Как попали донаторы на средневековые иконы, и к чему это привело?

Чтобы оградить себя от напастей, необходимо было искать высочайшего покровительства. Изложить свою просьбу, жалобу, рассказать о наболевшем можно было в обращении к Высшим силам с молитвой, произнесенной перед святыми иконами.

Неблагодарность — грех, и потому, в пылу горячей мольбы нередко давался обет, то есть, торжественное обещание, по исполнении просьбы, совершить какое-нибудь богоугодное дело, к примеру, пожертвовать церковному храму икону. Проситель, а им мог быть и мирянин, и духовное лицо, должен был заказать работу у иконописца и оплатить ее.

Религия имела прямое и непосредственное влияние на искусство. Ранний этап в развитии западноевропейской живописи, образцами которой могли служить лишь иконы, относится к периоду XIII — XIV веков. Иконописная программа задавалась теологами, и художники этого времени, следуя церковным канонам, подчеркивали возвышенность, недоступность библейских персонажей.

В то время человек почитался существом ничтожным, но согласно европейскому типу видения мира, заказчик мог присутствовать на полотне и даже как бы имел возможность выразить свое почтение, преклонив колени в непосредственной близости от Девы Марии и Святых. Словом, заплативший удостаивался чести быть изображенным на иконе.

Так расширялись старые оболочки религиозной живописи, новые привносили небывалые эстетические функции, символом которых стали появившиеся фигуры донаторов.

Донатор (donator) буквально переводится с латыни как «даритель». Сей «даритель» обращался в иконописной молитве к Святым, которые являлись покровителями самого заказчика, либо его ремесла или рода занятий. Какой именно Святой изображен, можно определить по атрибутам в его руках. Предметы указывали на прижизненные деяния и обстоятельства мученической кончины Святого.

Фигуры же донаторов внешне узнаваемы, так как портретное сходство с оригиналом было обязательным условием создания подобной иконы. Таким образом, заказчик не опускался до надписи «здесь был такой-то», а присутствовал лично, как бы физически приближался к Святым. Церковь поощряла возможность таких отношений, ведь набожный прихожанин тоже вовлекался в священный сюжет, устанавливалась связь между иконой и верующими.

Характерной чертой западноевропейской живописи этого периода становится постановка донатора в профиль или полупрофиль, что позволило отобразить характер, индивидуальность и присущие ему качества, подмеченные глазом нарождающегося портретиста, переданные рукою мастера.

В эпоху раннего Возрождения, еще сохраняя позднеготические традиции, искусство живописи испытывало сложный процесс развития. Церковное покровительство искусствам расширялось, но собственно ренессансные черты заключались в отвержении средневекового аскетизма и появлении темы преклонения перед красотой человека. Подобные картины стали обычными для многих художественных школ Италии, Германии, Нидерландов.

Заказчик же, будучи узнаваемым, подчеркивал факт собственной избранности, особого благословения, использовал его, дабы повысить свой авторитет среди сограждан, что уже часто преследовало политические и государственные цели.

Что касается живописи, то, зачастую фигура донатора становилась наиболее удачной частью картины, отправной точкой сюжета. Так постепенно акцент переносился на изображение человека, что и послужило толчком для развития жанра портрета в европейской живописи. Впоследствии искусство портретистов достигло высочайшего мастерства и психологизма, обессмертив проявления человеческого гения.

Теги: икона, святые, покровитель, живопись, церковь, покровительство

  • Shares

Расс Рамси – пастор американской пресвитерианской церкви Christ Presbyterian Church, стремясь достичь внецерковных (неверующих) людей, стал для них «пастором». Он рассказал о том, как начинал свое служение и об уроках, которые усвоил.

Ранее я принял предложение принять интересную пасторскую должность в пресвитерианской церкви Христа в Нашвилле (штат Теннеси). Моей целью было достигать тех людей в церкви и вне ее, которые или вообще не являются христианами, или могут описать свое хождение в вере как то, где больше вопросов, чем ответов.

Пасторская команда долго не могла придумать название моему служению. Мы хотели, чтобы мое служение привлекало, а не отталкивало тех, кто вряд ли бы назвали себя христианами. Мы также хотели, чтобы это название было честным – таким, которое вызвало бы уважение и не маскировало мое желание нести другим Евангелие Иисуса Христа (или помогать другим лучше его понять).

После длительных обсуждений мы смогли придумать лишь такое название: «Пастор для “ищущих” и скептиков». Нам казалось, что мы почти достигли цели, но мы не были уверены, как отреагируют внецерковные люди на то, что мы относим их к категории «ищущих» и «скептиков». Понравится ли такое название тем, с кем я хочу завязать контакты? Не покажется ли нехристианам непочтительной такая «классификация»?

Я – церковный человек. Я работаю в церкви. Я люблю церковь. Большую часть своих выходных и отпусков я провел в служении для поместной церкви. Но когда мы думали-гадали, как назвать мое служение, я должен был признаться себе, что не знаю, как внецерковные люди отреагируют на это название – «пастор для «ищущих» и скептиков».

У всех нас есть пробелы в знании и опыте. Отвергать это – значит, в действительности, доказывать обратное. Поэтому я обратился за помощью.

Я обратился за помощью к нескольким своим друзьям, чье мнение, я полагал, будет для меня полезным. Эти мои друзья – как мужчины, так и женщины – были или неверующими (т.е. не назвали бы себя христианами), или теми, кто большую часть своей жизни прожили вне церкви.

И вот, что я написал каждому из них:

«Мой дорогой друг, надеюсь, Вы поможете мне кое с чем. У меня появилась новая должность в церкви, и мы сейчас пытаемся найти для нее подходящее название – типа “пастор чего-то” или “пастор кого-то”. Мое служение будет двояким.

Во-первых, я буду работать с членами церкви, обучая их завязывать и поддерживать знакомства, вести диалог с нецерковными людьми и моделировать такое христианство, которое вызывало бы уважение у их знакомых и соседей, не разделяющих с ними их религиозных убеждений.

Во-вторых, я буду работать над созданием условий для свободной дискуссии, в которой могли бы участвовать все, кто открыты к духовным вопросам, хотели бы лучше понять христианство, но не считают себя христианами. Это должно быть место, где такие люди могли бы задать вопросы без страха быть осужденными или вовлеченными в “евангелизационный проект”.

Таким образом, название моего служения должно быть 1) ясным для церкви, 2) честным, вызывающим уважение и не отталкивающим внецерковных людей.

Я всегда считал Вас глубоко мыслящим человеком, поэтому надеюсь, что Вы внесете свой вклад в поиски наилучшего названия моего служения. Сейчас мы рассматриваем такой вариант: пастор для “ищущих” и скептиков.

Где бы Вы поставили этот титул на шкале от «отталкивающий” до “привлекательный”? Может, у Вас появятся другие идеи насчет названия моего служения? Название должно быть понятным и не отталкивающим. С удовольствием выслушаю Ваши соображения по этому поводу. Большое спасибо».

Ответы, которые я получил от своих друзей, были поразительными и вдохновляющими. Все до единого были рады, что я спросил их об этом. И я очень благодарен им за их участие в этом важном для меня вопросе. Вот несколько выводов, которые я сделал на основании полученных ответов:

1. Само мое служение вызвало одобрение. Никто из моих друзей не сказал, что мое служение – плохая идея, и что они чувствуют в этом некую манипуляцию. Наоборот, сложилось впечатление, что им нравится открытый характер моего нового служения. Один мой друг, агностик, сказал:

«Мне импонирует, что пастор хочет общаться и строить дружбу с разными людьми – атеистами, мусульманами, скептиками, спорщиками-оппонентами и т.д. В моих глазах это свидетельствует о реальной духовной силе служителя и его уверенности в своей вере».

Другой сказал:

«Вовлечение в жизнь интересующихся неверующих и тех верующих, которых мучают сомнения и вопросы – это замечательная попытка. Церковь не зацикливается лишь на учении о самой себе и других».

2. Моим друзьям больше по душе было слово «ищущие», чем «скептики».

Один мой друг-нехристианин сказал:

«Я бы не использовал слово “скептики” в названии Вашего служения, потому что оно провоцирует человека думать приблизительно так: “О, он просто хочет убедить меня, что мои убеждения неверны”. Слово “обращение” можно использовать. Но слово “скептик” может показаться неким ярлыком, когда чьи-то отличные или конфликтные мнения с самого начала считаются ложными».

Еще один мой друг написал:

«Слово “скептик” сразу как-то настораживает. Полагаю, что использование этого термина усиливает подспудное стереотипное мышление “они и мы”».

Что касается слова «ищущие», то большинство моих друзей посчитали его вполне честным и ненавязчивым. Один мой друг сказал:

«Если бы Вы вручили мне визитку с таким названием, мне бы стало весьма любопытно. Я ожидал бы диалога. Думаю, это сработает. Полагаю, это – самое честное, прямое описание той категории людей, которую Вы хотите достичь».

3. Не только церковным людям, но и внецерковным трудно подобрать точное название для моего служения.

Один мой неверующий друг сказал:

«Я полночи думал над этим названием и, признаюсь, ничего лучшего придумать не смог. Я только вижу, что название это очень интересное. Верно ведь, что правильно выбранные слова могут сделать так, что вместо десятка людей будут сотни».

Оказывается, мои неверующие друзья столкнулись с такими же трудностями, что и я, когда пытались дать моему служению такое название, которое означало бы одно и то же для церковных и внецерковных людей. Этот момент особенным образом показал мне, что христиане и нехристиане часто говорят на разных языках. Необходимы усилия и известная доля честности и уважения, чтобы искренне говорить о своих настоящих намерениях.

Все это ободряет меня и убеждает в правдивости тех результатов исследования, которые содержит статья «Ваши внецерковные друзья хотят знать о вашей вере» (Христианство Сегодня). Этими недавними исследованиями руководил Скотт МакКоннел из Lifeway. МакКоннел обнаружил, что большинство тех американцев, которые «не ходят в церковь, с удовольствием поговорили бы о религии и часто задумываются о смысле жизни…. Внецерковные люди не так часто встречаются с христианами, которые с готовностью рассказывают другим о своей вере. Если ваша вера действительно важна для вас, ваши друзья с интересом послушают об этом».

Я знаю, что не все открыты к тому, чтобы услышать Евангелие, но я также верю, что это больше труд Господа, чем мой. Я хочу, чтобы мои неверующие друзья знали о моем желании любить их и быть для них настоящим другом. Я также хочу, чтобы они знали: я молюсь о них, чтобы они познали Христа и уверовали в Него. Но я не хочу, чтобы у них возникло подозрение, что моя любовь к ним обусловлена их принятием христианства. Не следует думать, что нехристиане только тогда заслуживают нашей любви и уважения, когда они принимают Евангелие. Тот факт, что все мы носим в себе образ Бога, является достаточным основанием, обязывающим меня уважать достоинство каждого встречного человека. И если я не поступаю так, то этим грешу против этого человека.

Если говорить о нашем поколении, то, по всей видимости, оно открыто к тому, чтобы слушать христиан, искренне говорящих о своей вере. Некоторые будут насмехаться. Другие будут отрицать. Третьи могут даже разозлиться. Но я обнаружил, что если мы искренне являем любовь, если мы исполнены кротким, подлинным желанием привести людей к познанию Христа, то чаще дверь остается открытой, чем захлопнутой.

Я верю в Бога, Который ищет людей. И я верю, что Бог использует для этого Свой народ. Поэтому я решил назвать свое служение «пастор для ищущих». Знаю, это название не совершенно. Но я предвкушаю, как Бог будет совершать Свою работу через меня, через церковь (в которой я несу это служение) и в жизни тех людей в этом городе, которых Бог приведет ко мне, и которых я так люблю. Я верю, что Господь может «сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем» (Еф. 3:20).

Голос Истины по материалам блога Скотта Саулса

Фото: scottsauls.com

  • Shares

INVICTORY теперь на Youtube, Instagram и Telegram!

Хотите получать самые интересные материалы прямо на свои любимые платформы? Мы готовим для вас обзоры новых фильмов, интересные подкасты, срочные новости и полезные советы от служителей на популярных платформах. Многие материалы выходят только на них, не попадая даже на сайт! Подписывайтесь и получайте самую интересную информацию первыми!

Вопрос:

Мне 48 лет. Мусульманка. Замужем 26 лет за православным христианином. Сын крещеный. 20 марта 2004 года окрестилась и приняла православие. Перенесла большие душевные страдания в связи с тем, что меня мучает один вопрос: правильно ли я поступила и должна ли была получить разрешение у своей мамы и не предала ли свою веру? Мне страшно перед Богом, что на меня легла большая ответственность в связи с тем, что сейчас я должна ходить в церковь, читать молитвы, стоять на службе, будучи мусульманкой, я этого не делала. На Вербное воскресение я была на исповеди и причастилась, хотелось поделиться своими волнениями и сомнениями с батюшкой, но он был занят. Своего духовника у меня нет. Прошу Вас помочь мне разобраться в моих душевных сомнениях. С уважением,

Отвечает священник Афанасий Гумеров, насельник Сретенского монастыря:

Искренне тронут Вашим письмом. Хочется реально помочь Вам обрести душевный мир. Прежде всего, надо помнить, что национальность не делает человека ни мусульманином, ни христианином. Неверующий русский, живущий вне Церкви, не является православным. Ваша принадлежность к народу, который исторически был связан с исламом, не значит, что до принятия святого крещения Вы были мусульманкой. Такое впечатление сложилось у меня при чтении Вашего письма. Поэтому нет в Вашем решении никакого «предательства веры».

Бог один, но и правая вера может быть только одна. Та, которая содержит правильное учение о Боге и имеет правильное Его почитание. Так же и в любой области познания: ошибок и заблуждений может быть много, но истина может быть только одна. Что нового по сравнению с христианством дал ислам, зародившись через 6 веков? Что прибавил он к учению о Боге, человеке, мире, духовной жизни? Какую он дал новую заповедь, которой бы не было в новозаветной богооткровенной религии? Христианство – религия любви и радости. «Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф.5:43-45).

Человек, который совершает путь к истине, чаще всего встречает непонимание родных. Возникающие несогласия и напряжения бывают порой болезненны. Нужно чутко и с любовью строить с ними отношения, но не жертвовать своим спасением. Родственники и близкие находятся в неведении. Они не знают, что человек, который приходит к истинной вере, помогает своим усопшим предкам, не имевшим истинной веры. Об этом нам говорят святые. Великий старец Амвросий Оптинский по поводу крещения в домовой церкви графа А.П.Толстого черкесского муллы писал: «Если это совершилось, поздравляю вас и с этой радостию, потому что и на небеси бывает радость о едином грешнике кающемся. Крещение этого муллы, обращение к христианству лезгинца Ассана, присоединение к православной Церкви абиссинца, и несколько других подобных примеров, навело нас на ту мысль, что не даром Богом соблюдаются разные племена и народы, с разными заблуждениями относительно единой истины Божественной; потому что хотя не часто бывает, но почти из всех существующих племен в разное время обращаются люди к истинному христианству<…> Значит, если из тьмы нечестивых един обратится ко Господу, то для Господа довольно и сего; и ради этого, единого обратившегося, соблюдает целое поколение, от которого он происходит» (Собрание писем, ч. 1, М., 1995, с. 7). Можно привести примеры, когда обращение из мусульманства в православие принесло изумительные плоды. Дед преподобного Пафнутия Боровского был татарином, занимал должность баскака (наместника хана в завоеванной области). Он принял святое крещение с именем Мартин. Внук его просиял в монашеском подвиге и прославлен в лике святых. В 19 веке перешел в православие турецкий офицер, Юсуф Абдул оглы (1820 – 1893). Закончил жизнь схимонахом Николаем в Оптиной пустыне. Он имел высокие духовные дарования и слышал ангельское пение (Жизнеописание смимонаха Оптиной пустыни Николая исповедника, изложенная с его слов преподобным старцем Варсонофием Оптинским, Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2003). Если представится возможность, обязательно почитайте. Книга эта даст ответы на многие вопросы, которые сейчас Вас беспокоят.

Молитесь, чтобы Ваша мать с пониманием отнеслась к Вашему крещению. Постепенно это должно прийти. Для этого нужно явить плоды духовной жизни: душевный мир, любовь, радость. Она должна увидеть благодатную перемену. Знаю человека, татарина по национальности, который 20 лет назад принял православие. Мать болезненно переживала только в начале, когда узнала, что сын со всей семьей крестился. Постепенно все стало обычным. Приезжая к ней в гости, они ходили в местный храм, совершали дома молитвенное правило, постились. Мать за 2,5 года до смерти в свои 80 лет вполне сознательно приняла крещение.

Вы верующий? Нет, я христианин

Вам, дорогой читатель, нравится слово «верующий»? Мне, если честно, не очень. Веет от него чем-то холодным и формальным. А еще газеты и ТВ употребляют его часто с сарказмом и иронией. Верующие для них – это не ядро и сердцевина общества, а его окраина и периферия. Некий фрагмент, сектор. А у сектора один корень с сектой.

Какую ассоциацию вызывает у вас фраза: «В соседнем подъезде нашего дома живет верующая женщина…»? Для большинства такая женщина – одинокая, неудачница в браке, как правило, не имеющая нормального контакта со своими детьми, носящая строгую, темного цвета одежду, замкнутая, неразговорчивая, невеселая… Одним словом, ее дух творит соответствующую форму, которой совсем не хочется подражать. Недаром наш религиозный фольклор породил точное, в стиле Грибоедова или Салтыкова-Щедрина, крылатое выражение: «Кто главный враг верующей женщины?» – «Другая верующая женщина».

Были времена, когда верующими женщинами восхищались, потому что эти женщины были настоящими христианками

А ведь были времена, когда верующими женщинами восхищались, потому что эти женщины были настоящими христианками. Сохранились воспоминания святителя Иоанна Златоуста о своей матери, которая в 20 лет осталась вдовой с двумя малыми детьми на руках. До конца жизни она не вступала во второй брак, живя в чистоте. Преподаватели философии и риторики, которые были тогда язычники, видя такую строгую и чистую жизнь, сказали ставшую крылатой фразу: «Посмотрите, какие у христиан женщины».

От своей мамы я слышал другой рассказ. У них в доме после войны жила монахиня. К ней мама с младшей сестрой, еще совсем маленькие девчушки, иногда заходили – просто так, проведать. Уходить им домой не хотелось – такая эта монахиня была добрая и ласковая. Всегда гладила по головке и никогда не отпускала девочек без конфеток или кусочков сахара…

Я помню свою первую встречу с большой дружной многодетной семьей. Это было 25 лет назад, в годы моего юношеского воцерковления, когда мне, молодому человеку, требовался живой пример настоящей христианской жизни. И я его там увидел, когда мы работали в огороде, обедали за большим столом, пили чай в саду из самовара, а вечером после молитв на сон грядущим все вместе пели – в этой семье был свой настоящий хор…

Мы постоянно слышим, что у верующих скоро начинается пост, а в пост верующим нельзя есть мясо и ходить в театр… Верующие по 5–7 часов стоят к мощам или иконе, верующие молятся, каются в грехах, помогают беженцам и заключенным. А теперь стоп! Прошу внести ясность в слова и понятия. Есть среди нас верующие, и есть еще христиане. В чем же между ними разница? Давайте разбираться.

По статистике в нашей стране 85% крещеных людей, которые в основной массе и называют себя верующими. Они признают бытие Божие, но совсем не хотят менять свою жизнь. Их вера не предполагает труда над собой в направлении, указанном Евангелием. Если это люди состоятельные, то в храме такие верующие часто занимают места в VIP-зоне, любят постоять в алтаре, не прочь пообщаться с архиереем. Для этого им не помеха третий брак или сомнительные с точки зрения совести бизнес или образ жизни. Не лучше обстоит дело и у простых людей – все силы и время отнимает работа, а свободное время часто заполняется известной и примитивной пустотой. Большинство людей перестали читать и размышлять о жизни. Вся информация человеком черпается из ТВ или интернета. А ведь христианство постоянно говорит людям о красоте, подвиге жизни, любви друг к другу… Верующими у нас стали почти все – эстрадные певцы и артисты театра, профессиональные боксеры, герои-победители боев без правил и цирковые клоуны, ведущие ток-шоу, спортсмены, банкиры, политики… От такого многообразия начинает рябить в глазах. Старец Моисей Святогорец, проживший на Афоне 35 лет, писал: «У христиан сегодня двойная жизнь, не всегда они обладают чистотой и цельностью личности. Это раздвоение – большое страдание. Христианин не должен казаться одним, а быть другим, говорить одно, а делать другое. Это притворство, хорошее или плохое, не может быть чертой христианина».

С годами все больше появляется вопросов, на которые все труднее находишь ответы. Да и ответы все какие-то с натяжкой. Можно ли таких людей назвать неверующими? Ни в коем случае, даже не пытайтесь. Они действительно верующие, но только по-своему, по-особенному. А вам известно, что даже бесы – это глубоко верующие существа? Их вера в Бога будет для многих из нас упреком на Страшном Суде. Не верите? Прочитайте об этом у апостола Иакова в его послании во 2 главе. Но бесы веруют в Бога и трепещут, а человек должен веровать и радоваться; они веруют и остаются бесами, такими же злыми, мерзкими, лживыми и коварными, а мы должны верить и приобретать ангельские качества и становиться похожими на святых. Довольно трудно ответить человеку, который спрашивает, насколько возможно совмещение веры и неподобающего для этой веры образа жизни и поведения. И вот здесь нам на помощь придет указание существенных отличий христианина от просто верующего человека, пусть и очень хорошего.

Все напрасно и бессмысленно, если наша вера не раскрывается в жизни

Одним из главных принципов христианства, наверное, будут слова апостола Иакова: Человек, покажи мне веру твою из дел твоих (см. Иак 2, 18). Все напрасно и бессмысленно, если наша вера не раскрывается в жизни. Тогда она мертва, как тело без души (см. Иак 2,26), а со временем такая вера станет все более похожей на бесовскую, ибо не совершает главного – изменения к лучшему и доброму самого человека. Замечено, что простые и добрые люди с чуткой совестью легко принимают истины православия и становятся христианами. Совсем другой путь у религиозного формалиста, который верит лишь рассудком, не включая сердце в восприятие духовной жизни. Не ожившее для новой жизни сердце будет причиной полного духовного бесплодия всех трудов и усилий. В христианстве всегда на первом месте была жизнь человеческого сердца. Именно в сердце фокусировался весь человек, здесь отражалась вся его жизнь. В Новом Завете с особой теплотой описана жизнь первых христиан. Сказано, что все они были вместе и имели все общее; продавали свои имения и земли, а полученные от продажи средства разделяли на всех, смотря по нужде каждого; каждый день единодушно пребывали в храме, совершая Евхаристию, и самое главное – находились в любви у всего народа (см. Деян 2, 44-47).

С особой тревогой и заботой апостолы следили за чистотой жизни своей паствы.

Только бы кто не пострадал из вас, как убийца, или вор, или злодей, или как посягающий на чужое, – обращается к первым христианам апостол Петр, – а если как христианин, то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь (1 Петр 4 15,16).

Преподобный Иоанн Лествичник дает емкое и точное определение христианина: «Христианин есть тот, кто, сколько возможно человеку, подражает Христу словами, делами и помышлениями, право и непорочно веруя во Святую Троицу» (Леств. 1,4). Виден акцент, сделанный на труд и подвиг жизни. Очевидна связь веры – правой и непорочной – с чистотой жизни. Во Христе показан идеал, которому следует всеми силами подражать. Только так верующий человек может со временем стать христианином. Важно понять – христианином не рождаются, им становятся.

«Христианин призван прежде всего прислушиваться к голосу Евангелия, – учит старец Моисей Святогорец, – зовущему его к постоянному риску комфортом, который им обладает… Отвечать перед Богом мы будем не только за то, что не делали плохого, но и за то, что не делали хорошего, не возлюбили добродетель…»

Мне бы хотелось, чтобы чаще в нашей речи употреблялось слово христианин. Не бойтесь использовать его, особенно в разговорах с друзьями и родственниками, с родителями других детей и соседями по этажу. Говорите, что христианин не может блудить, воровать, обманывать, обижать, пьянствовать… Это не просто и не только верующий человек. Это ученик и последователь самого Христа, совершающий иногда, как человек, ошибки и падения, но всегда об этом скорбящий и переживающий. Вы – соль земли и свет мира, – эти слова сказаны про христиан и христианам. Я замечал, что слово христианин обладает особой притягательной силой. Также как герой или рыцарь. Христианином хочется стать, на него хочется быть похожим. А почему – ответ мы знаем. Он сокрыт в личности Христа – самого прекрасного из сынов человеческих. А Его благородные и лучшие качества призван развить в себе и раскрыть перед другими людьми именно христианин – подлинно верующий человек.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *