Лидер коммунистов Коми Олег Михайлов: Мусорный полигон на станции Шиес Архангельской области станет общей бедой северян

Ближайший населённый пункт от станции Шиес – это рабочий поселок Урдома с четырьмя тысячами жителей. Расстояние между ними чуть больше 35 километров, но связи практически никакой нет, поскольку нет надёжной дороги. Поэтому попасть на станцию Шиес было достаточно сложно. Можно сказать, что ещё и повезло, поскольку обильные осенние дожди могут и вовсе размыть дорогу. Но жизнь в тамошних местах, как говорится, бьёт ключом и от погоды не зависит. Связь с «большой землей» осуществляется через железную дорогу.

Строящийся объект охраняется московским частным охранным предприятием «Гарант безопасности». Её представитель в униформе чёрного цвета сразу же запросил документы, попросил уточнить цель визита и на всякий случай даже пригрозил вызвать полицию. По характеру встречного вопроса: «Где заборы, где вывеска и вообще, что вы тут охраняете?», чоповец понял, что мы хорошо осведомлены о его скромных правах и возможностях. Пришлось ему нас пропустить. Судя по его переговорам по рации, нас сразу взяли под плотную опеку.

Самим чоповцам не позавидуешь, им приходится сидеть по много часов в будке, а по-другому крохотное сооружение с печкой буржуйкой, в которое с трудом поместится обычный стул, назвать сложно.

Велено помалкивать

Чтобы вести работы строителям пришлось порубить весь окрестный лес и выложить из него времянки. На одной из них на коротке удалось поговорить с двумя мужчинами. Они быть может и рады были куда-нибудь увильнуть от расспросов, да некуда, кругом болото. Выяснилось, что они здесь находятся всего четвёртый день и ничего не знают, и вообще им велено помалкивать. Зона их ответственности – это строительство водозаборной станции. Где-то в ста метрах от места разговора стоял автомобиль с мобильной установкой для бурения скважин. Судя по обширным и глубоким лужам, осталось загадкой, как его туда переместили.

Мы обратили внимание на номер автомобиля. Номер московский, из столичного региона была практически вся техника на Шиесе.

Две сотни рабочих здесь живут в спальных вагонах по четыре человека: двое работают — двое отдыхают. Есть своя столовая, полевая банька. Со стиркой, правда, похоже, есть какие-то сложности, поскольку бельём завешаны окна вагонов.

Забавно смотрятся сами вагоны с деревянными крылечками, тазиками для помывки обуви и урнами для сбора мусора.

Истина под ногами

Официально здесь на Шиесе не ведётся никакого строительства. Речь идёт об обустройстве территории для приёма грузов. Сама территория находится в аренде до 2056 года у ОАО «Российские железные дороги», которое передало её ООО «Технопарк», являющееся дочерним предприятием государственного бюджетного учреждения Москвы «Автомобильные дороги» (департамент жилищно-коммунального хозяйства). «Технопарк» получил грант на обустройство в районе станции Шиес площадки для складирования грузов в виде упаковок с твёрдыми бытовыми отходами.

На сегодняшний день в стадии завершения находится возведение вертолётной площадки. Даже сложно представить, сколько песка пришлось отсыпать, чтобы уложить к ней бетонные плиты.

Кстати, о песке. Известно, что везут его с территории Коми, добывают в районе посёлка Мадмас (два десятка километров от Шиеса — прим. авт.). Местные жители негодуют на то, что большегрузы разбили лесные дороги. Глава администрации Мадмаса писал жалобы на творящиеся безобразия в природоохранные органы, просил дать разъяснения по поводу законности вывоза песка, да всё бесполезно.

После настоятельных требований урдомчан правоохранители выявили, что в районе Шиеса была незаконно произведена вырубка леса (проплешины уходят куда-то за горизонт), даже уголовное дело возбудили. Идёт процесс установления виновных. Длиться он может бесконечно долго, поскольку, судя по действиям местных правоохранителей, которые зачем-то материалы дела передали своим коллегам из Усть-Вымского района Республики Коми, у них нет никакой заинтересованности докопаться до истины. Хотя она вот под ногами в виде времянок и переработанной щепы, используемой «Технопарком» для обустройства территории.

Чушь не уместна

На редких встречах с местными жителями, да и в официальной переписке чиновники заявляют, что на Шиесе всё спокойно, всё под контролем, если начнутся какие-то строительные работы, то только после соответствующих закону процедур, включающих общественные слушания. Но нести такую чушь прямо здесь, на Шиесе на фоне работающей техники было бы вообще неуместно. Москвичи прямо признают, что ведётся подготовка к возведению мусороперерабатывающего завода. Но с уточнением – «предположительно».

Это ключевое слово, поскольку мусороперерабатывающие производства планировалось наладить в Московской области ещё несколько лет назад, но ничего не вышло. Нет в России эффективных технологий по переработке мусора, а импортные стоят дорого, да и сейчас в условиях международных экономических санкций они вообще становятся недоступными.

Вот и выходит, что у нас проще травить воду, землю и воздух, чем создавать собственные экологически безопасные технологи по утилизации отходов, пафосно говоря, вкладывать деньги в свою страну. Поэтому всем понятно, почему был выбран отдалённый российский уголок. Если начать гадить здесь, то пострадает от этого не так много жителей. Хотя кто знает, поскольку в болотах, как известно, ничего не задерживается, поэтому теоретически отрава со свалки может через северные реки попасть в Баренцево море, а оттуда в страны Скандинавии.

Всё в землю!

В августе этого года, когда стало известно о планах москвичей обустроить в малолюдной архангельской глубинке мусорный полигон, в Урдоме сформировался «очаг сопротивления». С каждым днём местные активисты из разных источников узнают все больше информации, которая поначалу обескураживала, а теперь начинает даже пугать.

На сегодняшний день территория самого большого действующего мусорного полигона в России занимает 90 гектаров. Возводятся и более крупные – 1,4 и 1,8 тысячи гектара. Но полигон в Шиесе вообще другого уровня – его планируется разместить на территории в 5 тысяч гектаров! Чтобы было понятно, о каких «просторах» идет речь, уточним, что это примерно треть территории, которую занимает Сыктывкар. К Шиесу сейчас тянут линию электропередач, где строящийся «объект» будет потреблять электричества в семь(!) раз больше, чем сейчас необходимо для нужд всей Урдомы.

Поскольку от Шиеса нет нормальной дороги и строить её никто не собирается, то всем понятно, что миллионы тонн груза, который туда будет завозиться, там и останутся. Шиесу связь с внешним миром не нужна, хватит вертолётной площадки.

Для наглядности урдомские активисты прямо на бумаге нарисовали, как будет выглядеть «полигон смерти», который им хотят навязать. Ежедневно на станцию Шиес планируется подвозить по пять эшелонов с мусором, а это без малого 250 вагонов, и закапывать его в глубокие траншеи, которые будут располагаться параллельно друг другу. Проблему с заболоченной местностью планируется решить кардинально, то есть осушить местные болота, а вместе с ними лишить подпитки многочисленные лесные ручейки и речушки и главную водную артерию – Вычегду.

Но есть ещё и гораздо худший вариант, хотя куда уж хуже: москвичи для начала, то есть год-два, а там посмотрят, намерены складировать мусор прямо под открытым небом на обустраиваемых сейчас огромных площадках. А в России, как известно, нет ничего более постоянного, чем временное. И этот вариант, чтобы загасить мрачные мусорные бунты в Подмосковье (одни только телевизионные картинки с задыхающимися от смрада детьми чего стоят), выглядит самым вероятным.

«Приехали по головам считать…»

В начале октября жители Урдомы приладили православный образок на берёзку и установили поклонный крест в районе Шиеса в память о тех жителях, которые здесь раньше жили. В советские годы здесь был посёлок лесозаготовителей, в котором проживало порядка 300 человек.

Пожалуй, впервые вполне скромную общественную акцию сопровождали полицейские, которые увидели в ней признаки незаконного шествия. «Приехали по головам считать, кто крест поклонный установит…», — с некоторой обидой отметила в своём стихотворении «на злобу дня» местная поэтесса Марина Дзюба.

Гиблость тамошних мест подтверждается и тем, что жители не хоронили своих близких и родных рядом с посёлком, а вывозили в Урдому или Мадмас.

Скромные соседи

На чьей же стороне закон? А вот тут самое интересное. Территория Шиеса с 2004 года является частью муниципального образования «Урдома». Чтобы вести здесь какие-то работы, требуется разрешение депутатов. Но его никто получить не торопится, да это и невозможно сделать, поскольку все депутаты Совета Урдомы, несмотря на свою классовую и партийную принадлежность, выступают против возведения полигона. Есть ещё план размещения твёрдых бытовых отходов Архангельской области, в который Шиес не входит. Чтобы завозить мусор из Москвы требуется соответствующий договор с Архангельской областью, который официально также отсутствует.

А тем временем Архангельская область получает в дар от Москвы 50 автобусов. Это, с какого такого перепугу? Урдомчане понимают, что раз напрямую до Архангельска 500 километров, то замаячившие серьёзные экологические проблемы тамошних жителей не коснутся, поэтому и выторговывают чиновники какие-то преференции у богатой столицы. Но их больше удивляет равнодушная позиция ближайших соседей. Почему-то депутаты Госсовета Коми горячо обсуждают законопроект о запрете в ночное время стирки в многоквартирных домах вместо того, чтобы попытаться предотвратить надвигающуюся экологическую катастрофу.

Космические перспективы

Между прочим, напрямую от Шиеса до Сыктывкара всего 95 километров. Поэтому перспектива жить в некомфортной экологической зоне при бездействии властей Коми станет реальностью для всех южных районов региона. Усилится отток населения, резко упадут цены на жильё, сбор дикоросов станет опасным для здоровья занятием… По сути, Сыктывкар как самый крупный город в этой части страны превратится ещё и в «столицу» «подбрюшья» главной российской свалки, которая будет хорошо просматриваться из космоса.

По мнению председателя Коми республиканского отделения Национально-патриотического союза России Виктора Вишневецкого ждать, пока официально будет заявлено о начале завоза первых партий мусора на станцию Шиес, значит, играть на руку московским коммунальщикам, которые попросту оттягивают время, чтобы затем просто поставить общественность перед фактом. Заказчики, которые действуют незаконными методами, не любят шума, поэтому тему Шиеса надо постоянно поднимать на всех общественных площадках.

Лидер коммунистов Коми, депутат регионального парламента Олег Михайлов обратил внимание на инициативу депутатов от южных муниципалитетов Архангельской области, которые призвали провести съезд депутатов поселений всей области в Котласе и принять соответствующее обращение. Власти их мнение не должны проигнорировать, поскольку именно поселения – это первая инстанция народной воли, районные депутаты лучше всех знают о тревогах и чаяниях простых жителей.

«Депутатов муниципалитетов Архангельской области должны поддержать и коллеги из Коми, поскольку Шиес становится общей бедой», — считает Олег Михайлов.

Кстати, депутаты Котласа (Шиес находится в 115 километрах от города – прим. ред.) единогласно выступили против создания свалки для московского мусора. Почему молчат депутаты Сыктывкара?

Борьба за чистый Север будет продолжена. На октябрь-ноябрь намечены новые акции протеста.

В третьем квартале 2019 года в России прошло более 580 протестов, а всего с начала года — 1443, рекордный показатель за последние несколько лет. Об этом “Ъ” рассказали в Центре социально-трудовых прав (ЦСТП), специалисты которого ежеквартально публикуют доклад «Как протестуют россияне». По данным исследователей, в России ежегодно проходит от 1,2 тыс. до 1,5 тыс. уличных протестов. В президентском Совете по правам человека (СПЧ) рост протестной активности связывают с «официозным враньем» и подчеркивают, что «впервые в 2019 году столкнулись с цеховой солидарностью россиян».

Самыми популярными причинами протеста в России в июле—сентябре 2019 года стали увольнения врачей, экологическая ситуация в Шиесе и выборы в Мосгордуму. По словам автора доклада «Как протестуют россияне», руководителя группы мониторинга ЦСТП доцента Пензенского госуниверситета Анны Очкиной, количество протестных акций за третий квартал превысило отметку 580 и «является знаковым». В первом квартале 2019 года, согласно данным ЦСТП, в России состоялось 429 громких протестов, во втором — 434. В России, отмечают исследователи, ежегодно проходит от 1,2 тыс. до 1,5 тыс. уличных протестных акций.

«На первом месте по количеству акций в третьем квартале стоит Шиес (акции против проекта вывоза московского мусора в Архангельскую область.— “Ъ”), который получил всероссийскую поддержку, в том числе в Москве, Волгограде и Тюмени,— рассказала “Ъ” госпожа Очкина о подготовке доклада ЦСТП.— Московские протесты в поддержку честных выборов в Мосгордуму стоят на втором месте, но по количеству участников выбиваются в лидеры, так как только 10 августа на акцию «Допускай» в Москве вышли более 50 тыс. человек. Показательно, что поддержать москвичей на пикетах солидарности выходили по 200–300 человек в других регионах». Готовность поддержать соотечественников выходом на митинг или серию пикетов, по словам Анны Очкиной, означает, что «в 2019 году общество в России имеет другое социальное качество, нежели в 2016–2017 годах» — до протеста против пенсионной реформы,— которое стало определяющим. «В доклад за третий квартал войдут также массовые акции в поддержку шамана (Александр Габышев был задержан по пути в Москву для «политического ритуала».— “Ъ”) в Бурятии и забастовка крановщиков в Казани, протесты которых закончились 22 августа,— рассказала госпожа Очкина.— И, конечно, серия выступлений врачей, которую СМИ окрестили «бунтом». Работники здравоохранения Карелии, Пермского края, Новгородской и Самарской областей, Пензы, Орла, Владимира и многих других городов (против увольнения коллег и за улучшение условий труда.— “Ъ”) показали, что предел терпения в социальном секторе исчерпан».

Двумя непротестными регионами России по-прежнему остаются Чукотка и Чечня.

В остальных регионах треть акций протеста, по данным ЦСТП, составляют одиночные и массовые пикеты. Автор доклада «Как протестуют россияне» подчеркивает, что пикеты в 2019 году «в принципе стали новым инструментом социального и трудового протеста». Также, по словам Анны Очкиной, «протест меняется, принимая форму бессрочного пикета, регулярных пикетов у метро (с 1 ноября проходят по пятницам в Москве и Санкт-Петербурге.— “Ъ”)». «В 2020 году продолжатся протесты врачей и экологических активистов,— прогнозирует автор исследования протестов.— Ситуация в городе Карабаново (Владимирская область.— “Ъ”), где в ноябре 3 тыс. человек вышли против строительства мусорно-сортировочной станции, говорит о том, что протесты против мусора будут обостряться и обострять ситуацию вокруг неравенства Москвы и регионов».

При этом, по словам заместителя директора «Левада-центра» Дениса Волкова, «протестные настроения в России ослабли после резонансных разгонов протестующих в Москве». «Но это не означает, что региональные протесты сошли на нет,— отмечает господин Волков.— Проблема Шиеса, где экологи заявляют о возможной экологической угрозе, к примеру, никуда не делась. Несмотря на это, в целом по стране мы отмечаем тенденцию повышения рейтингов (руководителя государства и глав регионов.— “Ъ”)».

Отметим, что в декабре состоится ежегодная встреча президента России с членами СПЧ, где глава комиссии по гражданским свободам и гражданской активности Николай Сванидзе намерен доложить о протестах в стране в 2019 году. Как рассказал “Ъ” господин Сванидзе, «в этом году количество российского протеста перешло в качество, в том числе из-за недовольства молодежи отсутствием социальных лифтов и официозным враньем». «Кроме того, в 2019 году мы столкнулись с таким явлением, как «цеховой протест»: врачи, учителя, ученые, актеры объединялись между собой и создавали при этом некий единый протест»,— отметил господин Сванидзе, уточнив, что доклад президенту о протестах «еще не готов».

Мария Старикова

Протесты не находят себе места

Эксперты составили карту территорий, где запрещено митинговать

«Переосмыслить, переделать, пересмотреть»

Решения о вывозе мусора в те или иные регионы не могут приниматься во вред жителям этих субъектов, заявил президент России Владимир Путин на медиафоруме Общероссийского народного фронта, отвечая на вопрос о создании в Архангельской области экотехнопарка «Шиес» для переработки твердых коммунальных отходов (ТКО) из Москвы. Глава государства также отметил, что опасения жителей области не лишены оснований и подчеркнул, что заводы должны строиться по мировым стандартам, чтобы не вредить людям. Анализ протестов показывает, что многие люди до сих пор не понимают, что из себя представляют новые технологии, которые намерены применить в Шиесе. Об иностранном опыте переработки ТКО — в материале «Ленты.ру».

Не просто проблема, а большая беда

Россияне производят примерно 60 миллионов тонн коммунальных отходов ежегодно. Москва должна решать, что делать примерно с 12 миллионами тонн коммунальных отходов, пятой частью всего мусора в стране. Ежегодно в Москве образуются, по разным оценкам, до 7,2 миллиона тонн твердых коммунальных отходов (ТКО) и около 6,1 миллиона тонн промышленных отходов, в то же время переработке подвергается лишь 10 процентов ТКО и около 59 процентов промышленных отходов. Москва уже не первое десятилетие задыхается от мусора — каждый день из столицы вывозится 9,5 тысячи тонн ТКО.

Проблему усугубляет, превращая ее в настоящую беду, то обстоятельство, что, по мнению специалистов, возможности подмосковных полигонов были исчерпаны еще в начале 80-х годов прошлого века. На в общем-то законный вопрос противников экотехнопарка в Шиесе, почему бы его не построить, если он такой безопасный, под столицей, ответ может быть только один, и он будет неутешительным — для этого просто нет территории. С 2013 года в Московской области были закрыты 24 из 39 мусорных полигонов.

Оставшиеся свалки должны прекратить работу в ближайшие годы в связи с их заполнением, заменить их должны четыре мусоросжигательных завода с мощностью переработки 700 тысяч тонн отходов в год каждый, обеспечивающие обезвреживание преимущественно подмосковного мусора. Вопрос что делать с московским мусором остается открытым.

На сегодняшний день из-за отсутствия достаточных мощностей для обезвреживания, переработки и безопасного размещения ТКО Россия движется к настоящему экологическому бедствию — и сейчас уже совершенно неважно, почему это произошло, и кто в этом виноват. Проблему, а правильнее сказать, общую беду необходимо решать совместными усилиями. При этом в основе решения данной проблемы должен быть комплексный подход, затрагивающий все этапы жизненного цикла обращения с твердыми коммунальными отходами, реализация которого осуществляется путем создания современных экотехнопарков.

Современная концепция экотехнопарка

По большей части используемые на сегодняшний день в России пути решения в сфере обращения с твердыми коммунальными отходами, особенно захоронение несортированных ТКО на неподготовленной территории, оказывают негативное воздействие на окружающую среду и являются весьма убыточными с экономической точки зрения, так как на практике являются практически неконтролируемыми.

В основе современной концепции экотехнопарка предлагается новая для России технология, представленная компанией Flexus, заключающаяся в глубоком прессовании неутилизируемых компонентов ТКО, прошедших предварительную сортировку.
На выходе получаем следующие продукты:

— вторичные материальные ресурсы — направляются на дальнейшую переработку с целью получения готовой продукции для последующей реализации;

— спрессованные кипы неутилизируемых компонентов ТКО (1,0х1,0х1,5м), упакованные в герметичную пленку — направляются на размещение на полигоне, оборудованном современным противофильтрационным экраном, комплексом очистных сооружений, обеспечивающими защиту окружающей среды от возможного негативного воздействия.

Отличительной особенностью данной технологии является то, что получаемые в результате глубокого прессования кипы неутилизируемых компонентов ТКО представляют собой практически инертный материал в отличие от несортированных отходов. Несмотря на то что при текущем уровне развития технологий этот материал пока считается неутилизируемым, со временем, учитывая темпы развития технологий, в отрасли точно появятся продуктивные решения, которые позволят его утилизировать или рекультивировать хотя бы частично.

Полигон, предназначенный для размещения кип с отходами, коренным образом меняет свой облик. Во-первых, за счет высокой плотности отходов в кипах требуемая под размещение площадь сокращается более чем в 2 раза. Во-вторых, в процессе уплотнения и изоляции отходов в кипах создаются условия, тормозящие процессы разложения органических веществ, что способствует значительному сокращению образования биогаза и фильтрата — примерно на 95 процентов по сравнению с полигонами несортированных отходов. И, как следствие, исключаются следующие экологические проблемы: загрязнение подземных и поверхностных вод, загрязнение атмосферного воздуха, в том числе и в результате пожаров от возгорания биогаза. Кроме того, с помощью технологии размещения изолированных в кипах отходов удается полностью устранить благоприятную среду для размножения грызунов, птиц, бездомных животных.

К тому же реализация современной концепции переработки утилизируемых компонентов и размещения герметичных кип отходов позволит создать не только экологически безопасную, но и высокодоходную систему.

Шведские технологии

Наиболее дешевым, в сочетании с высоким качеством и репутацией в мире, является оборудование шведской фирмы Presona. С этой компанией уже есть принципиальная договоренность о совместном комплектовании линий с изготовлением большей части металлоемких конструкций в России по ее чертежам. Согласована совместная комплектация линий оборудованием Presona и российской компании «Станко». Низкая себестоимость обработки мусора позволяет создать систему утилизации, делающую экономически невыгодными несанкционированные свалки, что, кстати, весьма актуально и для Архангельской области, в которой их тысячи, а многие находятся в непосредственной близости от центра сопротивления экотехнопарку — селу Урдома.

Шведская технология позволяет многократно использовать большие средства, которые буквально лежат под ногами. Вместе с твердыми коммунальными отходами на каждые 100 000 жителей в землю закапываются в год порядка 2000 тонн металла, 10000 тонн бумаги и картона, 3000 тонн пластика, 1500 тонн стекла, 1500 тонн текстиля, — миллиарды долларов в масштабах страны. Разработанный бизнес-план показывает, что при капитальных вложениях в два миллиона долларов США в завод по сортировке и прессованию коммунальных отходов Presona производительностью 200 тысяч тонн в год, чистый доход за 5 лет составит 14 миллионов долларов при необычайно высокой рентабельности в 150 процентов. Разумеется, все это окажет прямое положительное влияние на местные бюджеты через налоги и создание сотен рабочих мест.

И пожалуй, самое главное — на базе получаемых доходов становится возможным внедрение дорогостоящих технологий глубокой переработки отходов, оставшихся после сортировки. До настоящего времени предложения по глубокой (вплоть до 100 процентов) переработке ТКО были несостоятельными.

Новейшей технологией, которая возможно действительно позволит добиться почти 100 процентов переработки отходов, является reCulture — шведская технология разделения отходов в воде с получением пылевидного, гранулированного или брикетированного топлива, после предварительного удаления из ТКО хлорсодержащих компонентов, тяжелых металлов и других элементов, образующих высокотоксичные соединения при горении.

Технология reCulture является дорогостоящей, ее внедрение целесообразно на базе реализации системы глубокого прессования ТКО с предварительной сортировкой. Таким образом, система глубокого прессования ТКО решает экологические и социальные проблемы. В масштабах страны, республики, региона — это новая отрасль экономики, создающая основу для развития многочисленных высокорентабельных производств на базе очень дешевого сырья. Слоган линии — «Переосмыслить, переделать, пересмотреть» отражает не только технологическую суть проекта, но и отражает изменения в сознании современного гражданского общества, идущего навстречу передовым научно-техническим разработкам и перестраивающим экологическое сознание.

Изменения в Белоруссии

Мингорисполком совместно с институтом «Белкоммунпроект» принял новую программу санитарной очистки города. Суть новой концепции заключается в следующем: в черте города собираются построить три закрытых мусороперегрузочных станции (МПС) в северном, восточном и западном направлениях, где бытовой мусор будет сортироваться и прессоваться в тюки с последующей транспортировкой на полигон большегрузными автопоездами грузоподъемностью до 35 тонн.

В настоящее время в Минске собранный бытовой мусор вывозится на два полигона «Северный» и «Тростенецкий», где сваливается без предварительной переработки. Последний из названных полигонов уже подлежит закрытию и рекультивации. Полигон «Северный» при определенных условиях может эксплуатироваться еще не более 2-х лет. Практически исчерпал свои возможности и требует реконструкции мусороперерабатывающий завод «Экорес» в Шабанах. Применяемая устаревшая технология захоронения бытовых отходов требует отведения больших земельных участков и значительных транспортных затрат.

Новая технология, сходная с той, которая будет применена в Шиесе, имеет целый ряд существенных преимуществ по сравнению с нынешней системой захоронения ТКО в столице Белоруссии. Учитывая, что метод основан на прессовании ТКО в тюки с гарантированной плотностью более 1 тонны на кубометр, срок эксплуатации полигона увеличивается в 2,5 раза. Следовательно, если, согласно ТЭО, срок службы полигона «Тростенецкий» рассчитан на 40 лет, то его эксплуатация при новом методе увеличивается до 100 лет. Это обстоятельство уже явилось основанием для быстрого внедрения данного метода хранения для возможной дальнейшей утилизации в странах Западной Европы: Испании, Германии, Великобритании и Франции. Увеличенный более чем в два раза срок службы объекта позволяет без вреда для экологии хранить прессованные ТКО столько времени, сколько потребуется для разработки и внедрения эффективной технологии их утилизации в будущем.

При прессовании происходит удаление жидкой фракции, вследствие чего резко сокращается объем образования газов, исключается возгорание отходов, загрязнение почвенных вод, рассеивание легких фракций отходов ветром. Высокая плотность прессования не допускает впитывания атмосферных осадков в тюки, что существенно снижает образование метана и загрязнение атмосферы. Требуется в 10 раз меньше грунта для перекрытия отходов и рекультивации полигона. Станции прессования могут размещаться как непосредственно на полигонах, так и на МПС, располагаемых в черте города. В этом случае достигается резкое сокращение транспортных расходов.

В климатических условиях Минска прессы должны быть установлены в отапливаемом помещении, так как в ходе прессования из ТКО выдавливается влага, собираемая лотками. По данным Академии коммунального хозяйства России, влажность ТКО составляет 50-60 процентов. В тюках же, образуемых после прессования, влажность ТБО составляет всего 25-30 процентов. Учитывая структурный состав ТКО и указанную влажность, можно утверждать, что низкие температуры не оказывают никакого влияния на состав тюков и тем более не может быть и речи о разрыве связующей брикеты проволоки.

Мировой опыт

Достаточно только посмотреть на географию уже действующих экотехнопарков, чтобы понять, что они расположены в непосредственной близости от крупных мировых городов. Вот только некоторые из них: Джерси-сити — в США, Гетеборг и Лидчепинг — в Швеции, Агд, Ним и Порто-Веккьо — во Франции, Любляна — в Словении, Тимишоара — в Румынии и Цвайбрюккен — в Германии. Во всех этих странах национальное экологическое законодательство и государственный контроль за охраной окружающей среды весьма жесткие. Кроме того, во всех этих государствах в парламентах работают влиятельные партии зеленых.

В Дании предусмотрено открытое складирование упакованных кип в непосредственной близости от жилых районов. Примерно 2-3 миллиона тонн отходов, спрессованных по современным технологиям, находятся на складировании в Италии. Во Франции существует полигон, где размещаются отходы в упаковке Drylandfill. В Барселоне также для размещения на полигоне принимаются только упакованные в тюки отходы.

В Швеции один из самых высоких в мире показателей утилизации бытовых отходов — 99 процентов. Около половины идет на повторное использование и вторичную переработку. Производители отвечают за утилизацию упаковки и товаров с истекшим сроком эксплуатации, в том числе электроприборов, автомобилей и лекарств. Другая часть отходов после тщательной сортировки сжигается для получения энергии, которая играет большую роль в системе отопления. Как известно, Швеция даже импортирует отходы в том числе из Норвегии, Великобритании и Ирландии. Разумеется, этого успеха страна не могла бы добиться без создания экотехнопарков, которые выполняют важную распределительную роль.

В 1991 году в Германии производителей упаковки обязали принимать ее обратно после использования. В 1996-м эти меры были расширены: немецкие власти приняли специальный акт, целью которого было введение системы замкнутого цикла в области переработки мусора. Новые условия обязывали компании начиная со стадии проекта следить за тем, чтобы производство не оставляло отходов, а в конце жизненного цикла продукт подвергался экологической переработке.

В 2012 году этот закон был доработан и расширен. Добровольная и обязательная ответственность сегодня действует для производителей не только упаковочных материалов, но и транспортных средств, электронных приборов, химической продукции. Целью ставится максимальное использование материалов, «законсервированных» в отходах. По состоянию на середину 2017 года оборот мусороперерабатывающей отрасли в Германии составлял около 70 миллиардов евро, в ней были заняты более 250 тысяч человек.

Россия только начинает путь цивилизованной переработки коммунальных отходов. И она идет по тому пути, который многие страны уже прошли. Создание экотехнопарка в Шиесе — это один из первых шагов в этом направлении. Архангельская область может оказаться в самых первых рядах перспективной отрасли экономики, и в дальнейшем, обладая таким опытом, регион будет иметь колоссальные конкурентные преимущества в тот момент, когда в очередь встанут другие субъекты федерации, желающие повторить экономический и экологический успех той же Швеции. В любом случае всем нам предстоит переосмыслить свое экологическое сознание, переделать имеющиеся технологии и пересмотреть свои гражданские воззрения. Иного пути у нас нет.

«У нас здесь настоящая коммуна!» Как живёт палаточный лагерь на станции Шиес, ставший символом экопротестов в России

Шиес — затерянная посреди тайги железнодорожная станция на самой границе Архангельской области и республики Коми. До ближайшего населённого пункта — небольшого посёлка Мадмас — около 20 километров. В этих диких местах, где всё ещё можно встретить волков, лис и медведей, в прошлом году начались работы по строительству мусорного полигона. По словам местных активистов, первыми неладное заподозрили охотники, увидевшие, как в тайге началась вырубка леса. Власти Архангельской области поначалу не признавались, что регион готовится принимать мусор из Москвы. Отказ от диалога с жителями соседних посёлков на первом этапе стал искрой, из которой в итоге разгорелся конфликт. Его результат сейчас не рискнёт предсказать, пожалуй, никто. Момент для компромисса, если и был, уже упущен — свалку здесь видеть не хотят, даже если она зовётся «ЭкоТехноПарком».

В конце прошлого года несколько человек поставили неподалёку от станции вагончик, чтобы следить за ходом строительства полигона. За несколько месяцев число активистов выросло в десятки раз, а неподалёку от станции вырос целый палаточный городок. Сегодня Шиес превратился в достопримечательность как минимум регионального масштаба: помимо готовых стоять до конца суровых мужчин сюда часто приезжают молодые пары и даже семьи с детьми. Вопроса «для чего вы едете на Шиес?» многие просто не понимают. «Мне же тут жить!» — с недоумением отвечает молодая девушка, которая дежурит вблизи речной переправы на дальних подступах к станции.

Быт в самом лагере прекрасно налажен: там есть электричество от бензинового генератора, Wi-Fi, полевая кухня и палатка-душевая, которая зовётся баней. Из большой колонки звучат Scorpions, Cranberries, «Кино» и русский рэп. Питьевую воду активисты привозят с собой, а для других нужд берут воду из ручья. Тут же организован раздельный сбор мусора. Готовкой на кухне традиционно занимаются женщины. Приготовление пищи идёт почти непрерывно целый день — в другом режиме такое огромное количество народу просто не прокормить. Сейчас, в середине июня, в зависимости от дня недели здесь живёт от 40 до 100 человек, хотя точное число никто не знает. Рекорд — около трёх сотен. Большинство даже не знакомы между собой. Люди едут из Урдомы, Сыктывкара и Архангельска, есть и гости из Москвы, Санкт-Петербурга и даже Барнаула. Иностранных журналистов едва ли не больше, чем российских. Только за последнее время здесь побывали съемочные группы из Чехии и Дании. Лидеров в лагере нет, хотя большим авторитетом, конечно, пользуются те, кто прожил здесь дольше и знает тонкости местного быта. Сами активисты уверены, что им удалось создать протестную коммуну нового типа.

Помимо главного лагеря, неподалёку расположены три поста — «костёр», «станция» и уже упомянутая «баня». Активисты дежурят на них посменно по нескольку часов и по рации отчитываются на базу о передвижении неприятеля. В роли противников выступают «люди в чёрном» из ЧОПа, полицейские и строительная техника. Все это создаёт впечатление диковинной партизанской войны, которая ведётся без стрельбы и жертв на фоне проходящих поездов. Впрочем, пострадавшие все-таки есть: по оценкам самих активистов, за прошедшие месяцы в многочисленных стычках с «ЧОПиками» различные травмы получили около 40 человек.

Один из последних конфликтов завершился мирно: 15 июня обитатели лагеря не дали рабочим установить поблизости камеру видеонаблюдения. Активисты сослались на распоряжение администрации президента, согласно которому все работы должны быть прекращены именно 15 июня. При этом к самому Путину отношение у протестующих неоднозначное — кто-то всерьёз надеется на отмену мусорного проекта после «прямой линии», другие же не испытывают по этому поводу никаких иллюзий и о президенте отзываются исключительно непечатно. Вообще по политическим вопросам единства нет — здесь бок о бок живут и убеждённые сталинисты, и сторонники Алексея Навального, но борьба со свалкой заставила их забыть о разногласиях.

Шиес продолжает оставаться в центре повестки всего севера, и в сравнении с этим информация о столичных митингах и деле Ивана Голунова воспринимается как новости с другой планеты. Борьба здесь идёт совсем в другой плоскости: провластные СМИ распространяют информацию о том, что активистам платят по пять тысяч рублей за день пребывания на Шиесе, а в лагере беспробудно пьют. В действительности здесь царит жесточайший сухой закон, а на закупку продовольствия многие тратят собственные деньги. При этом протестующие не отрицают, что помощь им оказывают в том числе местные предприниматели, но кривотолки о спонсорстве Госдепа не вызывают ничего, кроме смеха.

Основной лагерь протестующих носит название «Ленинград», и, очевидно, речь идёт об отсылке к временам блокады. При этом понять, кто кого осаждает, невозможно. В роли блокадников в равной степени могут выступить и сотрудники полигона, каждый шаг которых встречает противодействие активистов, и сами протестующие, которым постепенно перекрывают пути на большую землю. Так, с 25 июня в РЖД решили отменить остановки поездов на Шиесе, а железная дорога — как раз главный путь, по которому в лагерь добираются активисты. Сколько ещё продлится эта осада и стоит ли ждать генерального сражения, не знает никто — ни жители лагеря, ни чиновники в высоких кабинетах. Ожидание превратилось в образ жизни и почти никого не тяготит.

Рубрики: Вера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *