром НБК должны были стать пропановые бомбы – 6 газовых баллонов с самодельными часовыми механизмами, собранными по инструкциям из «Поваренной книги анархиста». В качестве детонатора подростки использовали аэрозольные баллончики и всё те же «трубные бомбы», подсоединённые к заводному будильнику и батарейке. Две бомбы предполагалось расположить в кафетерии, где собиралась большая часть учащихся Колумбайн во время большой перемены. Две другие должны были стать отвлекающим манёвром – их бросили на открытом холме на расстоянии полутора километров от школы. Ещё две бомбы Эрик и Дилан оставили в своих автомобилях, усилив кучей красных канистр с бензином, которые они просто свалили в багажники и на задних сидениях.
Двое старшеклассников собирались уничтожить свою школу и всех, кто был в ней.
План атаки состоял из трёх актов, как фильм или классическая драма. Первый акт был большим взрывом. Две пропановые бомбы, заложенные в кафетерии во время большой перемены, убивают 300-400 человек (Эрик и Дилан предварительно подсчитывали количество людей в стловой).
Второй акт заключался в уничтожении тех выживших, которые в панике будут выбегать через главный вход в школу, – для этого Эрик и Дилан купили ружья и пистолет. Они собирались занять позиции на холме напротив школы, и под прямым углом зажать выживших в crossfire – крестовой огонь, открытый под углом 90 градусов друг к другу. Эту фазу своей атаки Эрик и Дилан не собирались пережить до конца: по их предположениям, полиция, появившаяся спустя десять-пятнадцать минут после первых взрывов, должна была бы застрелить их в массовой перестрелке. Последним актом драмы должен был стать взрыв бомб, заложенных в машинах, который должен был добить тех, кого не достали пули.
Расписание атаки в ежедневнике Эрика гласило:
«5:00 – подъём
6:00 – встретиться у КС (King’s Scoopers – аптека в открытом супермаркете, где Эрик и Дилан работали)

7:00 – встретиться в доме Рэба
7:15 – он идёт купить пропан, я иду купить бензин
8:30 – встреча снова в доме
9:00 – загрузить сумки в машину
9:30 – потренироваться с вооружением, отдохнуть
10:30 – установить четыре штуки
11 – пойти в школу
11:10 – поставить сумки
11:12 – ждать у машин, вооружиться
11:16 – ХАХАХА»
Запись у Дилана была:
«Зайти, поставить бомбы в 11:09 на 11:17
Выйти, вооружиться в парке Клэмент, вернуться к 11:15
Установить бомбы в машинах на 11:18
Когда взорвутся первые бомбы, атаковать. Повеселиться»
Вечером предыдущего дня Эрик принёс домой к Дилану тяжёлую сумку с газовыми баллонами – он и так хранил у себя слишком много «оборудования». Родители Дилана решили, что это был монитор для компьютера или что-то в этом роде – Эрик и Дилан были большими энтузиастами во всём, что касалось компьютеров и технологий. Они изучали компьютерные технологии в школе, усиленно занимались математикой, а в последний год учёбы записались в класс видеопроизводства, где их учили основам кинематографии. Один из коротких фильмов, снятых для этого класса, станет впоследствии наиболее известной работой Эрика и Дилана – «Убийцы по вызову», серия мрачно-пародийных сюжетов о двух безжалостных наёмных убийцах в чёрных тренчах и тёмных очках (убийц играли режиссёры, конечно же), которые расстреливают школьных хулиганов за то, что те издеваются над несчастными очкариками… а после оплаты работы расправляются и со своими неудачливыми заказчиками – просто за то, что те такие тупые недотёпы. Одна из наиболее удачно снятых сцен фильма будет показана во всех документальных сюжетах о последовавшей трагедии: Эрик и Дилан в роли убийц выходят из-за угла в главный коридор школы, одетые в длинные чёрные плащи, главный фэшн-стейтмент конца 90х. Освещённые только со спины лучами скудного зимнего солнца, попадающего в просторный коридор через широкие стеклянные двери главного входа школы Колумбайн, два старшеклассника на момент становятся чёрными силуэтами, и угрожающе надвигаются на зрителя. Искусство, впоследствии претворившееся в реальность, так точно повторило её, что слилось с трагедией в одно.
Утром подростки встретились, как и запланировали, возле аптеки, подождали, пока родители Эрика уйдут по делам, и вернулись к нему домой. Они пропустили первый урок – боулинг, который шёл как физкультура. В школе это заметили – Эрик и Дилан редко прогуливали боулинг. Но в это утро, пока их одноклассники катали шары, они записывали своё последнее видео-обращение на старой кассете, которую кто-то когда-то пометил «НИКСОН» — надпись будет занимать умы исследователей трагедии годами. Ещё четыре кассеты, так называемые «подвальные плёнки», снятые в основном в комнате Эрика Харриса в нижнем этаже дома его родителей, будут впоследствии вместе с последней плёнкой держаться в строжайшем секрете из опасений полиции. На этих кассетах, в отличие от своих школьных видео-уроков, Эрик и Дилан напрямую объясняли свои мотивы и цели. Леденящие душу признания, во избежание появления подражателей, будут показаны только один раз для родителей и журналистов, чтобы затем исчезнуть под грифом «секретно» навсегда.
Они сложили оружие в машины, сделали последние покупки – пропан, бензин, немного быстрой еды для подкрепления сил перед убийством, и поехали к своей школе Колумбайн, которую планировали уничтожить целый год. Немного опоздав с прибытием, Эрик и Дилан быстро схватили тяжёлые сумки с бомбами, и понесли их в сторону кафетерия. У них было мало времени. Бомбы были заведены на 11:17, а на часах было уже 11:14 – всего три минуты на то, чтобы установить машины смерти, выйти, вооружиться и занять позиции.
Старшеклассник Брукс Браун вышел перекурить. Заметив Эрика, он окликнул его: «Эрик, что с тобой творится? У нас была контрольная по психологии, ты прогулял!». «Это уже не имеет значения» — холодно ответил Эрик, беря сумку из багажника, — «Брукс, ты теперь мне по душе. Уходи отсюда, иди домой». За год до этого Эрик поссорился с Бруксом Брауном, и часто писал о том, что хочет убить его. Мать Брукса неоднократно сообщала полиции об этих угрозах, и на Эрика Харриса был даже выписан ордер на обыск… который почему-то потерялся в волнах полицейской бюрократии. Если бы обыск был произведён, в комнате Эрика Харриса нашли бы около сотни самодельных взрывных устройств, которые он готовил к своему «большому дню». Брукс не уловил угрозы в словах Эрика в тот день, пожал плечами, и пошёл домой – он жил недалеко от школы, и ходил на учёбу пешком.
Встретившись у входа, Эрик и Дилан спокойно вошли в кафетерий, который уже был заполнен учениками, спешившими взять обед. Они поставили сумки с бомбами под столами в центре обеденного зала, рядом с большими колоннами, поддерживавшими потолок – Эрик рассчитывал, что взрыв снесёт их, и те, кого не убьёт взрывом, окажутся погребены под обломками. Сделав это, они торопливо вышли наружу, ожидая взрывов. Эрик и Дилан пошли к своим машинам, и стали быстро, как во время бесчисленных тренировок, нацеплять на себя военные разгрузки, утыканные оружием, самодельными гранатами и ножами на случай рукопашной. На часах было 11:18. Ничего не произошло.
Не было ни взрыва, ни криков, ни даже громкого хлопка. Стоял тихий апрельский день. На другом конце городка одна из «отвлекающих бомб» сдетонировала, устроив небольшой пожар на травянистом пустом холме, но не более – туда была выслана полицейская машина по звонку от соседей. Возле школы всё было спокойно.
Эрик почему-то оставил свою позицию у машины, и подошёл к автомобилю Дилана, припаркованному метрах в ста напротив. Возможно, он боялся, что Дилан струсит, и бросит всё после провала главных бомб. «Пошёл, пошёл, пошёл!» — крикнул кто-то. Прикрыв свои арсеналы длинными чёрными плащами, Эрик и Дилан бросили обрезы в сумки, нацепили на плечи рюкзаки с бомбами и поднялись по боковой лестнице в школу. Эрик достал карабин и открыл огонь по людям на школьной парковке.
Атака длилась не более 40 минут. Первыми погибшими были Рейчел Скотт и Ричард Кастальдо, которые в это время обедали на холме. Дэниел Рорбах, Шон Грейвс и Лэнс Кирклин, выходившие наружу через боковые двери, увидели стрелявших, но из-за драматических плащей и киношных поз стрелков решили, что это розыгрыш, и приблизились, чтобы посмотреть на происходящее. Все трое были тут же ранены и упали на землю. Шон Грейвс оказался тут же парализован ниже пояса – пуля, срикошетив внутри его рюкзака, задела позвоночник. Ещё три года он будет бороться с ранением. Несмотря на боль, он лежал на земле, и притворялся мёртвым. Это, возможно, спасло его жизнь. Двое его друзей продолжали подавать признаки жизни. Дилан взял обрез, и спустился по лестнице, чтобы добить раненных с близкого расстояния. Дэнни Рорбах получил от Дилана ещё одно ранение, на этот раз в грудь, в упор, из короткого, спиленного до самого деревянного ложа обреза, дававшего неимоверную отдачу. Несмотря на все попытки убить его, Дэн всё ещё был жив – спустя двадцать минут он истечёт кровью до смерти. Лэнс Кирклин лежал на земле, не понимая, что с ним. Он нащупал чью-то ногу рядом. «Помогите!» — прохрипел он. «Конечно, сейчас я помогу тебе!» — ответил Дилан Клиболд, приставил обрез к лицу Лэнса и спустил курок во второй раз. Лэнс выжил. Дробь вырвала часть его нижней челюсти. Он перенесёт 9 операций по её восстановлению.
Стрельба снаружи привлекла внимание людей в кафетерии. Сквозь толстые стены были слышны только громкие хлопки, как будто кто-то бросает петарды. Ученики неуверенно подошли к широким окнам, чтобы понять, что происходит, но не могли видеть стрелков, которых закрывал изгиб холма – однако было ясно, что что-то странное случилось на парковке. Люди бежали во все стороны. Эрик продолжал вести огонь. Дилан поддерживал его в основном морально – кроме двух выстрелов, которыми он добивал лежачих, он сделал ещё три из своего пистолета, но больше до входа в школу Дилан не выстрелит ни разу.
Эрик успел ранить ещё пять человек, пока возле двери не появилась учительница Патриция Нелсон, дежурившая в это время в коридорах школы. Заметив учеников с ружьями и услышав шум, она, как и несчастный Дэн Рорбах, решила, что это какой-то розыгрыш, и направилась к дверям наружу, чтобы потребовать немедленно прекратить. Школьник Браян Андерсон, проходивший мимо, пошёл вслед за ней, направляясь к выходу. Эрик повернулся к дверям и заметил двоих. Он вскинул карабин, прицелился, улыбнулся и выстрелил. Осколки ранили Браяна и Патрицию в грудь и плечи. Браян спрятался в одной из хозяйственных кладовок со швабрами. Патриция побежала в библиотеку звонить в полицию. Однако полиция уже была в пути – по крайней мере, один полисмен, Нил Гарднер, который был ответственным за школу. Каждый день его можно было видеть в его яркой жёлтой форменной рубашке в кафетерии, где он говорил с детьми, знакомился с новыми учителями, и был в курсе событий Колумбины. В этот день он ел обед в патрульной машине недалеко от места, где Эрик и Дилан начали стрельбу.
Получив сообщение по радио из школы о том, что на парковке лежит девушка без движения, он ринулся к школе, где вступил в короткую перестрелку с Эриком Харрисом.
Встретив первый огонь от полиции, Эрик и Дилан отступили в школу. Гарднер вызвал подкрепление. Сделав ещё несколько выстрелов сквозь окно, Эрик вслед за Диланом пошли вглубь школы – чтобы убить как можно больше, если не взрывами, то своими руками.
В течение следующего получаса школа погрузилась в хаос. Ученики бежали и прятались, а Эрик и Дилан стреляли во всех направлениях, бросали бомбы, коктейли молотова, и смеялись от души. Первая большая комната, куда они зашли, была школьная библиотека, где Патриция Нелсон притаилась под столом с телефонной трубкой в руках, всё ещё говоря с диспетчером 911. Несколько десятков учеников точно так же прятались под столами.
«Встать! Всем в белых кепках или бейсболках встать!» — крикнул Эрик Харрис. Белая бейсболка была отличительным знаком школьных спортсменов, и их носили многие в школе. Никто не двинулся. «Хорошо, тогда я начну стрелять!».
Они убили 10 человек в библиотеке, включая умственно отсталого Кайла Веласкеса, который учился по особой программе, любил раскрашивать, панд, и хотел стать пожарным; Кесси Бернал, имя которой впоследствии обрастёт легендами, будто Эрик убил её за веру в бога – Кесси спутали с другой девочкой, которая выжила, но была до смерти напугана разговором с убийцей, который задал ей вопрос о боге, услышав, что та тихо молится под столом, а затем двинулся дальше; также Исайю Шолза, одного из немногих чёрных студентов, смерть которого породила слухи о расистских и неонацистских взглядах стрелявших.

Закончив расправу в библиотеке, Эрик и Дилан спустились в кафетерий. Вещи были разбросаны, обеды оставлены недоеденными, стулья валялись в проходах. Многие прятались под столами, но убийцы не обратили на них внимания. Они хотели знать, что пошло не так с их бомбами. Немного повозившись, они попробовали сдетонировать их выстрелами из карабина и самодельными гранатами. Когда это не сработало, Дилан швырнул в одну из бомб коктейль молотова. Начался пожар. Красные пластиковые стулья начали таять, как свечи. Тут же включились спринклеры на потолке. Вместо инферно неудавшиеся подрывники получили потоп.
Ещё некоторое время они ходили по школе, стреляя в потолок и бросая бомбы, но больше не убивая и не раня. Около 12:02 они вернулись в библиотеку. Немного постреляв из окна в полицию напоследок, они решили закругляться. Эрик зажёг «коктейль молотова» и поставил его на стол. Оба сели рядом на пол, прислонившись к книжным шкафам. Эрик вставил карабин себе в рот. Дилан приставил пистолет к виску. Оба нажали на курки одновременно. В 12:08 коктейль молотова, оставленный на столе, взорвался, оросив всё вокруг тел жидким огнём.
В течение ещё десяти лет исследователи будут пытаться понять, почему Эрик и Дилан сделали то, что они сделали. Многие ответы были найдены в дневниках и записях убийц. Эрик ненавидел мир и людей, населяющих его. Эрик хотел уничтожить всех. В своих фантазиях он представлял себя бродящим по развалинам мира, не встречая никого, кто мог бы ему помешать – тупых, недостойных его, недоразвитых, неполноценных, не понимающих ничего людишек. Дилан хотел умереть. Дилан видел неполноценным себя и свою жизнь. Дилан чувствовал, что его не понимают. Несмотря на большое количество людей, симпатизировавших ему, Дилан считал, что у него нет друзей, нет любви и нет счастья. Дилан начал рано пить – отсюда произошла его кличка, VoDKa, где крупные буквы ДК были одновременно его инициалами. Эрик предлагал выход. Депрессия и агрессия превратили фантазию о мести в реальность. Изначально они планировали свою атаку на 19 апреля, чтобы повторить дату взрыва в Оклахома-сити, который собирались превзойти по количеству жертв. День рождения Гитлера не имел ничего общего с их планами – просто Эрик не смог достать достаточно боеприпасов к нужной дате, и только вечером 19го через знакомого докупил достаточное количество 9мм аммуниции.
Кесси Бернал была произведена в ранг мучеников за веру, несмотря на то, что впоследствии история о её предсмертном свидетельстве веры оказалась ошибкой свидетелей. Её мать написала книгу под названием «Она сказала «Да»: невероятная история мученичества Кесси Берналл» — хотя во время написании всплыли факты о реальных обстоятельствах смерти её дочери, книга главным образом повествует о жизни Кесси.
Дэйв Каллен, один из первых журналистов, оказавшихся на месте событий, провёл одно из самых полных расследований обстоятельств перестрелки, на которое у него ушло 10 лет. Его книга «Колумбайн» является одним из самых основательных журналистских исследований преступлений в 21м веке, и представляет наиболее полную картину событий, приведших к трагедии.
Шон Грейвс, которого парализовала пуля Эрика Харриса, смог справиться со своими травмами, и на своём выпускном в 2002 году использовал только костыль для передвижения – он не остался парализован. Его друг Патрик Айрленд, которого в тот день жестоко ранило в голову в библиотеке, и который в отчаянии, шоке, обливаясь кровью выбросился из окна на руки полицейских, стоявших внизу, также смог справиться с повреждениями мозга и ноги, и даже смог вернуться к своему любимому занятию – катанию на водных лыжах.
На Холме Повстанцев позади школы был воздвигнут мемориал, который назвали «Стена исцеления». Семьи погибших и выживших оставили на нём свои мысли, отлитые в виде бронзовых табличек.
И около 90 похожих школьных перестрелок случилось с тех пор, многие по вдохновению от Эрика и Дилана, самая кровавая в Вирджинии, где двадцатитрехлетний кореец Сын Хи Чо, вооружённый двумя пистолетами, убил 32 и ранил 25 человек, превзойдя «счёт» Эрика и Дилана более чем в два раза.
Двое озлобленных школьников с оружием в руках показали всем желающим, какой лёгкой целью являются школы – они всегда полны беззащитных людей, и плохо охраняются. В своих записях Эрик несколько раз предполагал, что атака может вдохновить других, и не ошибся в этом. Во многих школах была усилена охрана, но это не помешало многим другим повторить или попытаться повторить Колумбину.
Школа Колумбайн была отремонтирована после перестрелки так, чтобы ничто не напоминало о случившемся. В дизайн были внесены незаметные изменения, сохранившие общий вид школы нетронутым. Библиотека была переделана полностью. Цвета, ковры, кресла, полки – всё было заменено. На потолке была размещена огромная картина, изображающая высокие деревья, уходящие ввысь, к небу.
Эрик и Дилан были кремированы тайно. Боясь, что их могилы будут осквернены, родители оставили прах детей у себя. Родители Дилана один раз говорили с журналом Salon. Родители Эрика не говорят с прессой никогда.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *