Дай Бог, живым узреть Христа-9

ДАЙ БОГ, ЖИВЫМ УЗРЕТЬ ХРИСТА
(Эссе о творчестве Евгения Евтушенко)

Итак, продолжаем анализировать стихи Евгения Евтушенко с точки зрения Истины Христовой, то есть с позиций самой высокой и принципиальной оценки художественных произведений. Она коренным обрзом отличается от литературной критики ныне общепринятой — критики толерантной, всеприемлющей, а точнее — совершенно несерьёзной, непринципиальной. Но, кажется, настала эпоха возрождения тысячелетней российской веры, предсказанная великими нашими святыми, и потому в самую пору протаптывать новые тропинки в дремучей, насквозь пропылённой траве забвения и безнравственности, которая заполонила почти всё вокруг.
В первой книге евтушенкинского девятитомника есть проникновенное стихотворение о матери Маяковского и о самом поэте.
Он гремел на эстрадах, весёлый и грозно остривший,
но она-то ведь знала, как дома потом,
ей в колени упав головою остриженной,
он дышал тяжело — со стиснутым ртом.
Так сказать о Маяковском в год смерти Сталина, в ещё, по сути, сталинскую эпоху! — Певец революции, сочинивший и произнёсший на весь свет громовым басом: «У советских собственная гордость — на буржуев смотрим свысока!», защитник «самого передового в мире общества»! И вдруг падает в колени матери и дышит тяжело, яростно, зловеще безмолвно. До такого состояния не могла довести неудачная любовь. Могло довести только страшное разочарование в главном — в святости выбранного пути не только им самим, но и восставшим народом. Это, по сути, с Маяковским и случилось. И показа именно этой великой трагедии требовала Истина. Евгений Евтушенко — и это очень важно! — вплотную подошёл к решению глубинной темы, совесть подвела его к ней. Но поэт ограничился лишь внешним изображением переживаний «этакой глыбины». Внутренней, духовной глубины любимого поэта в то время, время почти всеобщего забвения о Боге, последователь Маяковского пока ещё увидеть не мог. Скорее всего, он имел в виду запрет властями проведения известной творческой выставки Владимира Владимировича. Дальше шагнуть — незнание Истины не позволяла.
Годом раньше Евтушенко сочинил другое, как тогда называли, проблемное стихотворение, без заголовка, небольшое по размеру, но немалого шуму в советскую литературу привнёсшее.
Не надо говорить неправду детям,
не надо их в неправде убеждать,
не надо убеждать их, что на свете
лишь тишь да гладь да божья благодать.
Не надо по желанью своему
морочить их несбыточными снами.
Учить не надо верить их тому,
чему уже давно не верим сами.
Солгавший детям — детство обезлюдит,
подсунет им бесчестье, словно честь.
Пусть видят же не только то, что будет,
пусть видят, ясно видят то, что есть.
Сладинка лжи — отрава в манной каше.
Писк лживый не прощайте у кутят.
И нас потом воспитанники наши
за то, что мы прощали, не простят.
Критика той поры увидела в этой философской миниатюре страшный поклёп на советскую действительность, возмутительную хулу на воспитание молодёжи — самое лучшее в мире, как впрочем, и всё, что зрело и вызрезревало в краснознамённом мире. А потому какую же такую неправду детям мы говорим?! Разве, когда мы славим наше революционное прошлое, — это неправда? Опять, уже в который раз, занесло Евтушенку шут знает в какие антисоветские дебри! Запретить надо его памфлеты печатать!
Позднее, когда началась в стране так называемая «демократическая перейстройка», критика об этом стихотворении, как, понятно, и о других проблемных вещах поэта, мнение изменила на противоположное. Дружно говорилось, что в этом маленьком шедевре, состоящем всего из шестнадцати строк, лучшему поэту эпохи удалось сказать о многом, и в том числе о лжевоспитании молодёжи, в котором делался упор на лакировку действительности, на утверждение того, чего в жизни никогда не было.
Соглашаясь с тем более зрелым и достаточно искренним утверждением критиков, мы бы несколько расширили похвалу Евгению Александровичу. Обличая ложь в тогдашнем воспитании, он в обобщённой форме сказал и о самих неправдах в жизни государства. Лжи было настолько много, что не только люди умственного, но и других разновидностей труда обнаружили её и для себя уяснили её неприемлемость и вредность, — о чём и повествуют вот эти строки:
Учить не надо верить их тому,
чему уже давно не верим сами.
Что под этими неправдами имел в виду поэт? Ответить на этот вопрос несложно. Из многих стихов, в том числе и нами уже рассмотренных, неправды тех лет встают неприглядным, грязным и разномастным строем — здесь все отступления и властей и простых граждан от идеалов революции, за которые отцы и деды отдавали свои жизни. Как правило, провозглашённые идеалы сводились в жизни к своим противоположностям: свобода превращалась в рабство; равенство — в богатство и нищету; мир — в войны, внешние и внутренние; обещанное счастье — в муки телесные и душевные. Иными словами, общество, обманывающее своих детей, таким же наглым образом обманывало всех своих граждан.
Как видим, вторая оценка рассматриваемого стихотворения, сделанная по нормам и правилам уже не советского, а постсоветского времени, постреволюционного, хотя еще от революционности не совсем избавившегося, — гораздо ближе к правде, к чести и совести. Но это всё ещё не полная правда, а лишь частичная. А от Истины, которая в анализе нас больше всего интересует, вообще далековата.
Человека, знакомого с Православной Истиной, учением Христа, сразу бы насторожил тот факт, что возникший в 1917 году «народный» строй изобиловал и продолжает изобиловать, поскольку наше время — логическое продолжение минувшей красной эпохи; изобиловал и продолжает изобиловать великим множеством нарушений всевозможного рода. А раз так, то напрашивается вполне убедительный вывод — большевисткая формация, породившая античеловеческие явления, по своей сути тоже античеловечна, безнравственна, бездуховна.
Истинные христиане назубок выучили главное правило Спасителя — если хочешь узнать сущностную сердцевину того или иного события, начинай анализ с единственно верного оселка, мерила, или, как говорят философы, основания. То есть любое исследование нужно начинать с отношения изучаемого предмета к Творцу, к Богу, к Его многочисленным и неизменным заповедям. Всё созданное Господом — прекрасно, высоконравственно, спасительно-полезно для людей, для природы и для всей вселенной. Если же событие или явление задумано и осуществлено человеком и противоречит Откровениям Христовым, то оно лживо, бездуховно, не имеет право на существование. Какое-то время оно бытийствует, являясь, по Промыслу Божию, поучением-наказанием для созидателей чего-то и их послушных единомышленников. А потом разрушается, терпит крах, как Вавилон или «построенный в боях социализм».
Имея это в виду, рассмотрим самовосхвалявшееся «народное» государство, а затем и стихотворние Евтушенко «Не надо говорить неправду детям…»
Советская империя — порождение насильственного переворота, осуществлённого революционерами-безбожниками, взявшими на вооружение идеи французских просветителей-атеистов и германских философов-материалистов. Для всех для них Бог был враждебной помехой, а потому и врагом номер один. И в такой же страшной вражде к Творцу оказались строители новой, уже русской Вавилонской башни. И что же могло выйти радостного и счастливого из этого спиртового настоя ненависти и вражды?! Вот и вышло то, что вышло — все, даже на первый взгляд человечные, идеи и стремления превратились в свои отрицания, то есть в те бесконечные по количеству ошибки, отклонения, нарушения и откровенные подлости, которые не могли укрыться от совестливого взгляда нашего поэта.
И, понятно, не мог он пройти мимо острейшей проблемы советской поры — лживо-патриотического воспитания молодёжи (а по логике — и всех остальных). Евтушенко ещё очень мягко коснулся этой проблемы: «Не надо говорить неправду детям, не надо их в неправде убеждать». Какая уж тут неправда, когда было наглое враньё, которое Христос называет «мерзостью перед Ним». Но других слов поэт тогда не нашёл — в силу того, что не мог преодолеть веры в лжесвятые идеалы и пока ещё атеистического неверия в Божественную Истину.
Поэт вновь и вновь видит причины всех бед в человеческом забвении «революционной святости», в омещанивании людей, — а не в забвении святости учения Спасителя, не в отходе от веры предков, не в обездушивании людей, не в окаменении их сердец. Знающий Истину именно с этого бы начал анализ «красной эпохи», то есть с массового безверия, а значит с массового падения нравов, с неудержимого роста бесчеловечности и бездуховности общества. Но талантливый стихотворец был всё ещё на дальних подступах к такому пониманию действительности. Хотя шаги к этому в отдельных провидческих стихах проявлялись всё чаще и отчётливее. Сошлёмся на мини-поэму «Патизанские могилы» (цитируем в сокращении).
Итак, живу на станции Зима.
Встаю до света — нравится мне это.
В грузовиках на россыпях зерна
куда-то еду, вылезаю где-то.
Вхожу в тайгу…
Думаешь, начинается прекрасная пейзажная зарисовка Евтушенко. Он крупный мастер на такие вещи. Но — нет.
Отпущенный бессмысленной тщетой,
я отдаюсь покою и порядку,
торжественности вольной и святой,
и выхожу на светлую полянку,
где обелиск белеет со звездой.
Поэт, в разросшихся возле обелиска кустах малины, читает имена похороненных партизан.
А надо всем — торжественная надпись:
«Погибли смертью храбрых за марксизм».
Они, конечно, Маркса не читали
и то, что бог на свете есть, считали,
но шли сражаться и буржуев били,
и получилось, что марксисты были.
Но кто же эти самые буржуи,
каким они пускали кровь большую?
Так часто называли в сварах, кознях
крестьяне однокозные — трёхкозных,
прихлопывая насмерть как слепней,
всех тех, кто был чуть менее бедней.
За мир погибнув новый, молодой,
лежат они, сибирские крестьяне,
с крестами на груди — не под крестами —
под пролетарской красною звездой.
Каким же получился этот мир?
Совсем не по мечтательному Марксу.
Марксизм в крови марксистов измарался,
крестьянской крови с рук своих не смыв.
Прощайте, убиенные марксисты!
Над вами птицы в небе голосисты,
но вам, к несчастью, не услышать их,
и вам не суждено услышать, к счастью,
потомков упоённых сладострастье
в разоблаченье мёртвых и живых.
Почему эти стихи посчитали мы шагами к Истине — поговорим в следующей главе.

LiveInternetLiveInternet

Белла Ахмадулина

У любви рок-звезд советской литературы было поэтическое начало. «Голову уронив на рычаг, крепко спит телефонная трубка…» — эти Ахмадулинские строчки в журнале «Октябрь» поразили воображение Евтушенко. Поэт немедленно позвонил редактору Евгению Винокурову: «Кто этаАхмадулина?» — и вскоре явился в литературный кружок при ЗИЛе, где 18-летняя Белла Ахатовна читала свои стихи. Картинка совпала с «журнальным» впечатлением: «На самом деле равных соперниц, во всяком случае — молодых, у нее не было ни в поэзии, ни в красоте», — вспоминал потом Евгений Александрович. Однако им не суждено было стать Филемоном и Бавкидой русской литературы: союз продлился всего три года. Ахмадулина поняла, что ждет ребенка. Но молодой супруг и слышать не хотел об отцовстве. Юная жена сделала аборт, а отношения распались.

Позже поэт раскаялся в своем легкомыслии: «Я не понимал тогда, что если мужчина заставляет любимую женщину убивать их общее дитя в ее чреве, то он убивает ее любовь к себе… Потом я долго мучился, думая, что из-за моей юной глупой жестокости она потеряла возможность иметь детей — так нам сказали врачи. Но через несколько лет, узнав, что она все-таки родила дочь, я возблагодарил Бога…»

Галина Луконина-Сокол

Эта любовь выросла из 12-летней дружбы. Галина Семеновна была замужем за другом Евтушенко, Михаилом Лукониным. Евгений Александрович признавался, что «ни разу не перешагнул черты, пока их брак с Мишей и мой брак с Беллой не начали разваливаться…». Потом он признавался, что испытывал перед Лукониным чувство вины, хотя поэты продолжали дружить.

Галина Семеновна не могла иметь детей, и в 1968 году пара усыновила мальчика Петю (В 2015 году приемный сын поэта Петр, ставший художником, умер в Москве). Родительство не уберегло семью от распада.

Галина была мощной личностью, «кремень», как пишут современники. Иногда она критиковала мужа, упрекала в недостатке характера: «Я хорошо шью, и мы как-нибудь проживем на это. Зачем ты идешь иногда на поправки и портишь стихи! Всё равно всё лучшее прорвется..». Поэт ощущал себя немножко под прессингом. «Я еще любил ее, но уже старался влюбиться в кого-нибудь, именно старался…», — вспоминал Евтушенко об истории разрыва со второй женой. Когда он ушел от нее, она попыталась покончить с собой, перерезав вены. Но удержать любимого человека не удалось…

Джан Батлер

Летом 1974 года третьей избранницей становится ирландка Джан Батлер, переводчица в издательстве «Прогресс». В интервью Евгений Александрович рассказывал, как она остроумно покорила его. Поэт увидел яркую рыжеволосую девушку в ресторане, спросил: «Вы американка?». И получил бойкий ответ, что Англия пока ещё не входит в число североамериканских Соединённых Штатов… В этом браке родились двое мальчиков — Александр и Антон. Отношения стали охладевать после рождения второго, тяжелобольного сына. Понятно, что жена, обремененная двумя детьми, не могла сопровождать в бесконечных творческих командировках. Конечно, у нее была обида на мужа, Сам Евгений Александрович вспоминал этот развод как довольно спокойный. Отношения продлились 12 лет.

Евгений Евтушенко с женой Джан Батлер. 1979 год

Мария Евтушенко (Новикова)

Летом 1986 года в Петрозаводске поэт встретил свою четвертую музу, выпускницу медучилища. Мария попросила у мэтра автограф для мамы. А уже 31 декабря влюбленные поженились. Впоследствии поэт посвятил своей молодой жене строки: Последняя попытка стать счастливым,

Как будто призрак мой перед обрывом

И хочет прыгнуть ото всех обид

Туда, где я давным-давно разбит…

Несмотря на 30-летнюю разницу в возрасте, «попытка стать счастливым» получилась совсем не призрачная и не трагическая. Супруги 30 лет прожили в любви и согласии — до самой кончины поэта, подарив друг другу сыновей Евгения и Дмитрия.

Летом 1986 года в Петрозаводске поэт встретил свою четвертую музу. Фото Семен Майстерман/ТАСС

Мария Евтушенко: Сыновья Евгения Александровича в папиных ярких рубашках читали его стихи

В американском городе Талса, где жил и работал Евгений Евтушенко и где он скончался в первый день апреля, прошла церемония прощания свеликим поэтом. (После этого гроб с его телом будет отправлен на Родину — в Россию.) О подробностях по телефону нам рассказала Мария Евтушенко…(подробности)

ПАМЯТЬ

Евгений Евтушенко: рок-звезда советской поэзии

Поэты Серебряного века, перешагнувшие в сталинскую пору, были приговорены судьбой к страданию; Евтушенко, один из символов хрущевской оттепели, был приговорен к безоговорочному огромному успеху. В 60-е он был одним из самых знаменитых людей не только в СССР, но и во всем мире: едва разменяв четвертый десяток, стал живой легендой. Его воспоминания похожи были на рассказы барона Мюнхгаузена, с той разницей, что все, в них описанное — правда (подробности)

Я разный —
я натруженный и праздный.
Я целе-
и нецелесообразный.
Я весь несовместимый,
неудобный,
застенчивый и наглый,
злой и добрый.
Я так люблю,
чтоб все перемежалось!
И столько всякого во мне перемешалось
от запада
и до востока,
от зависти
и до восторга!
Я знаю — вы мне скажете:
«Где цельность?»
О, в этом всем огромная есть ценность!
Я вам необходим.
Я доверху завален,
как сеном молодым
машина грузовая.
Лечу сквозь голоса,
сквозь ветки, свет и щебет,
и —
бабочки
в глаза,
и —
сено
прет
сквозь щели!
Да здравствуют движение и жаркость,
и жадность,
торжествующая жадность!
Границы мне мешают…
Мне неловко
не знать Буэнос-Айреса,
Нью-Йорка.
Хочу шататься, сколько надо, Лондоном,
со всеми говорить —
пускай на ломаном.
Мальчишкой,
на автобусе повисшим,
Хочу проехать утренним Парижем!
Хочу искусства разного,
как я!
Пусть мне искусство не дает житья
и обступает пусть со всех сторон…
Да я и так искусством осажден.
Я в самом разном сам собой увиден.
Мне близки
и Есенин,
и Уитмен,
и Мусоргским охваченная сцена,
и девственные линии Гогена.
Мне нравится
и на коньках кататься,
и, черкая пером,
не спать ночей.
Мне нравится
в лицо врагу смеяться
и женщину нести через ручей.
Вгрызаюсь в книги
и дрова таскаю,
грущу,
чего-то смутного ищу,
и алыми морозными кусками
арбуза августовского хрущу.
Пою и пью,
не думая о смерти,
раскинув руки,
падаю в траву,
и если я умру
на белом свете,
то я умру от счастья,
что живу.

Я хотел бы…
Стихотворение Евгения Евтушенко

Я хотел бы родиться во всех странах, быть беспаспортным, к панике бедного МИДа, всеми рыбами быть во всех океанах и собаками всеми на улицах мира. Не хочу я склоняться ни перед какими богами, не хочу я играть в православного хиппи, но я хотел бы нырнуть глубоко-глубоко на Байкале, ну а вынырнуть, фыркая, на Миссисипи. Я хотел бы в моей ненаглядной проклятой вселенной быть репейником сирым — не то что холеным левкоем. Божьей тварью любой, хоть последней паршивой гиеной, но тираном — ни в коем и кошкой тирана — ни в коем. И хотел бы я быть человеком в любой ипостаси: хоть под пыткой в тюрьме гватемальской, хоть бездомным в трущобах Гонконга, хоть скелетом живым в Бангладеше, хоть нищим юродивым в Лхасе, хоть в Кейптауне негром, но не в ипостаси подонка. Я хотел бы лежать под ножами всех в мире хирургов, быть горбатым, слепым, испытать все болезни, все раны, уродства, быть обрубком войны, подбирателем грязных окурков — лишь бы внутрь не пролез подловатый микроб превосходства. Не в элите хотел бы я быть, но, конечно, не в стаде трусливых, не в овчарках при стаде, не в пастырях, стаду угодных, и хотел бы я счастья, но лишь не за счет несчастливых, и хотел бы свободы, но лишь не за счет несвободных. Я хотел бы любить всех на свете женщин, и хотел бы я женщиной быть — хоть однажды… Мать-природа, мужчина тобой приуменьшен. Почему материнства мужчине не дашь ты? Если б торкнулось в нем, там, под сердцем, дитя беспричинно, то, наверно, жесток так бы не был мужчина. Всенасущным хотел бы я быть — ну, хоть чашкою риса в руках у вьетнамки наплаканной, хоть головкою лука в тюремной бурде на Гаити, хоть дешевым вином в траттории рабочей неапольской и хоть крошечным тюбиком сыра на лунной орбите: пусть бы съели меня, пусть бы выпили — лишь бы польза была в моей гибели. Я хотел бы всевременным быть, всю историю так огорошив, чтоб она обалдела, как я с ней нахальствую: распилить пугачевскую клетку в Россию проникшим Гаврошем, привезти Нефертити на пущинской тройке в Михайловское. Я хотел бы раз в сто увеличить пространство мгновенья: чтобы в тот же момент я на Лене пил спирт с рыбаками, целовался в Бейруте, плясал под тамтамы в Гвинее, бастовал на «Рено», мяч гонял с пацанами на Копакабане. Всеязыким хотел бы я быть, словно тайные воды под почвой. Всепрофессийным сразу. И я бы добился, чтоб один Евтушенко был просто поэт, а второй был подпольщик, третий — в Беркли студент, а четвертый — чеканщик тбилисский. Ну а пятый — учитель среди эскимосских детей на Аляске, а шестой — молодой президент, где-то, скажем, хоть в Сьерра-Леоне, а седьмой — еще только бы тряс погремушкой в коляске, а десятый… а сотый… миллионный… Быть собою мне мало — быть всеми мне дайте! Каждой твари — и то, как ведется, по паре, ну а бог, поскупись на копирку, меня в самиздате напечатал в единственном экземпляре. но я богу все карты смешаю. Я бога запутаю! Буду тысячелик до последнего самого дня, чтоб гудела земля от меня, чтоб рехнулись компьютеры на всемирной переписи меня. Я хотел бы на всех баррикадах твоих, человечество, драться, к Пиренеям прижаться, Сахарой насквозь пропылиться и принять в себя веру людского великого братства, а лицом своим сделать — всего человечества лица. Но когда я умру — нашумевшим сибирским Вийоном,— положите меня не в английскую, не в итальянскую землю — в нашу русскую землю на тихом холме, на зеленом, где впервые себя я почувствовал всеми.

Евгений Евтушенко — биография

Евгения Евтушенко многие соотечественники считают лучшим советским и российским поэтом. Его произведения всегда наполнены глубоким философским смыслом, невероятно лиричны. Кроме стихов, Евтушенко писал прозу, был режиссером, сценаристом, актером. Он является автором нескольких сборников стихов, романа «Не умирай позже смерти», поэмы «Бабий яр». В 1963 году литератора номинировали на Нобелевскую премию.

Детство

Поэт родился в городе Зима (Иркутская область) 18 июля 1932 года. Но в его паспорте значилась иная дата рождения – 1933 год. Подтасовка фактов была умышленной, сделанной по просьбе мамы будущего литератора, Зинаиды Ермолаевны Евтушенко. Она уменьшила возраст сына, чтобы не хлопотать о пропуске, необходимом для возвращения из эвакуации. В то время пропуск в Москву был необходим уже с 12 летнего возраста. Мама будущего поэта была геологом, поэтессой, имела звание Заслуженного деятеля культуры РСФСР.

Отцом поэта — тоже геолог и поэт-любитель Александр Рудольфович Гангнус. Он был представителем известного в России семейства с прибалтийско-немецкими корнями. Когда пришло время возвращаться в Москву, предусмотрительная мама выписала для сына новые метрики. Мальчик стал носить фамилию Евтушенко, поскольку к людям с немецкими фамилиями соотечественники в то время относились с вполне понятным предубеждением.

Евгений Евтушенко в детстве

Интеллигентные и образованные родители много читали маленькому сынишке, щедро делились с ним своим знаниями. К школьному возрасту он и сам был большим книгочеем. Отец, геолог по профессии и поэт по призванию, много рассказывал Жене. Именно от него мальчик узнал о многих исторических событиях, о войне Алой и Белой роз, падении Вавилона, Вильгельме Оранском, средневековой инквизиции.

В шесть лет Евгений уже бегло читал, проводил свое время за чтением домашней библиотеки. Многие книги были ему не про возрасту, он читал не только Дюма и Сервантеса, но и Уэллса, Боккаччо, Флобера. Поэт признавался, что от этого в его голове создалась невообразимая путаница, он жил в фантастическом мире иллюзий.

Когда родители развелись, отец не забыл о сыне. Он занимался воспитанием Евгения, ходил вместе с подростком на вечера поэзии в МГУ.

Они посещали вечера Ахматовой, Твардовского, Пастернака, Светлова Антокольского. Мама не препятствовала такому общению, хотя в то время у Александра Рудольфовича уже была другая семья. Она и сама часто писала бывшему мужу, отправляя ему стихотворения, автором которых был Евгений.

Зинаида Ермолаевна всю жизнь трепетно относилась к рукописям талантливого сына, бережно хранила их. Евгений даже завел тетрадь, на страницах которой он записал девять тысяч рифм, но этот труд сохранить не удалось. Мама, солистка театра Станиславского, прививала сыну любовь к искусству. В доме Евтушенко часто бывали артисты, которые впоследствии стали звездами советской эстрады. Мама часто уезжала на гастроли, как-то во время войны, будучи в отъезде, она даже заболела тифом. Но все обошлось благополучно, ей удалось выздороветь.

Женя посещал поэтическую студию, работавшую при Доме пионеров. Он был очень эрудированным, начитанным подростком, но многие школьные предметы ему не давались. Так часто бывает с талантливыми людьми, в глубине души уже выбравшими дорогу в жизни. Они просто не интересуются не нужными дисциплинами, посвящая все свободное время любимому занятию. Многие учителя были крайне недовольны слабыми знаниями Евтушенко. В 15 лет его исключили из школы, заподозрив в поджоге школьных журналов.

Евтушенко не был виноват в этом инциденте, но в другие школы его уже не принимали. Отец помог юноше устроиться на работу в геологоразведочную экспедицию, работавшую на территории Казахстана. Под началом вчерашнего школьника оказалось более десятка расконвоированных уголовников. После юноша работал на Алтае, в 1949 году стал публиковать первые стихотворения.

С 1952 по 1957 годы Евгений учился в Литературном институте. Через некоторое время он был исключен из учебного заведения. Поводом для этого стала поддержка Владимира Дудинцева, автора романа «Не хлебом единым», творчество которого осуждала партийная номенклатура. Невзирая на жестокий удар судьбы, Евтушенко продолжал писать, в 1952 году издал свою первую книгу «Разведчики грядущего». Критикам и читателям сборник понравился, но сам поэт через несколько лет назвал свое творчество незрелым и пафосным.

Творчество

После выхода первых стихов поэта сразу же приняли в Союз писателей. Он был самым молодым в этой организации. Через некоторое время выходят очередные сборники стихов молодого поэта – «Шоссе энтузиастов», «Третий снег», «Стихи разных лет», «Обещание», «Яблоко». Вторую половину 50-х и начало 60-х годов справедливо называют поэтическим бумом СССР. После смерти Сталина тиски железного режима ослабли, и это не могло не сказаться поэзии.

Евгений Евтушенко — Третий снег Смотрели в окна мы, где липы чернели в глубине двора. Вздыхали: снова снег не выпал, а ведь пора ему, пора. И снег пошел, пошел под вечер. Он, покидая высоту, летел, куда подует ветер, и колебался на лету. Он был пластинчатый и хрупкий и сам собою был смущен. Его мы нежно брали в руки и удивлялись: «Где же он?» Он уверял нас: «Будет, знаю, и настоящий снег у вас. Вы не волнуйтесь — я растаю, не беспокойтесь — я сейчас…» Был новый снег через неделю. Он не пошел — он повалил. Он забивал глаза метелью, шумел, кружил что было сил. В своей решимости упрямой хотел добиться торжества, чтоб все решили: он тот самый, что не на день и не на два. Но, сам себя таким считая, не удержался он и сдал. и если он в руках не таял, то под ногами таять стал. А мы с тревогою все чаще опять глядели в небосклон: «Когда же будет настоящий? Ведь все же должен быть и он». И как-то утром, вставши сонно, еще не зная ничего, мы вдруг ступили удивленно, дверь отворивши, на него. Лежал глубокий он и чистый со всею мягкой простотой. Он был застенчиво-пушистый и был уверенно-густой. Он лег на землю и на крыши, всех белизною поразив, и был действительно он пышен, и был действительно красив. Он шел и шел в рассветной гамме под гуд машин и храп коней, и он не таял под ногами, а становился лишь плотней. Лежал он, свежий и блестящий, и город был им ослеплен. Он был тот самый. Настоящий. Его мы ждали. Выпал он.

В Политехническом музее проходят поэтические вечера. В них принимают участие самые популярные поэты того времени, знаменитые «шестидесятники» – Белла Ахмадулина, Булат Окуджава, Роберт Рождественский. Зрители встречали их выступления неистовыми овациями, ведь эти люди громко произносили то, что совсем недавно считалось недопустимым и крамольным. Евтушенко впервые выступил на большой сцене в городе Харькове, сразу завоевал немало поклонников.

Все его стихи разнообразны, как сама жизнь. Он писал на разные темы, некоторые его стихи удивительно лиричны, например, «Бывало, спит у ног собака», «Идут белые снеги», «Со мною вот что происходит». Другие затрагивают бытовую сторону жизни – так в «Северной надбавке» поэт провозглашает оду пиву. Во многих произведениях Евгений Александрович писал на политическую тему, к ним относятся «Мама и нейтронная бомба», «Коррида», Дальняя родственница» и другие.

Евгений Евтушенко в творческом процессе

Многим критикам творчество поэта казалось скандальным, провокационным. К таким стихотворениям относили «Наследников Сталина», «Братскую ГЭС», «Балладу о браконьерстве», другие произведения. Евтушенко был известным публицистом, написавшим несколько популярных работ. Он писал мемуары — «Волчий паспорт», «Шести-десятник: мемуарная проза», «Я пришел к тебе: Бабий Яр», был сценаристом и режиссером. Но основным его жанром всегда оставались стихи, его перо называли легким, изящным, даже игривым. Выступления поэта всегда собирали полные залы.

Евгений Александрович пользовался большим авторитетом среди коллег, был секретарем Союза писателей, секретарем Содружества писательских союзов, председателем писательской ассоциации «Апрель», народным депутатом СССР. После развала Советского Союза поэт вместе с семьей поселился в Америке, был преподавателем университета в США.

Личная жизнь

Первой супругой поэта стала Белла Ахмадулина. Союз творческих личностей был недолгим, в 1961 году Евгений женился на Галине Сокол-Лукониной. Через семь лет супруги усыновили мальчика Петю. В 1978 году поэт женился на Джен Батлер, ирландке, которая была страстной поклонницей его творчества.

Евгений Евтушенко и Белла Ахмадулина

В браке у литератора родилось двое сыновей – Антон, Александр. Через девять лет поэт женился в четвертый раз на Марии Новиковой, которая тоже родила ему двух сыновей – Дмитрия и Евгения.

Причина смерти

Весной 2017 года поэт скончался от остановки сердца. Последние годы он страдал от онкологии. Опухоль, поразившую почку, стала одной из причин его смерти.

Прах поэта покоится на кладбище в Переделкино.

Ссылки

  • Страница в Википедии

Для нас важна актуальность и достоверность информации. Если вы обнаружили ошибку или неточность, пожалуйста, сообщите нам. Выделите ошибку и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *