Новый год — это действительно особенное время: праздничные витрины, запах мандаринов, мелькание новогодних огоньков в окнах домов. Вся эта предпраздничная суета для многих ещё и повод подумать о тех, кому не повезло в жизни. Добрые новогодние истории, общая атмосфера праздника вызывают желание с кем-то поделиться теплом. И с кем же ещё поделиться подарком, как не с одиноким ребёнком, которого так жалко и которому хочется сделать добро?

Вы думаете, после этого вступления я предложу на выбор письмо Деду Морозу от несчастного Мишеньки 12 лет, который хочет игрушечный трактор (или айфон), или Машеньки 5 лет, которая хочет набор лего, взывая к вашему неравнодушию?

Я действительно призову вас к неравнодушию. И к тому, чтобы очень обдуманно и осмысленно подойти к правильному и прекрасному порыву вашей души, который может принести как пользу, так и, увы, стать дорогой совсем в другую сторону.

Много лет назад моя знакомая удочерила девочку, которой занимался наш тогда ещё только зарождающийся фонд. Девочка была ровно такой, какой изображают на картинках сироток. Она была белокура, голубоглаза, с удивительно открытой улыбкой. Ей было всего пять лет, и внешне она словно была младшей сестрой кудряшки Сью, удивительно открытым и общительным ребёнком, который прожил первые пять лет в условиях постоянно сменяющих друг друга взрослых из числа персонала дома ребёнка. Когда моя знакомая, назовём её Надя, пришла за Катей, та, радостно улыбаясь, открыто и доверчиво вложила свою маленькую ручку в руку будущей приёмной мамы и готова была идти за ней прочь из детского дома в дом настоящий с первой минуты знакомства.

Через несколько месяцев мы встретились с Надей, и она, чуть не плача, рассказывала мне, что эти прекрасная улыбка и моментальная готовность стать дочкой относятся не только к ней. Катя могла в середине пешеходного перехода ускользнуть от Нади, схватить за руку любую незнакомую тётю, идущую в противоположном направлении, и радостно идти с ней дальше. Она обнимала соседок, называла их мамами, садилась на колени и отказывалась уходить домой от любого взрослого, который был ласков или предлагал игрушку или конфетку.

Соседи начали подозревать Надю в том, что она жестоко обращается с ребёнком, всячески жалели сиротинушку, которая тут же откликалась на жалость, поддакивала любым предположениям о своей горькой доле и хотела со всеми идти домой, не к Наде, а к ним. Надя не знала, как стать мамой ребёнку, который не видел никакой разницы между ней и любым прохожим и готов был предпочесть любого незнакомца с конфетой в руке или имеющего неосторожность улыбнуться.

Поведение, которое наблюдала Надя, было не ловкой манипуляцией ребёнка и не специфическими особенностями характера. Это серьёзное расстройство поведения, которое приобретают дети, лишённые заботы конкретного взрослого, живущие в системе сменного коллективного ухода

В медицине этот диагноз называется «расстройство привязанности». Он входит в международный классификатор болезней и требует серьёзного психологического, а иногда и психиатрического лечения.

Расстройства привязанности бывают разных видов. Есть несколько подходов к классификации этих расстройств, но главное в них одно: лишённый нормальных, постоянных и устойчивых отношений со взрослым, который о нём заботится (то есть с родителем), ребёнок испытывает тяжелейший стресс и начинает вырабатывать формы приспособления к искажённой реальности. Например, пытаясь уцепиться за любого взрослого, чтобы в отсутствие постоянного внимания заместить качество количеством и добрать это внимание по крупицам от каждого, кто оказывается рядом. Или провоцирует это внимание агрессией и поведением, которое предсказуемо приведёт к наказанию (зато внимание, зато общение). Или, наоборот, ребёнок закрывается и теряет всякую надежду, он не верит больше в возможность выстраивать отношения со взрослыми и, скорее всего, не сможет выстраивать постоянные доверительные отношения с людьми, когда вырастет — у него их никогда не было.

Дети оказываются в детских домах тогда, когда они теряют семью. Иногда семья отказывается от ребёнка. Да, увы, материнство — это совсем не инстинкт, который стопроцентно включается по факту рождения ребёнка. Это сложный биосоциальный механизм, у которого бывают сбои. Но таких детей, от которых отказались родители, в системе государственной заботы меньшинство. Чаще всего отказ происходит от новорождённого ребёнка, и, если ребёнок здоров, он уходит в семью очень быстро. Основная категория детей в наших детских домах и интернатах — это дети, которых государство посчитало нужным забрать у семьи, потому что та с чем-то не справилась. Иногда это действительно чудовищные истории насилия и пренебрежения. Но точно так же часто это истории про то, как семья не справилась с трудностями и ей никто вовремя не помог.

Ребёнок оказывается в государственном учреждении от большой беды: будь то отказ от него самого дорогого человека или история, когда чужие люди вдруг (для ребёнка) забрали его от людей, которые его любили и которых он любил, хотя они и не умели о нём правильно, с точки зрения государства, заботиться. Это самое страшное, что может произойти в жизни ребёнка

Дальше ребёнок начинает жить в условиях, когда в одном помещении собраны такие же, как он: кто-то пережил дома насилие, кто-то находится в тяжелейшей депрессии, потому что не понимает, за что и почему он оказался здесь. Здесь его жизнь будет строго регламентирована. Помещена в жёсткий график. Лишена свободы выбора буквально до мелочей. Ничего, что происходит в жизни обычного ребёнка в семье и является его возможностью для роста — своей самостоятельности, своего выбора в жизни, — тут не происходит. Идти гулять или остаться дома? Что есть на ужин? Куда пойти учиться? Можно ли пойти на выходные в гости к друзьям (эта опция в принципе отсутствует).

С этого момента начинается поворотная точка судьбы этого ребёнка. Что с ним будет дальше? Вернётся ли он когда-нибудь домой? Заберут ли его другие люди в новую семью? Останется ли он здесь до совершеннолетия? Сможет ли он потом справиться со своей жизнью сам, без опыта семейной жизни, нормальных взаимных отношений, ответственности за свои действия? А если его развитие в условиях стресса и депрессии даст сильную задержку, не пойдёт ли он по пути коррекционных учреждений, потеряв в итоге право распоряжаться собственной жизнью и свободой, если его лишат дееспособности?

А ещё с этого момента у ребёнка появляется риск заработать то самое расстройство привязанности, которое станет его балластом во взрослой жизни, не позволяющим строить нормальные, долговременные отношения с людьми. Сможет ли он чувствовать другого человека. Сможет ли он чувствовать и понимать себя, свои реальные желания, потребности. Сможет ли он доверять кому-то. Сможет ли проводить границу между отношениями с близкими и посторонними? В нашем мире есть чёткая граница между своими и чужими людьми. Есть понимание того, как могут или не могут эти чужие люди входить в жизнь семьи. Ребёнок впитывает это с самого детства. Это знание не даётся нам мистическим образом. Мы учимся.

Дети-сироты тоже учатся. Тому, что с ними с детства нет одного близкого и значимого человека. Что любой чужой может прийти, одарить подарком и исчезнуть навсегда. Что под Новый год этих чужих и мелькающих обычно толпы

Взрослые — это ненадёжные люди. С ними нельзя строить долговременные отношения, они всё равно бросят, предадут или мелькнут и уйдут. Зато от них можно получить материальные блага и научиться испытывать радость от вещей, которые начинают замещать радость от отношений, от общения.

Мы растим одиноких детей, не умеющих полагаться на людей, но умеющих получать радость от обладания вещью. Мы растим детей, которые не могут принять самостоятельно никакое решение (они не имели на это прав в детском доме), но могут легко подчиниться воле малознакомых людей и вступать с ними в доверительный контакт за улыбку и подарок.

Подумайте, что это за образ?

И можно, конечно, принимать в этом участие, усугубляя и так тяжёлую для ребёнка ситуацию. Даря ему не радость, нет. Это иллюзия. У ребёнка, лишённого самого главного — семьи. Живущего в условиях несвободы. Просыпающегося каждое утро в комнате с койко-местом одним из 8 таких же одиноких детей. С неопределённым будущим, в котором никто уже не будет дарить подарки за статус сиротки. Ваш сиюминутный контакт не даст ему ничего, кроме очередного мелькнувшего и пропавшего взрослого. Этого и так полно в его жизни, поверьте. И то, что он чувствует, не замещается вещами. Хотя их количество таково, что ребёнок может научиться ценить вещи больше, чем людей.

Мы сами поняли это не сразу. Двенадцать лет тому назад, когда мы только начинали, нам тоже казалось, что возить машины вещей в детские дома — это значит помогать детям. Сейчас мы понимаем, что это помощь персоналу детского дома (в том числе в поддержке коррупции, позволяющей потратить на другое бюджеты, выделенные на те же сладкие подарки или ремонты). Что для ребёнка важна не обшарпанность стен и одежда с лейблом, а близкие люди, которые у него есть или которых у него нет. Что дорогой плеер никак не повлияет на его жизнь, и в 18 лет ребёнок без семьи, без нормального образования, без навыков жизни в обычном социуме выйдет в мир совсем никому уже не нужный, один.

Самое печальное, что именно в Новый год люди вспоминают о детях-сиротах и тратят огромные бюджеты на помощь им. И если бы эти бюджеты тратились не на конфеты, айфоны и машинки, а на программы поддержки кровной семьи, поддержки приёмных семей, образования и наставничества детей, их сопровождения после выхода — мир бы изменился после одного такого Нового года.

У нас всего чуть больше 100 000 детей живёт в детских домах. Они живут там, потому что их родителям вовремя не помогли. Потому что у детей тяжёлая инвалидность и у семьи, кровной или приёмной, недостаточно поддержки. Живут с очень сомнительными перспективами после выхода. С низким уровнем образования, самооценки, большим страхом мира, который их, скорее всего, не очень дружелюбно примет. И уже не подарит ни Барби, ни айфон. Они выходят без багажа отношений и знаний в мир, который перестаёт воспринимать их как сироток, заслуживающих новогоднего подарка.

Всегда думаю о том, что если бы в один-единственный Новый год люди потратили средства только на системную и правильную помощь, позволяющую ребёнку выйти из детского дома в родную или приёмную семью или же в самостоятельную жизнь с поддержкой, они изменили бы всё.

Но, увы, всё будет как всегда: сотни сборов на подарки для Мишеньки и Машеньки. Судьба которых с куклой и машинкой в руке, стоящих в своём детском доме после ухода очередных промелькнувших взрослых, уже мало кому будет интересна.

Не покупайте улыбку одинокого ребёнка в обмен на вещь. Не делайте это с ним. Нельзя помогать так, как удобно тебе, как хочется тебе. Не думая о последствиях для того, кому помогаешь. Не думая о реальных потребностях тех, кому помогаешь. Тогда это не подарок им. Это подарок себе

Себя ты радуешь и свои желания и потребности удовлетворяешь. Ничего в этом плохого нет, все мы так делаем. Только, пожалуйста, не делайте это за счёт детей-сирот. Им и так достаточно не повезло.

Помогайте со смыслом. С тем, чтобы ваша помощь действительно что-то меняла. Это ведь действительно время чудес. Не разбазаривайте возможность совершить чудо на то, что чудом не является.

Как помочь подопечным благотворительного фонда «Волонтёры в помощь детям-сиротам», можно узнать на портале www.otkazniki.ru

Пять вопросов о подарках в детские дома на Новый год

В канун Нового года ребенок из детского дома в среднем посещает 17 елок и получает 19 подарков. Чем плоха новогодняя благотворительность для детей-сирот и какая помощь будет правильной, обсудили на круглом столе, организованном студенческой благотворительной организацией «Открой глаза» и Центром лидерства и волонтерства Высшей школы экономики. «Такие дела» публикуют тезисы работников благотворительных фондов и исследователей социального предпринимательства.

Новый год в детском доме, ЕкатеринбургФото: Павел Лисицын/РИА Новости

Как новогодняя благотворительность влияет на детей?

В отличие от ребенка, растущего в семье, у ребенка из детского дома нет «личного взрослого» — значимого человека, к которому тот привязан, объясняет президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская. В результате, если ребенок вместо положительных эмоций от общения с близким человеком получает эмоции от появления новых вещей, одно подменяется другим — и формируется привязанность, направленная не на людей, а на вещи.

Когда такой ребенок взрослеет, он оценивает отношения в количестве подарков — например, задаривает симпатичных ему людей вещами или, напротив, измеряет степень привязанности человека к себе в материальных благах. Как рассказывает специалист по работе с детьми-сиротами, куратор проекта «Я шеф» Руслана Яценко, наставники часто сталкиваются с тем, что их подопечные в детских домах ожидают от них прежде всего подарков.

«Это воспринимается как норма: наставник кажется человеком, который будет делать некие материальные вливания. И когда наставник приходит без подарка, ребенок этого не понимает и думает, что он ему не нужен. Требуются годы, чтобы показать, что общение — это в первую очередь отношения», — подчеркивает эксперт.

Кроме того, новогодняя благотворительность формирует у воспитанников детских домов неверное представление об отношениях с малознакомыми людьми. Ребенок воспринимает как норму то, что незнакомые люди его обнимают и дарят подарки, но за пределами детского дома взрослые люди редко делают это с хорошими намерениями. «Поэтому, к сожалению, наши подопечные в среднем чаще становятся участниками нездоровых отношений», — добавляет Альшанская.

Чем опасна новогодняя благотворительность для общества?

Новогодняя благотворительность — благодатная почва для мошенничества, так как сбор денег на подарки детям легко вызывает отклик широкой аудитории. «Мошенники любят собирать деньги на подарки, — говорит координатор проекта «Все вместе против мошенников» Мила Геранина. — Объяснить, что нужно, например, собрать на программу по образованию, сложно. А у них все будет просто: “Давайте скинемся на плюшевых медвежат и поедем в какой-нибудь детский дом”».

Важно помнить: честные благотворительные организации никогда не собирают наличные на улице, подчеркивает Геранина. Кроме того, мошенниками могут оказаться также и представители детского дома, поэтому любой перевод денег напрямую на личные карты без экспертного заключения способствует коррупции.

Если перестать собирать деньги, не останутся ли дети в детских домах без новогодних подарков?

Детей в детских домах в любом случае обеспечат подарками местное сообщество и городские власти, говорит директор благотворительного фонда «Бюро добрых дел» Анна Чупракова. «Помочь один раз под Новый год, а потом на целый год забыть о них — неправильно, о чем мы стараемся рассказывать нашим благотворителям. Нужно помогать системно, регулярно поддерживать определенный проект или фонд», — объясняет эксперт.

С другой стороны, если благотворитель общается с ребенком в течение всего года, то подарок будет уместен, уточняет Альшанская. Так действует, к примеру, студенческая благотворительная организаия»Открой глаза»: волонтеры ВШЭ готовят новогодние подарки для знакомых детей.

«Воспитанники детских домов — это друзья волонтеров, поэтому наши подарки являются не разовой и спонтанной акцией от неизвестных людей, а частью долгосрочной программы, в которую входят образовательные мастер-классы, ежемесячные встречи и регулярная работа», — отмечает координатор проекта Ангелина Агаджанян.

Почему проблема подарков в детские дома все еще актуальна?

Хотя о том, что новогодние подарки для воспитанников детских домов скорее приносят вред, чем пользу, эксперты говорят не в первый раз, тем не менее каждый год ситуация повторяется. Сборы на новогодние подарки детям-сиротам особенно распространены среди начинающих благотворителей, считает исследователь социального предпринимательства, преподаватель факультета социальных наук ВШЭ Марина Чернышева. По ее мнению, благотворители старшего возраста, например предприниматели 30—35 лет, чаще выбирают системные проекты.

Вопрос, который должен задавать себе благотворитель, работая с детьми-сиротами: помогут ли мои действия ребенку после его совершеннолетия? Как говорит Альшанская, важно дать воспитаннику детского дома перспективу, возможность в будущем полноценно конкурировать за рабочие места. Поэтому наставничество и репетиторство полезнее, чем одноразовые развлекательные программы и подарки, которые приучают ребенка только пассивно получать удовольствие.

Как помочь детям вместо сбора средств на подарки?

Если в распоряжении благотворителя есть некая сумма, которую хочется потратить на подарок детям, лучше выбрать долгосрочную программу — проект, который имеет значимый социальный эффект. По словам председателя правления благотворительного фонда «Арифметика добра» Наили Новожиловой, будет лучше, если вложенные раз в год 500 рублей пойдут на оплату получаса работы репетитора или специалиста-психолога с детьми, чем на сладкий подарок или игрушку.

Правильные подарки в детский дом

Близится Новый год. Для многих из нас это повод приехать в детский дом с подарками. Что не стоит дарить детям, а что, наоборот, им очень нужно – советы сотрудников благотворительных фондов

Обезличенные подарки

Каждый Новый год на подарки детям-сиротам тратятся миллионы рублей из бюджета компаний и обычных людей. «Понятно, мы жалеем обездоленных детей, – говорит Александр Гезалов, эксперт фонда “Поддержки детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации”. – Но не нужно таким образом от них откупаться — подарочный рай превращает воспитанников детских домов в эгоистов».

Дар от близкого человека – знак внимания и привязанности, он выбирается с учетом пристрастий, вкусов ребенка. «Подарок, который привозит незнакомый человек, не несет в себе этой ценности, – объясняет Елена Альшанская, президент фонда “Волонтеры в помощь детям-сиротам”. – Дети в детдоме привыкают к тому, что им всегда должны что-то дарить и исполнять их желания не потому, что они кому-то дороги, а потому что сироты. Они не понимают ценности подарков».

Вещь вместо постоянства и доверия

Дети в детском доме «Радуга» ожидают начала представления от сотрудников компании Coca-Cola во время благотворительной акции в деревне Болотная Новгородской области. Фото: Константин Чалабов / РИА Новости

Другой психологический момент – отсутствие длительных доверительных отношений. Дарители приезжают в детский дом только на Новый год, привозят подарки и уезжают до следующего праздника. «В такой ситуации ребенок разочаровывается в самой возможности выстроить постоянные отношения, – говорит Елена Альшанская. – Он начинает воспринимать взрослых как носителей материальных благ. В нем крепнет ощущение, что вещи важнее людей. Когда этот подарочный вихрь идет на убыль, ребенок остается опять один, без семьи, в детском доме. Часто с низким уровнем образования и туманными перспективами на будущее».

Нужны наставники, а не дарители

Курсанты Дальневосточного высшего общевойскового командного училища на утреннике в Благовещенском детском доме. Фото: Игорь Агеенко / РИА Новости

По данным Генпрокуратуры РФ за 2011 год (более свежих исследований не проводилось), 40% выпускников сиротских учреждений становятся алкоголиками и наркоманами. 40% совершают преступления. 10% кончают жизнь самоубийством. И только 10% подростков удается, выйдя за порог детского дома или интерната, встать на ноги и наладить нормальную жизнь.

«Поэтому дарить ребенку из детского дома нужно лишь то, что ему пригодится после 18 лет, когда он или она покинет детский дом, – говорит Наиля Новожилова, президент фонда “Арифметика добра”. – Это навыки и знания, а не игрушки, гаджеты и сладости».

Разовые визиты с подарками на Новый год в детские дома не имеют никакого смысла. Любая помощь или поддержка должна быть прежде всего системной, взвешенной и продуманной. «Ребенку нужен один подарок, – считает Александр Гезалов. – И хорошее качественное взаимодействие в течение года по его сопровождению — нужно развивать наставнические программы».

Ребенок должен чувствовать внимание, поддержку и заботу на протяжении всего года, соглашается Елизавета Муравкина, президент БФ “Галчонок”: «В его жизни должен появиться близкий, значимый взрослый, который готов не откупаться новогодним подарком раз в год, а стать проводником в жизнь: обучать элементарным бытовым навыкам, помочь с профориентацией, дополнительным образованием. Такое участие намного ценнее для детей. И уже зная привычки, увлечения, истинные мечты ребенка можно дарить подарки, которые нужны именно ему».

Подарите хорошее образование

Хорошее образование – лучший социальный лифт для ребенка из детского дома, поэтому стоит поддерживать образовательные программы для детей-сирот. Это выход, если вы не готовы к личностно-ориентированному участию в жизни ребенка, но желание помочь все равно есть. Можно оказать финансовую помощь общественным организациям и фондам, которые работают в детских домах.

Список нужных подарков от Елены Альшанской

  1. Подарок ребенку, чья кровная семья оказалась в сложной ситуации — помогите ему остаться с родителями и не попасть в детский дом, поддержите программу «Профилактика социального сиротства».
  2. Подарок маме с новорожденным ребенком, которым некуда идти, — поддержите приют «Теплый дом».
  3. Лучший подарок для ребенка в больнице – няня, которая будет ухаживать за ним круглосуточно. Поддержите проект «Дети в беде».
  4. Подарок воспитаннику детдома — занятия с репетитором, который поможет подтянуть знания, получить хорошие отметки и подготовиться к экзаменам. Поддержите проект «Дистанционное образование».
  5. Подарок ребенку с особенностями развития и заболеваниями, которого взяли в приемную семью — оплатить для него лечение и реабилитацию. Поддержите проект «Близкие люди» .

Еще одна идея для новогоднего подарка

Изображение с сайта a-dobra.ru

“Подари сироте наставника” призывает новогодняя заставка на главной странице фонда “Арифметика добра”. Любой желающий может превратиться в этого сказочного персонажа для детей-сирот, поддержав программу «Наставники». Наставник — это старший друг, который учит ребёнка общаться, решать конфликты и справляться со всеми бытовыми трудностями. Ребёнок, выросший в детском доме, часто не имеет представления о том, как устроен быт взрослого человека. Выпускаясь в 18 лет, он совершенно не готов к самостоятельной жизни: не умеет готовить, не знает, что коммунальные услуги надо оплачивать, не понимает, как планировать бюджет.

Чтобы подготовить наставника к работе с подростком, фонд организует занятия в «Школе наставников». Она бесплатна для наставников, но фонд оплачивает труд педагогов и психологов.

Пять лет назад «Арифметика добра» запустил программу онлайн-обучения детей-сирот «Шанс»: за четыре года более 1107 подростков из 31 одного региона России получили знания, которые позволили им успешно сдать ОГЭ и ЕГЭ, 317 школьников-сирот поступили в колледжи и вузы.

Индивидуальные занятия по школьным предметам проводятся онлайн. В команде 120 педагогов, подготовленных для работы с детьми-сиротами. Ежедневно они проводят более 200 уроков.

Занятия отменяются, если заболевает педагог, который обучает конкретного подростка. «Для нас важны доверительные отношения, которые возникают между репетитором и ребенком, – рассказывает Наиля Новожилова. – Еженедельные онлайн занятия помогают ему раскрыться, он приучается работать, учиться, ставить цель, идти к ней и не опускать руки при столкновении с трудностями. Эти навыки получают дети, которые растут в семьях, родители говорят с ними об этом, учат целеполаганию. В детском доме у ребенка нет мотивации учиться, чего-то добиваться. Но когда в его жизни появляется значимый взрослый, который фокусирует свое внимание именно на этом подростке, ситуация медленно, но меняется».

Таинственно исчезли

Согласно опросу в закрытой группе для приемных семей, 90% детей, когда их забирали в семью, не имели никаких личных вещей, несмотря на ежегодные подарки от спонсоров. Дети не смогли ответить на вопрос, куда они делись.

«Сколько за новогодние праздники дети-сироты получают подарков: игрушек, сладких наборов, телефонов, – говорит Елизавета Муравкина, президент БФ “Галчонок”. – Но никто не задумывается, кому будет звонить ребенок и откуда возьмет деньги на оплату этого телефона, где он будет хранить подаренные игрушки».

Почему не нужно везти подарки к Новому году в детские дома

В канун Нового года спонсоры и волонтеры везут огромное количество подарков в детские дома. У них благая цель — подарить радость детям, у которых нет родителей. На самом же деле материальный подарок от незнакомого человека наносит вред развитию и социализации ребенка-сироты. Последние годы об этом пишут и говорят сотрудники профильных некоммерческих организаций, но пока ситуация не меняется. Давайте разберемся, как с пользой поздравить с новогодними праздниками детей-сирот.

Какие подарки чаще всего привозят детям? Главное — это сладости. Один московский детский дом посчитал, что их 38 детям привезли больше 600 килограммов конфет. Это почти 16 кг на ребенка. Разве реально столько съесть?

Не везите новогодние подарки в детские дома

В федеральном банке данных на сегодняшний день 38 235 анкет на детей старше 9 лет. Всего анкет 46 917, то есть 81,5% детей в детских домах — это подростки. Им не нужны игрушки, которые все еще продолжают приносить спонсоры. Еще каждый День защиты детей и Новый год в детские дома несут планшеты, телефоны и другие гаджеты последних моделей.

Именно поэтому дети в детдомах перестают ценить дорогие вещи, ведь их дарят регулярно и просто так. А ко взрослым они привыкают относиться потребительски. Получается, благими намерениями спонсоры и волонтеры негативно влияют на развитие и социализацию детей, развивают иждивенчество. После выпуска из детдома сиротам трудно научиться жить самостоятельно, у них сформировалась установка, что им все должны помогать.

«Очередную игрушку выбрасывали, телефон меняли на алкоголь или сигареты. Дорогие и хорошие подарки у младших детей часто отнимали старшие. А бывали еще случаи, когда подарки друг у друга воровали. Я тоже однажды отправила в мусорку дорогой гаджет и не жалею. Мы злились, потому что хотели, чтобы нам уделяли внимание, а не просто давали очередной телефон или планшет», — рассказала выпускница детского дома Катя Фролова.

Приемная мама Диана Машкова вместе с мужем тоже привозили подарки в детские дома, но очень скоро поняли, что сироты воспринимают волонтеров как неодушевленные предметы: нельзя построить отношения, зато можно извлечь материальную выгоду. Окончательно Диана поняла, насколько вредны подарки для сирот, когда они приняли в семью двоих подростков: 13-летнюю Дашу и 16-летнего Гошу.

«По словам детей, в канун праздников детский дом превращался в контактный зоопарк. Люди с подарками шли непрерывным потоком, все норовили сделать с воспитанниками селфи, чтобы отчитаться о добром деле в социальных сетях. Первое время в семье нам было очень сложно пробиться через стереотип, что взрослые — это только источник материальных благ. Наши дети не верили, что мы с ними навсегда, все время ждали подвоха — „эти тоже уйдут“ — и пытались „отхватить“ как можно больше подарков», — рассказала Диана.


На профориентационной экскурсии фонда «Арифметика добра»

Как помочь ребенку из детского дома

Самое важное, что у детей-сирот нет близких людей. Они не знают, что помимо материальной выгоды взрослые могут давать тепло, заботу, любовь. Разовые поездки волонтеров и спонсоров в детдома ничего не дают. Чужие, все время разные люди, приезжают, что-то дарят, а потом пропадают навсегда. Для маленьких детей — это еще и каждый раз разочарование, ведь они воспринимают всех взрослых как потенциальных маму и папу.

Но вот старшеклассникам вы можете помочь, если проведете с ними встречу, где расскажете о своей профессии, о том, как проходит ваш рабочий день, какие вам необходимы навыки и знания. Воспитанники детдомов живут в замкнутом пространстве, у них нет родителей, соседей или взрослых друзей, с которых можно брать пример. Поэтому им трудно решить, куда пойти учиться после школы, и встречи со специалистами разных профессий им очень нужны.

Кроме этого, у детей нет самых обычных бытовых навыков: как рассчитать бюджет на месяц, как выбрать мебель для обстановки квартиры, какие покупать продукты и что из них можно приготовить. Вы можете проводить такие мастер-классы тоже. Эти знания очень помогут детям во взрослой жизни.

Если у вас есть время и желание, можно пройти обучение, например, в фондах «Арифметика добра» или «Старшие братья старшие сестры» и стать наставником для воспитанника или выпускника детдома. Наставник — это старший друг, который помогает советом и делом, учит жизненным навыкам, которые домашние дети получают в семье. Нужно быть всё время на связи, регулярно встречаться, участвовать в жизни ребенка, добиться его доверия. На обучении вас подготовят, научат, как находить общий язык с сиротами, устанавливать границы и прочее.

Стать приемными родителями

И, конечно, лучше, что можно сделать для сироты — стать ему приемными родителями. Это очень ответственное и важное решение, которое под силу не каждому. Но если вы все-таки уже задумывались об этом, то ищите сообщества приемных родителей на 7я.ру и оффлайн. Там можно познакомиться с опытными приемными семьями и их детьми, бывшими воспитанниками детдомов, узнать об их опыте, посоветоваться. Также приемным семьям оказывают психологическую поддержку службы сопровождения. Сейчас ведется большая работа, чтобы как можно больше семей принимали детей-сирот.

Приемное родительство и наставничество — большой труд, к которому готов не каждый. Есть еще один способ помогать сиротам — поддерживать благотворительные фонды, которые работают с проблемой сиротства профессионально и системно. Выбрать надежный фонд можно на сайте «Нужна помощь».

Сделать подарок ребенку-сироте в канун Нового года — действительно благое дело, но надо обязательно помнить, что самые ценные подарки те, которые помогут детям повзрослеть и построить благополучное будущее.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *